Мертвый ноль - Макс Фрай

Я говорил и слышал свой голос словно бы со стороны – такой спокойный, отстраненный, снисходительный, как будто меня интересовало исключительно теоретическое решение задачи, да и то только потому, что больше нечем занять ум. На самом деле мне сейчас хотелось кричать, попутно колотясь головой об стены, просто чтобы немного отвлечься от нового духоподъемного знания о пожирающем неопытных сновидцев небытии. Но я, на свою беду, человек практичный. И уже не раз убеждался, что ни от криков, ни даже от битья об стены никакой хозяйственной пользы обычно почему-то нет.

– Спасибо, – поблагодарил меня Джуффин. – Я хотел сказать примерно то же самое, но не успел сформулировать. Хорошо все-таки, что на тебя не действуют разговоры о Пожирателях. Хоть у кого-то из нас нынче вечером ясная голова.

– Да, на этой теме почему-то трудно сконцентрироваться, – согласился сэр Шурф. – Замутненность ума – крайне неприятное ощущение; я об этом, оказывается, забыл. Уже давно привык считать способность к умственной концентрации своим неотъемлемым качеством, и вдруг…

– Ничего неотъемлемого не бывает, – заметила леди Сотофа. – Все можно утратить, а потом обрести заново. Или не обрести, как пойдет. Тебе ли этого не знать.

– Так это правда? – вдруг спросила принцесса. И, не дожидаясь ответа, громко выкрикнула, скривившись: – Сама знаю, что правда! Он меня не любил. Он меня обманывал. А сам хотел меня съесть! Презренный неуместный предатель. Грязная задница. Яростный негодяй!

С одной стороны, я ей всем сердцем сочувствовал. А с другой, изумлялся, как быстро она сменила концепцию. Мне самому, окажись я на ее месте, потребовалось бы гораздо больше убедительных доказательств и времени. Возможно, целая жизнь.

Принцесса снова расплакалась, горько, навзрыд. Но сквозь слезы сказала:

– Вы должны научить меня, как его убить. Как этот ваш древний колдун. Что он сделал? Я буду тренироваться, сколько надо, я очень упорная. И тоже так смогу.

– Какая хорошая девочка, – сказал я леди Сотофе. – Всем пример.

Та понимающе рассмеялась:

– А то!

Села рядом с рыдающей принцессой, обняла ее крепко-крепко, сказала:

– Ничего, госпожа Тапута Кут-Каята. Мы заставим нелепого негодяя крепко пожалеть о своем поведении. Придумаем что-нибудь. А сейчас главное, чтобы он не пригрезился тебе раньше времени, пока ты не научилась его убивать.

– Для этого у нас есть отличное лекарство, – усмехнулся Джуффин. – По имени сэр Макс. Благо, его Пожиратель совершенно точно боится. Всего глоток его крови, и Пожиратель даже близко к юной леди не подойдет.

– Какая прекрасная идея! – обрадовался я. – А если юная леди сожрет меня целиком, безопасность ей гарантирована до конца дней.

– Скорее всего, – невозмутимо согласился шеф Тайного Сыска. – Но для начала обойдемся малой кровью, буквально парой капель. Надеюсь, тебе не жалко? Я бы охотно поделился своей, но Пожиратель удрал именно от тебя. В таком деле хочется хоть каких-то гарантий.

– Я должна его укусить? – деловито спросила принцесса.

На радостях она даже реветь перестала. И впервые за весь вечер посмотрела на меня с неподдельной нежностью. Примерно как я сам на Сотофин пирог.

Кусаться ей, хвала Магистрам, никто не позволил, хотя в какой-то момент я всерьез опасался, что общее желание порадовать нашу гостью окажется сильнее здравого смысла. Но обошлось гуманным хирургическим вмешательством: я просто проткнул палец острым ножом, а принцесса слизнула выступившую кровь и прочувствованно сказала:

– Оказывается, ты тоже хороший человек.

Ничего удивительного. Многие так считают: хороший человек – это тот, кто позволяет другим безнаказанно пить свою кровь.

– А как быть с остальными принцессами? – спросил я Джуффина.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну так они же тоже Дочери Красной пустыни. Или их прямые потомки. А значит, в опасности, разве нет? – Я повернулся к леди Сотофе. – Вы говорили, за последние годы в Ехо три девчонки пропали. Не хотелось бы думать, что по той же причине, но вдруг? Может быть, всех остальных тоже моей кровью напоить? Правда, их там аж двести с чем-то…

– Без меня двести тридцать шесть, – подсказала принцесса. – Но это здесь, в вашем городе. А дома еще тысяча четыреста сорок восемь, если никто не подал в отставку, пока мы в отъезде. А сколько капель крови в одном человеке? Твоей хватит на всех? Иначе нечестно!

Я понял, что крупно влип. Главное, сам же напросился. Никто не тянул меня за язык.

– О тех, кто дома, не беспокойся, – сказал принцессе сэр Джуффин. – В любой другой реальности я не был бы так уверен в их безопасности, но в нашей всех хищных тварей тянет поближе к Сердцу Мира – чуют его силу, она для них как магнит. Уже на окраинах Соединенного Королевства и, тем более, на других материках никакие хищники ни в чьих снах не появляются. Подозреваю, с их точки зрения, ничего, кроме Угуланда, части графства Шимаро и, может быть, Комуадского леса, в Мире вообще нет; в этом смысле они похожи на бабочек, ослепленных светом большого фонаря. А вот ближняя свита, прибывшая с великим халифом, действительно…

Он не договорил, принцесса его перебила.

– Я как-то странно себя чувствую, – сказала она. – Как будто холодно, хотя на самом деле не холодно. И как будто голодная, хотя больше не могу есть… Ой, поняла! Я хочу за тебя подержаться! – удивленно воскликнула она, обернувшись ко мне. – Можно?

Не дожидаясь ответа, принцесса плюхнулась на пол возле моего кресла, обеими руками ухватила меня за ногу и расплылась в довольной улыбке.

– Вот теперь хорошо!

– Чего-то такого я с самого начала и опасалась, – вздохнула леди Сотофа. – То есть не конкретно этого, а просто любых непредсказуемых последствий. С детьми-грезами никогда заранее не угадаешь, как обернется, а кровью их до сих пор, вроде бы, никто не поил. В Уандуке такое вообще не принято, это мы, угуландцы, простые, грубые люди, и магические приемы у нас соответствующие… Ладно, зато теперь мы знаем, что будет, если Дочь Красной пустыни попробует человеческую кровь.

– И что будет? – мрачно спросил я. – Юная леди теперь всегда должна держаться за мою ногу? До конца наших с ней дней?

– Во-первых, не обязательно именно за ногу, – невозмутимо ответила леди Сотофа. – Уверена, любая часть твоего тела прекрасно подойдет. А во-вторых, обманный эффект выпитой крови обычно длится около дюжины часов. И все остальные сопутствующие изменения, надеюсь, не дольше. Думаю, уже завтра после обеда леди Тапута сможет прекрасно обходиться без тебя.

– Но тогда ей придется снова выпить моей крови, чтобы не остаться без защиты?

– Да, пожалуй, – согласилась Сотофа. – Ну ты и влип, мальчик. Замкнутый круг!

Махнула рукой и расхохоталась. Джуффин тоже ухмыльнулся. Моя последняя надежда на сострадание в лице сэра Шурфа постаралась сдержать улыбку; у него даже, можно сказать, получилось. Почти.