Попутный ветер - Екатерина Горбунова

— Я не знала другой матери. Она не превращалась при мне в дракона. И имя у нее было человеческое — Клотта Эраджаль, — захлебываясь слезами, возразила девочка. — Должно быть, сюда явился страшный колдун и убил матушку! А приди мы немного раньше, вы бы могли убедиться, что она была очень хорошей женщиной!

— Нисколько не сомневаюсь в этом, дитя! — Старец обнял малышку и принялся гладить ее по голове. — А как твое имя?

— Мирра.

— Что ж, Мирра, я — Лазарь. Я магистр, ученый. Некогда преподавал в Центральном университете Империи драконологию и сферу магического влияния. Теперь вышел на заслуженный отдых и странствую по свету. Поверь моему опыту, имя твоей матушки — самое что ни на есть драконье. Видимо, у нее были все основания бежать от людей. Если ты позволишь, я останусь, чтобы опекать тебя. Возможно, мне посчастливится увидеть, как и ты, дитя, обретешь свои крылья. — И признался смущенно: — Хоть я и драконолог, но не видел вживую ни одного крылатого.

Мирра мало что поняла из напыщенной речи старца. Однако тон его был настолько спокойным и доброжелательным, что девочка немного успокоилась. Она выудила из вещей материнский медальон и повесила его на шею.

— Не знаю, с чего вы решили, что у меня вырастут крылья. Я самая обычная девочка. Но вы, конечно же, можете остаться жить здесь, места нам точно хватит. А если опять явится злобный колдун, погубивший мою мать, вы поможете мне его одолеть!

Лазарь не стал спорить с сиротой. Кивнул. Драгоценности они собрали в большой кувшин, залили его горлышко расплавленной смолой и поставили в нишу одного из бесчисленных коридоров замка.

Старец и Мирра зажили вместе. Они возделывали сад, гуляли, ходили на охоту. Каждую свободную минутку Лазарь чему-нибудь обучал девочку, а она с благодарностью усваивала его уроки. Особенно малышка любила рассказы ученого о драконах: что они обретают крылья, вступая в период юности; могут становиться невидимыми, управлять природными стихиями; а также врачуют чужие болезни и раны, увы, ценой собственного здоровья.

Мирра обнаружила в замке библиотеку, и старик заинтересовал подопечную чтением. Научные труды казались малышке скучными, а вот сказки и истории с приключениями она полюбила.

Конечно, Мирра очень скучала по своей матушке, переживала, что ничего не знает о своем отце. Но с Лазарем ей было спокойно и надежно, будто с родным дедушкой. Он часто советовал сироте остерегаться людей, держать в тайне место, где она живет, потому что можно нарваться не только на любителей поживиться, но и на охотников за ее сердцем. В самом буквальном смысле: ведь им хорошо известно, что если добыть драконье сердце и съесть его свежим, еще истекающим теплой кровью, к охотнику перейдет драконья магия и сила. Драконицей себя Мирра не считала, однако к советам Лазаря прислушивалась.

Так они прожили около десяти лет. Ничего драконьего в девочке не появилось. А вот старец совсем одряхлел, стал забывать даже простые вещи, чаще присаживался отдохнуть.

Девушка понимала, скоро Лазарь уйдет к Жизнеродящей, и печалилась, что так и не исполнилась его мечта — увидеть живую драконицу. Мирра по-прежнему думала, что матушка была самой обычной женщиной, и ее погубил злой колдун. Зачем и почему — непонятно. Но ведь с этими колдунами всегда так!

Ранней весной Лазарь попросил вывести его на солнышко. Он присел на каменную скамью, подставил лицо теплым лучам, вздохнул в последний раз и умер. Теперь Мирра точно осталась на свете одна-одинешенька. Горе охватило душу тесным коконом. Девушка попыталась выбраться из него… И вдруг почувствовала, что взлетает. Тень на земле от ее раскинувшихся крыльев была черней ночи. Пламя, вырвавшееся из горла, сожгло тело Лазаря, а поднявшийся ветер развеял пепел. Даже каменная скамья оплавилась, словно восковая свеча.

Первый полет Мирры продолжался до самого вечера. Она одновременно и боялась, и восхищалась, и сожалела, что Лазарь не дожил до этого момента, не знала, сумеет ли вернуться в человеческий облик. Мысль, что придется жить в одиночестве — приводила ее в отчаяние. Но зато ощущение невероятной свободы, полета, новые возможности — радовали.

Драконица увидела городок под горой. Восхитилась золотыми дворцами столицы. Познакомилась с поднебесной высоты со всеми ближними и дальними окрестностями.

Вернувшись вечером к своему замку, Мирра приземлилась во двор и мгновенно заснула, без мягкой постели и подушки, прямо на камнях. А проснувшись, вновь ощутила себя в привычном человеческом облике. Поплакала, мысленно поговорила с дорогими ей матушкой и Лазарем и стала жить одна.

Когда девушке становилось скучно, она превращалась в драконицу и летала, наблюдала за людьми, но при этом обязательно набросив на себя флер невидимости. Однажды, находясь над золотыми куполами столицы, Мирра услышала крик и звуки борьбы. Спустившись пониже, она увидела, как два молодых человека — один в богатой одежде, другой в простой — отбиваются от вооруженных громил, превосходящих их числом раза в четыре. За дракой наблюдал незнакомец среднего возраста в дорогом плаще и сдвинутой на лицо шляпе. Мирра стала видимой, налетела, полыхая огнем, и распугала всех бандитов. Молодые люди же просто не смогли никуда убежать: тот, что победнее, лежал без сознания, а тот, что побогаче, еле стоял на ногах.

— Не бойтесь, сударь, — проговорила драконица низким гортанным голосом. — Я на вашей стороне. Скажите, куда мне вас отнести, и садитесь мне на спину. Вашего приятеля по несчастью я понесу в лапах.

— Слава Жизнеродящей! — буквально выдохнул юноша. — Этот человек не мой приятель, он просто случайно оказался в этом месте, где подстерегли меня. Его дом мне неизвестен, но я с удовольствием возьму под свое покровительство этого смельчака. Меня несите во дворец. Я принц Людвик, — с этими словами он поклонился Мирре.

Принц! Как в сказке! Златовласый, большеглазый, высокий, благородный.

Юноша залез на спину драконице, но она даже не ощутила его веса и, подхватив в лапы второго пострадавшего, Мирра поднялась в воздух и вновь стала невидимой. К сожалению, на молодых людей невидимость Мирры не распространялась. И пока она летела, появилась масса зевак, которые даже бежали следом и кричали. Конечно, им-то казалось, что по воздуху плывет их принц, а чуть ниже — неизвестный. Кто-то причитал, что это души возносятся к Жизнеродящей, а кто-то смеялся: видно, эти двое так нагрешили, что их не принимает к себе Мракнесущий.

Мирра высадила принца на балкон, ведущий прямо в покои. Людвик принялся выспрашивать, как зовут драконицу, из каких мест она прилетела. Но та предпочла оставить все в тайне, вспомнив наказы Лазаря. Тогда юноша протянул ей брошь от своего плаща, пообещав, что спасительница может рассчитывать на его помощь, передав эту вещицу через любого слугу во дворце.

На том и попрощались. Мирра решила не оставлять второго юношу, который все еще находился без сознания, так как побоялась, что у лекарей не хватит опыта его вылечить. Она вернулась с незнакомцем в замок. Опустив раненого на расплавленную каменную скамью, драконица склонила к нему голову.