Жестоко укушенная - Хлоя Нейл

- Я ничего вам не сделала, - сказала ему я. -Мы с вами не знакомы, и вы ничего обо мне не знаете, за исключением того, что я- вампир.

- Сука, - пробормотал он, но взял себя в руки,когда открылась задняя левая дверь внедорожника.

Две обутых ноги ступили на мостовую, а за ними- все тело в такой же черной униформе. В отличие от других, этот был красив:длинные темные волосы, большие выразительные глаза и высокие, дерзкие скулы.Держа руки за спиной, он подошел к нам, пока Танк закрывал дверь внедорожника.

Я догадалась, что Новый Парень был главным.

- Мистер Салливан. Мисс Мерит, - сказал он.

- А вы кто? - спросил Этан.

На лице Нового Парня появилась торжествующаяулыбка.

- Вы можете называть меня. . . МакКетрик, -из-за паузы создалось впечатление, что он только что выбрал себе имя. - Это моидрузья. Единоверцы, если пожелаете их так назвать.

- Ваши манеры оставляют желать лучшего, - тонЭтана был ровным, но в воздухе ощущалась магия, вызванная гневом.

МакКетрик скрестил руки на груди.

- Довольно смешно слышать подобное оскорблениеот незваного гостя в нашем городе, мистер Салливан.

- Незваного гостя?

- Мы - люди. Вы - вампиры. Из-за генетическоймутации, вы лишь походите на нас. И это делает вас недоразумениями и незванымигостями в нашем городе. Гостями, которые должны следить за своими манерами иотправиться восвояси, - его тон был сухим, будто он не просто предполагал, чтомы являлись генетическими отклонениями, которые должны мчаться со всех ногпрочь из города.

- Прошу прощения, - сказал Этан, но МакКетрикподнял руку.

- Оставим это, - сказал он. - Я знаю, что выменя понимаете. Вы с вашей коллегой, кажется, умные ребята. По крайней мере,исходя из того, что мы знаем о ее родителях.

Мои родители, Мериты, - новый кошелек Чикаго.Мой отец занимается инвестициями в недвижимость и ежедневно упоминается в газетах.Умный, но безжалостный. Мы не близки, так что я не сильно волновалась, когдаобнаружила в прессе его самовлюбленные заявления, что меня осудили.

Не позволяй ему расстроить тебя, тихо сказал Этан. Ты знаешь, кто ты.

- Ваши предрассудки, - громко сказал он, - ненаша проблема. Мы предлагаем вам опустить оружие и пойти своей дорогой.

- Пойти своей дорогой? Это действительнощедро. Как будто бы кто-то из вас обойдется без того, чтобы не довести этотгород до тотальной сверхъестественной войны? - он покачал головой. - Нет,спасибо, мистер Салливан. Это вам и вашим людям нужно собраться, убраться изакончить на этом.

- Я из Чикаго, - сказала я, переключая еговнимание на меня.- Родилась и выросла.

Он поднял палец.

- Родилась и выросла, будучи человеком, покане перешла на другую сторону.

Я едва не сказала ему, что Этан спас меня отубийцы, нанятого Селиной, и вернул к жизни после того, как на меня напали.Можно даже сказать, что с какими бы противниками я ни сталкивалась, будучивампиром, я все еще дышала лишь благодаря Этану. Однако подумала, что МакКетрикне придет в восторг, узнав, что меня практически убил один вампир и изменил безмоего согласия другой.

- Нечего сказать? - спросил МакКетрик. - Неудивительно. Учитывая какой хаос посеял ваш «Дом» в Чикаго, я бы, возможно,тоже не нашел, что возразить.

- Вообще-то не мы инициировали удар на нашДом, - сказала я. - На нас напали.

МакКетрик склонил голову в нашу сторону, сулыбкой на лице.

- Но вы должны признать, что спровоцировалиих. Без вас не было бы никакого насилия.

- Единственное, что мы хотим – заняться своимиделами.

МакКетрик великодушно улыбнулся. Его неназовешь непривлекательным, но его улыбка — такая спокойная и самоуверенная —внушала ужас.

- Это меня более чем устраивает. Простозаймитесь ими где-нибудь еще. Думаю, понятно, что вы в Чикаго не нужны.

На лице Этана не отразилось ни единой эмоции.

- Вас никто не избирал. И не назначал ни накакую должность. Так что у вас нет никакого права говорить от лица всегогорода.

- Города, который попал под действие вашихчар? Города, который наконец-то осознает вашу неправильность? Иногда, мистерСалливан, мир нуждается в пророке - человеке, который способен замечать нетолько то, что происходит в настоящем, но и видеть будущее, и который понимает,что необходимо сделать.

- Что вы хотите?

Он усмехнулся.

- Конечно же, наш город обратно. Мы хотим,чтобы все вампиры уехали из Чикаго. Не важно, куда, лишь бы прочь из города. Янадеюсь, вы поняли?

- Да пошел ты, - сказал Этан. – Вместесо своими предрассудками.

МакКетрик выглядел разочарованным, как будтоон, действительно, ожидал, что Этан отступится от своего.

Он открыл рот, чтобы возразить, но прежде, чемуспел ответить, я услышала звук грохочущего выхлопа, раздавшегося в ночиподобно грому. Оглянувшись, я увидела дюжину фар, стрелой несущихся к нам.

Мотоциклы.

Мое лицо растянулось в улыбке: теперь я знала,с кем Этан связался по сотовому. Они были не просто мотоциклистами -оборотнями. Кавалерия прибыла.

Шайка оглянулись на своего лидера, неуверенного в следующем шаге.

Они неслись сквозь тьму подобно хищникам вхромированных доспехах. Двенадцать больших, блестящих, мотоциклов с низкимклиренсом, на каждом из которых восседал один одетый в кожу оборотень. И всеони приготовились к битве, за которую я могла бы ручаться. Я видела их в бою изнала, на что они способны. А раз у меня сзади на шее волосы встали дыбом,значит, они были хорошо вооружены.

Поправочка: одиннадцать из них мускулистые и вкоже. Двенадцатой была миниатюрная брюнетка с густыми, длинными, вьющимисяволосами, в данный момент собранных под кепкой Кардиналов. Фэллон Киин,единственная девушка среди шести братьев Киинов, названная так в алфавитномпорядке от Габриэля к Адаму, которого выгнали из САЦ и отдали влюбящие руки Стаи-конкурента после того, как он убил их лидера.

После обмена, никто не получал от Адамаизвестий. Учитывая его преступление, не добрый знак.

Я поприветствовала Фэллон кивком, и когда онаответила мне тем же, решила, что смогу пережить ее бейсбольныепредпочтения.

Глава Стаи, Габриэль Киин, ехал на байкевпереди. Его рыже-каштановые волосы были собраны в хвост на затылке, а в егоянтарных глазах читалось недоброе. Но я знала лучше. Габриэль не прибегал кнасилию без крайней необходимости. Оно его не пугало, но он и не искал для негоповода.