Легенды доблестных времен - Валентин Леженда

– Позорно бежать?!! – воскликнул сэр Бонифаций. – Ни за что!

– В таком случае позвольте мне любезно предложить вам свой меч «Дюренталь»! – И сэр Гэвин принялся отстёгивать ножны.

– Нет, что вы, что вы… право, не стоит, – смутился сэр Бонифаций. – Я ни за что не приму такой жертвы с вашей стороны. Ведь это фамильная ценность знаменитого рода. А что, если я нанесу чудесному оружию какой-нибудь урон, сражаясь с богомерзким отродьем? Лишь члены вашей семьи могут прикасаться к родовому оружию, разве не так?

– Всё так и есть, – грустно подтвердил сэр Гэвин. Волколаку надоело выжидать, и он, рванув с места, прыгнул.

Сэр Бонифаций развернулся и, выпятив широкую грудь, встретил монстра всей мощью закованного в броню тела.

Врезавшись в блестящий живот рыцаря, волколак громко взвизгнул, кубарем отлетев в противоположный конец двора.

– Вот так! – довольно констатировал сэр Бонифаций, осматривая свой блестящий живот. – Даже маленькой вмятины не осталось.

– Всё это, конечно, хорошо, сэр, но не пора ли нам присоединиться к моему оруженосцу?

Волколак подозрительно быстро пришел в себя и уже готовился к повторному нападению.

Гийом, свесившись с балкона, крутил пальцем у виска, его губы беззвучно шевелились.

– Хорошо, так уж и быть, я поднимусь наверх! – наконец сдался сэр Бонифаций. – И то только потому, что вы, мой друг, потеряли важную часть ваших доспехов, в противном случае…

– Да скорее же!!! – нетерпеливо донеслось сверху.

Сэр Бонифаций неуверенно переступил с ноги на ногу.

– После вас, благородный Гэвин.

– Ну что вы, что вы… полагаю, именно вы должны подняться первым.

– Ни за что, ведь ваш род древнее моего…

– Тем более как старший я уступаю вам место…

– Это большая честь, но вынужден вам возразить, что…

Волколак снова прыгнул.

Сэр Бонифаций стоически принял этот удар и, лишь слегка поведя могучими плечами, сбросил монстра на землю.

– Скорее же, мой друг, оставим споры на потом…

Не уступая в проворстве своему слуге, сэр Гэвин стремительно поднялся по верёвке, запоздало вспомнив, что светит накрахмаленными подштанниками на всю округу.

– Ну наконец-то… – с облегчением вздохнул Гийом, втаскивая господина в комнату.

Снизу донёсся яростный рык и благородная ругань сэра Бонифация.

– Ах ты, негодяй, презренное исчадие, гнусное порождение чёрной магии, безмозглый вызов добродетели…

Сэр Гэвин посмотрел вниз.

Сэр Бонифаций раскачивался на натянувшейся, словно струна лютни, верёвке.

Волколак намертво вцепился в железную ногу рыцаря и расцеплять челюсти явно не собирался.

Но сэр Бонифаций и тут не сплоховал. Выхватив свободной рукой стилет, он двумя точными движениями рассёк ремни, удерживающие на правой ноге железный сапог.

Волколак с протяжным воем свалился на землю.

Воодушевленный очередной победой сэр Бонифаций снял с шеи боевой рог и пронзительно в него протрубил.

– Скорее беритесь за верёвку! – крикнул Гийом, и они общими усилиями втянули благородного рыцаря в покои герцогини.

– Дьявольщина! – Сняв шлем, сэр Бонифаций вытер взмокшее чело рукой. – А где же моя лошадь?

– Наверное, сбежала вместе с крестьянами, заслышав вой, – предположил Гийом, вглядываясь во тьму замкового двора.

Оброненные крестьянами факелы потухли, и различить что-либо внизу было невозможно. Но волколак определённо бродил где-то там. Оруженосец присмотрелся повнимательнее, различив во тьме два злобных светящихся глаза.

– Ну как? – вяло поинтересовался сэр Гэвин, присев на краешек кровати.

– Живехонек, зараза!

– Очень жаль, очень…

– Волколака не так-то просто убить, – со знанием дела произнёс сэр Бонифаций, недовольно рассматривая свою босую ногу.

Потеря была невелика по сравнению с потерей сэра Гэвина, но всё же… обидно как-то.

– А как же ваша алебарда?!!

– Алебарда была смазана особым настоем из цветов молочая! – пояснил сэр Бонифаций. – Мне один алхимик продал это зелье, способное противостоять злым чарам.

– Весьма предусмотрительное приобретение! – согласился сэр Гэвин.

– Не нравится мне эта дверь, – хрипло заявил Гийом, с большим подозрением изучая спальню.

– Понял твою мысль! – кивнул сэр Гэвин. – Сэр Бонифаций, боюсь, мне понадобится ваша помощь.

Сэр Бонифаций оживился:

– Всегда готов помочь благородному другу…

Поднатужившись, рыцари сдвинули с места кровать, забаррикадировав таким образом входную дверь.

В очередной раз побледнев, Гийом отшатнулся к окну.

– В чём дело? – недовольно поинтересовался сэр Гэвин, но тут и сам увидел, что так напугало впечатлительного оруженосца.

Там, где стояла роскошная кровать, лежал скелет в ржавых рыцарских доспехах. В руках скелет сжимал сломанный черенок двуручного меча.

Благородные рыцари подошли ближе.

– Узнаю этот герб! – Сэр Бонифаций указал на нагрудник мёртвого рыцаря. – Да это же сэр Ванифантий Неотразимый. Подумать только, значит, в его послужном списке побывала и герцогиня.

– Пожалуй, это была последняя женщина в веренице его любовных побед, – язвительно заметил сэр Гэвин.

– Ну да, – кивнул сэр Бонифаций, – по-моему, это очевидно.

– Сэр Ванифантий? – удивлённо переспросил Гийом. – Никогда не слышал о таком.

– И неудивительно, – рассмеялся сэр Бонифаций. – Ведь все его главные победы происходили на женском фронте, вместо турнира – роскошное ложе, вместо боевого копья…

И, не закончив фразы, сэр Бонифаций сильно смутился.

– Во всяком случае, – наставительно заметил сэр Гэвин, – сэр Ванифантий погиб как настоящий рыцарь, не выпустив из рук верного меча.

– Давайте же почтим память своего преждевременно ушедшего из жизни собрата, – пафосно предложил сэр Бонифаций, и, склонив головы, рыцари в почтении застыли над покойным.

«Что за ерунда? – подумал раздражённый поведением благородных господ Гийом. – Судя по слою пыли, он пролежал здесь не меньше сотни лет».

Снаружи раздался полный голодной злобы вой волколака.

Рыцари вздрогнули.

– Герцог требует отмщения! – предупредил своего друга сэр Гэвин.

– Полагаете, он вызывает меня на честный поединок? – удивился сэр Бонифаций.

– Не думаю, что поединок в этих условиях получится честным.