Похищение с сюрпризом - Анна Бахтиярова

- Я тут, - оповестил Гастон приятеля, добравшись до деревьев.

Светлость нервничал. С пухлых щек полностью сошел румянец. Действовать-то гораздо лучше, чем ждать результата и томиться от нетерпения и волнения.

- Получилось? – спросил он шепотом.

- А то, - Гастон перекинул девицу через седло, а потом вскарабкался на коня сам. – Служанка правду сказала: невеста ваша – красавица. Братья обзавидуются.

Светлость расплылся в счастливой улыбке. Наконец-то он в чем-то их превзошел. Жениться пока собирался лишь старший – Теодор. Точнее, не он собирался, а батюшка женил. На дочке старинного приятеля – толстушке с вечно перекошенным лицом. Младшие потешались над незадачливым женихом (правда, за спиной), а тот ходил мрачнее тучи. Попробовал, было, поскандалить, но батюшка быстро поставил его на место, объяснив, что красавиц всегда можно найти и среди служанок, а жены нужны совершенно для иных целей.

- Надо поскорее жениться, - проговорил светлость, когда красный замок остался позади. – А то вдруг девицу найдут охранники и отнимут. Или батюшка решит отдать ее за Домиана или Ральфа. Они же меня старше. Как думаешь, в этой глуши есть монахи?

Гастона передернуло при упоминании этого слова.

- Зачем тебе монахи? Брак может заключить и обычный дьяк. А благословления монашеского позже попросишь.

- А где дьяка взять?

- Здесь и взять. Арнольд твой только позавчера говорил, что упился в гостях у дьяка. Он в северной стороне живет. Прислали из столицы для исполнения нужды всей округи, чтоб контору тут не держать. Не откажет дьяк герцогскому сыну в услуге, вот увидишь. Мигом примчится.

- Значит, надо, как приедем, за ним послать. Чтоб прямо с утра жениться.

- Вот Арнольда и отправь, - посоветовал Гастон. – Раз они с дьяком теперь закадычные друзья-приятели.

На том и порешили.

К замку подъезжали в отличном настроении. Похищение удалось, ливень прекратился, а чары невидимости закончились. Светлость даже в темноте оценил красоту спящей девицы, которую Гастон аккуратно придерживал, защищая от падения с лошади. На лице жениха отразилось детское воодушевление. Он успокоился и озаботился планами: в какой части столицы лучше купить замок.

Гастон слушал друга и надеялся, что и ему найдется место в новом жилище.

 ****

Лизетта открыла глаза и ахнула.

Ничего похожего на ее спальню. Впрочем, как и на любую комнату в красном замке. А их она изучила вдоль и поперек. Все до единой. Когда сидишь взаперти, развлекаешься, как можешь. Нет, это однозначно не дом. В смысле, не очередной временный дом.

Она вскочила с кровати и бросилась к окну. Догадка подтвердилась. Снаружи еще господствовала ночь, и только стареющая луна освещала землю, но глаза, отлично видевшие в темноте, разглядели незнакомый пейзаж. Из красного замка виден лишь лес. Здесь взору предстала и гряда деревьев, и река. Значит, это похищение. Кто-то усыпил и перевез против воли. Точно не свои. Все охранники преданы, и прекрасно знают, что лишатся головы, если подведут подопечную.

Но у кого хватило наглости? И глупости?

Лизетта подошла к двери и изо всех сил толкнула.

Ну, разумеется! Заперто!

Она огляделась. Комната, как комната. Кровать, туалетный столик, диванчик у окна, незажженный в летнюю ночь камин и свечи на нем. Вот и вся обстановка. Защищаться нечем. Даже картины на стене нет, чтобы шарахнуть ею первого, кто войдет. Нет и цветочных горшков, которые можно применять тем же образом. Ладно, не страшно. Луна перемещается на запад, а, значит, до рассвета недалеко. И тогда… тогда похитители горько пожалеют, что связались с девицей Бельтрами.

…Засов лязгнул примерно через полчаса, когда Лизетта совсем приуныла, устав валяться на кровати и глядеть в потолок. Дверь отворилась, и вошли двое. Белобрысый толстяк с глазами чуть на выкате и не шибко умным лицом. Второй выглядел презентабельнее, но впечатления не произвел. Брюнет, как брюнет. Статен, подтянут, но одежда скромная, а физиономия хитрющая. Впрочем, Лизетта быстро выбросила парня из головы, едва поняла, что держит в руках толстяк.

Белое подвенечное платье и фату!

Они это серьезно?! Серьезно?!

- Меня зовут Себастьен Винзур, - начал толстяк, откашлялся и добавил хрипло: - Герцог.

«Да ну?» - чуть не бросила Лизетта, но благоразумно промолчала.

Лучше послушать и прояснить ситуацию. За окном-то уж звезды тают. Недолго этому герцогу тут разглагольствовать осталось.

- Ты моя пленница, - продолжил толстяк. – В смысле, невеста. В смысле, утром мы поженимся. Вот платье. В нем моя матушка замуж выходила. Она это… тут раньше жила. До свадьбы с батюшкой.

Терпение Лизетты (и без того не слишком ангельское) лопнуло. Еще и в чужое платье рядить собрались? Обойдутся!

- А с чего ты решил, что я за тебя пойду? – спросила она ядовито.

Герцог икнул от неожиданности и глянул на брюнета в поисках поддержки.

Тот выступил вперед.

- А у тебя нет выбора. Ты теперь похищена и опозорена. Одна дорога – замуж.

Лизетта зевнула, прикрыв ротик ладонью.

- Опозорена, так опозорена. Всё равно не пойду.

Парни переглянулись. Озадаченно.

- Ты, кажется, не поняла… - начал брюнет, но Лизетта перебила.

- Это вы двое не поняли. Брак в мои планы не входит. А позора я не боюсь.

Похитители снова посмотрели друг на друга. На этот раз в смятении.

- А что на это скажет твой батюшка? – поинтересовался герцог.

- Ничего. У меня только опекун. А он с вас три шкуры спустит.

Кажется, угроза расправы никого не напугала, но Лизетта не расстроилась.

- Думайте, что хотите. Но свадьбы не будет.

- Будет! – заупрямился герцог и швырнул платье с фатой на кровать. – Прекращай паясничать и готовься. И к свадьбе, и… к первой брачной ночи.

Лизетта фыркнула и расхохоталась.

Размечтался! До вечера она его так отделает, что все желания разом иссякнут!

- Я тебе посмеюсь, - пообещал герцог. – Будешь у меня, как шелковая. Я неповиновения не терплю. Подтверди, Гастон.

- Не терпит, - заверил брюнет, но с нотками настороженности в голосе.

- В общем, готовься. Я приду за тобой, как только взойдет солнце.

- Это я за тобой приду, когда взойдет солнце, - пообещала Лизетта сладко.

- Дверь что ли вышибешь?

- Легко. С одного удара.

- Ну-ну, - развеселился герцог, глянув на хрупкую с виду фигуру невесты, и добавил, повернувшись к брюнету: – С характером. Но так интереснее. Буду приручать.