Ворожея. Выход в высший свет - Елена Помазуева

– Думаю, ты можешь побыть у них, пока буду встречаться с Арно, – согласился Броссар.

От этого обещания на душе стало радостно. Конечно, родные наверняка поймут, если не забегу к ним хотя бы поздороваться. Просто сама соскучилась по родителям и младшей сестренке.

Тулус встретил нас ранним утром. Чистые улицы, убранный снег с мостовых, дворники, размахивающие лопатами и метлами – все было привычно и знакомо. Раздался гудок фабрики, разбудив воспоминания. Навстречу заторопились рабочие, следом потянулись еще сонные студенты, придерживая под мышками тетрадки.

Наставник уточнил адрес родителей и приказал кучеру следовать туда. Сердце забилось в ожидании неожиданной встречи. Хотела отправить сообщение, но Броссар заметил плетение заклинания и накрыл ладонью мои руки.

– Не надо, Клер. Тебя и так будут рады видеть, а нам не стоит выдавать свое место пребывания, – мягко произнес он и нежно сжал их в дружеском жесте.

– Думаете, за мной тоже будут следить? – обеспокоенно посмотрела на него.

– Вполне вероятно. Так что лучше не рисковать, – ободряюще улыбнулся он.

Кучер остановил лошадей, и в окно увидела знакомый фасад дома.

– Так я пойду? – обернулась к Броссару, всеми мыслями уносясь к родным.

– Идем вместе, – сказал он, и первым вышел из кареты.

Подбежала, дернула за дверной звонок и упала в распахнутый проем. Меня подхватили сильные руки, а я прижалась к мужской груди и вдохнула знакомый и такой родной с детства запах.

– Папа, – радостно прошептала я.

– Дочка. Приехала, – с нежностью произнес отец. – Что ж ты не сообщила? Лаура, Клер приехала! – громко крикнул он внутрь дома.

Что тут началось! Дом взорвался шумными криками, звоном посуды и топотом ног.

– Клерка! – первая выскочила растрепанная ото сна сестренка.

– Милька! Как ты выросла, – схватила на руки егозу и закружила.

– Клер, доченька, – заторопилась по лестнице мама.

Она подбежала, и теперь уже я оказалась маленькой девочкой, стиснутой в любящих объятиях. За всей этой суматохой совершенно забыла о мэтре Броссаре. На глазах искрились слезы радости, мы раздаривали поцелуи и тискали друг друга. Служанки, ставшие членами семьи, тоже получили свою порцию объятий и заверений в теплых чувствах.

– Ой, папа, мама, я же совсем забыла, – опомнилась, когда услышала от дверей вежливое покашливание. – Знакомьтесь, это мой наставник – ворожей мэтр Эмири Броссар.

Я подошла к одиноко стоящей мужской фигуре и, взяв его под руку, подвела к родственникам.

– У него глаза черные, – первой произнесла Милька.

Ребенок, что с нее возьмешь? Выхватывает из облика самое главное.

– Мэтр Броссар, это мой папа мэтр Метью Алузье, – представила я по старшинству, – моя мама метресса Лаура Алузье.

– А я метресса Матильда Алузье, – сделав короткое приседание, с гордостью сообщила Милька.

– Благословенного дня, – по очереди кивнул Броссар моим родителям. – Очень рад знакомству, очаровательная метресса, – с этими словами он опустился на одно колено, чтобы стать с егозой примерно одного роста, и поцеловал протянутую детскую ручку.

При этом он так очаровательно улыбался, что даже Милька, всегда строго смотревшая на любых незнакомцев, расплылась в счастливой улыбке. Мама же смахнула слезинку. Один папа не поддался общему настроению и смотрел серьезным взглядом на наставника.

– Вы с дороги, наверное, проголодались, проходите к завтраку, – вежливо пригласил отец.

– Увы, спешу. Оставляю ненадолго вашу дочь, а затем мы продолжим свой путь, – Броссар произнес вежливо, но так, что ни у кого не хватило смелости настаивать, чтобы он нарушил свои планы.

– Клер, куда вы направляетесь? – задал вопрос папа.

– Дай хоть раздеться, – упрекнула его мама.

– Клер, он твой жених? – принялась теребить рукав моего платья Милька, едва я успела снять пальто.

И в тот же миг все вокруг замерли в ожидании ответа. Мама смотрела тревожно, отец свел брови к переносице, и даже слуги замерли на местах, стараясь не пропустить ни слова.

– Нет, что ты! Он мой наставник, – рассмеялась на их реакцию.

Я бы хотела рассказать о Кристофе. Ведь именно он называл меня своей невестой, но официального предложения так и не успел сделать. Уже привычно вздохнула, вспомнив погибшего жениха, и промолчала о нем.

– А так похож… – протянула Милька.

– Миль, я прохожу у него практику, и мне осталось всего полгода быть рядом с ним, – потрепала сестру по плечу и направилась в столовую, где уже расставляли тарелки.

Какими большими показались комнаты родного дома после того крохотного пространства, что делила на пару с наставником!

– Клер, расскажи об Эмире Броссаре. Как он тебе? Что за человек? – мягко попросила мама во время завтрака.

«Эгоистичный, живущий по своим собственным принципам, не считающийся с правилами хорошего тона» – тут же промелькнула краткая характеристика мэтра Броссара. Но родителям такого не скажешь, старательно подбирая слова, приступила к рассказу о нем.

– Сначала мы с ним не сошлись характерами, – были мои первые слова, привлекшие всеобщее внимание. – Я не ожидала, что под именем Эмири Броссар окажется мужчина, и, прибыв в Арт, назвала его «уважаемой метрессой».

Фыркнула от смеха, вспомнив Николаса, предложившего кинуть мне медяшку, если в его присутствии назову ворожея «метрессой». Ох, и позабавился он тогда за мой счет.

– Да? И как он на это отреагировал? – полюбопытствовала мама.

– Хотел кинуть боевое заклинание, – рассмеялась я.

– И кинул? – Это уже Милька с азартом в глазах.

– Не успел, – веселилась я. – Я прокричала, что выпускница школы и приехала к нему на практику. Тут выяснилась другая подробность. Оказывается, мэтр Броссар в заявке сделал приписку о практиканте парне со специализацией «ворожба». Но я-то на это внимания не обратила, загоревшись идеей побыстрее закончить практику.

– Ох, Клер, – покачал головой папа, не разделяя моего энтузиазма. – Ты живешь в одном доме с неженатым мужчиной, это нехорошо.

– Ой, пап. Даже не представляешь, как нехорошо, – согласилась с ним, уплетая с аппетитом сладкую молочную кашу и поглядывая на ватрушки, ожидающие своей очереди. – В первое время столько было недоразумений, а потом ничего. Договорились. Мы же люди взрослые.

– Вот именно. Взрослые, – с нажимом отозвался отец.

– Не начинай, – отмахнулась от его слов. – Мы вполне ужились вместе. Он готовит, я за порядком слежу. Наставник, знаешь, какой строгий? Да мне столько знаний за все время обучения не дали, сколько мэтр Броссар объяснил и заставил выучить. Я теперь любую болезнь могу определить и вылечить.