Жена-королева - Светлана Казакова

Я ничего не понимала. Всё происходящее становилось какой-то фантасмагорией — как в той книге с девочкой и кроличьей норой, кстати говоря. Оставалось только появиться мартовскому зайцу с чаем, и я бы окончательно пришла к выводу, что просто сплю и вижу сон.

Но оставалась в реальности.

В столовой мы были одни, без прислуги, так что Доминик Винтергарден сам бросился приводить в чувство Мередит Глау. Брызгал ей в лицо водой, осторожно тряс за плечо, но пока безуспешно. В сознание она не приходила.

Вот как её потрясло случившееся.

Но ещё сильнее это ошеломило меня. Мы ведь договаривались всего лишь о помолвке! О фиктивной помолвке, чтобы ему позволили стать опекуном племянниц!

Да и вообще, разве так устраиваются свадьбы? Где же священнослужитель и долгие церемониальные речи? И мы ведь не в храме!

Почему для брака хватило нескольких слов этого незнакомого человека? Мередит назвала его «ваше величество». И эти слова о королевской крови…

Неужели он…

— Похоже, это надолго, — заметил мужчина, покосившись в сторону мага и всё ещё остававшейся в затяжном обмороке молодой женщины. — Выйдем куда-нибудь, где мы сможем поговорить без свидетелей, миз? Ах, простите, уже леди Винтергарден.

Я вздрогнула. Это обращение прозвучало до невероятности неожиданно. А тут ещё и ироничные нотки в голосе брюнета.

— Хорошо, — пробормотала я и, двигаясь как деревянная кукла, зашагала к двери.

Я привела его на тот самый балкон. Впрочем, куда же ещё? Он был поблизости и для приватных разговоров, в чём я уже убедилась, вполне подходил.

— Давайте начистоту, леди, — произнёс мой спутник, когда мы с ним оказались наедине на балконе. — Мне известно, кто вы. Как и ваше настоящее имя.

Я вцепилась похолодевшими пальцами в гладкие перила.

— Лорд Винтергарден тоже это знает? — спросила, кусая губы.

— Нет, — качнул головой собеседник. — Ему я не говорил. Пока.

— Но вы… Как вы… узнали? — совершенно растерялась я. Мне-то казалось, что здесь, в Элхорнской провинции, я действительно в безопасности, так что могу играть свою роль и дальше. — И эта свадьба… Неужели такой брак действительно законен?

— Вы сомневаетесь в моих полномочиях? — посуровел он. — Разве не вы сами, лично, при свидетелях и без чьего-либо давления не произнесли брачную клятву, принимая кольцо от будущего супруга? И разве не слышали мои слова? Свод законов Элхорна разрешает правителю заключать браки своих поданных и тех, кто находится на территории этой страны. Такое происходит редко — обычно люди всё же обращаются к служителям Единого и женятся в храмах. Но ваш случай особенный, леди. Как и вы сами.

Я слушала его, не веря собственным ушам и всё ещё не понимая до конца, как так вышло, что, дав согласие быть фиктивной невестой, я стала законной женой.

В ушах звучали слова брачной клятвы. Той самой, которую сначала произнёс Доминик Винтергарден, а затем я — в полной уверенности, что так и должно быть, и ничего странного не происходит. Была слишком растеряна и взволнована, чтобы вдумываться в то, что говорю. А вот сейчас вспомнила и повторила про себя. «Во всех именах и рождениях».

Во всех именах…

Получается, даже учитывая то, что здесь меня знали как Минну Лоренц, замуж всё равно вышла Эрмина Моргенштерн?

— А что значит «во всех рождениях»? — спросила я.

— Это отголоски старых верований, — ответил мне король. — Когда-то считалось, что после смерти душа не исчезает в небытие и не переносится в другое место. Она возвращается в мир живых в другом теле. Воплощается снова. И может встретить того, кого любила в предыдущем рождении.

— А на самом деле…

— Кто знает? Никто ведь не вернулся оттуда и не рассказал, с чем там пришлось столкнуться его душе, а память эти заново родившиеся люди якобы теряют. Зато клятва осталась и звучит красиво, не находите? — усмехнулся он. Так беззаботно, точно не замечал моего смятения. — Ну же, леди, не смотрите на меня с таким ужасом! Я ведь мог обвинить вас в шпионаже, в намеренном сближении с человеком, состоящим на должности главы Канцелярии тайных и розыскных дел. Однако же не делаю этого, потому что верю, что вы невинны… во всех смыслах.

Я вспыхнула от стыда и возмущения.

— Мужчина не должен говорить таких вещей!

— Мужчина много чего не должен, но мне позволено больше, чем остальным, милая леди.

— Вы сказали, что я особенная… Чем же? Что во мне такого, что я вызвала ваш интерес?

— Ваше происхождение. Ваша тайна, из-за которой вам приходится изображать из себя скромницу-гувернантку. Ваша магия, в конце концов.

— Это вы от лорда Винтергардена узнали о моей магии?

— А вы всегда так любопытны? Что же касается Доминика, — назвал он его просто по имени, — то я давно хотел женить его. Справедливо полагал, что ему нужно остепениться, создать более прочные связи, как и приличествует мужчине его лет. И его родные, мир их праху, были в этом со мной согласны. Но после расставания с той леди, которую так огорчила ваша свадьба, он остерегался связывать судьбу с какой-либо женщиной. И, называя ему условие, при котором Королевский суд согласится выбрать его опекуном племянниц, я не сомневался, что мой друг придумает что-нибудь вроде фиктивной помолвки, выбрав кого-то, с кем легче будет договориться. А потому предупредил его, что этот номер у него не пройдёт — или он незамедлительно вступит в брак, при этом не нанимая невесту за деньги, или опекунство будет передано дальнему родственнику моей жены Реджинальду Глау и его супруге.

— Значит, лорд Винтергарден меня обманул… Мы ведь договорились лишь о помолвке… — выдохнула я. А всё потому, что его загнали в угол!

— Я разрешил ему развод… через некоторое время. Но это не значит, что тот состоится, — хмыкнул собеседник. — К тому же, вы, леди, слишком выгодная партия, чтобы так просто от неё отказаться.