Моя воля - Нидейла Нэльте

Лунар задумчиво перебирал струны незнакомого Сафире инструмента, извлекая из них такой напев… Предводительница заслушалась, боясь спугнуть видение. Если бы она не была влюблена, то непременно влюбилась бы сейчас — в этот звук, исходящий из глубины души, в эти подвижные пальцы, мелодию, которая рождалась и умирала, ведомая настроением воина, какой-то глубокой грустью.

Сделал несколько тихих ударов, после вдруг придержал струны, поднял голову.

Зашёл мужчина в длинном тёмном плаще, по которому серебрились огоньки узоров. Глаза человека, прожившего и испытавшего слишком много. Тонкие плотно сомкнутые губы. Широкий лоб пересекает задумчивая морщинка. Длинные тёмные волосы собраны сзади.

Лунар отложил инструмент, поднялся. Мужчина всматривался в его лицо, словно ожидал что-то увидеть.

— Ты нашёл её?

— Нет, — вздохнул воин.

Сафира вздрогнула, нахмурилась. Как это нет, он же нашёл Китилью. Обманывает? Зачем? Или речь не о ней? О ком тогда? Он ищет ещё кого-то? Или что-то?

Предводительница попыталась разглядеть обстановку, но было темно, и очертания словно терялись там, куда не мог достать её мысленный взгляд. Поняла только, что помещение просторное, то ли большая гостиная, то ли зал.

— Ничего? — переспросил мужчина. Лунар качнул головой.

— Тогда зачем пришёл? — раздался от двери ещё один мужской голос. Лунар бросил туда взгляд, однако не удостоил молодого парня, сложившего руки на груди и подпирающего косяк, ответом. Первый мужчина нахмурился — парень моментально опустил руки, словно готовясь исполнять приказ.

— Арас, выйди.

Молодой скривил губы, но послушно развернулся и покинул зал. Предводительница ощутила рубиновые блики на веках, осознавая, что проваливается из видения. Отчаянно хотелось удержать, дослушать. Однако просторная комната отдалялась, унося с собой мрачный взгляд синих глаз и редкие золотые искры в каскаде густых волос.

Предводительница очнулась в спальне, выделенной ей Китильей. Зачем-то бросилась к зеркалу, в надежде увидеть ещё хоть что-то. Сны казались слишком реалистичными, чтобы сомневаться. Но тёмное стекло отражало лишь тонкое девичье тело в подаренной за исцеление ночнушке.

Сафира подошла к окну. Ночная тишина скрадывала звуки, деревья снаружи покачивались на ветру. Попыталась вспомнить — кажется, у Лунара, тоже ночь. Нужно будет спросить у Китильи, как там бежит время.

Немного постояв и осознав, что заснуть не получится, девушка накинула тёплый пеньюар, взяла подсвечник и отправилась наверх, в комнату, где училась танцевать. Музыкальный проигрыватель стоял на месте. Сафира опустилась возле него на пол, включила. Как запускать здешние танцы, ей показали, а вот где найти музыку Лунарова мира, она не знала. Что-то понажимала, запуталась, попробовала зарядить прибор скользнувшей в руку волосиной. Извлекла из динамиков несколько громких ударов, испугалась, выключила. Поднялась, вздохнув. В такие моменты слишком остро всплывало осознание, насколько велика пропасть между ней и Лунаром.

Сафира так и не придумала, что делать, хотела уже возвращаться к себе, когда дверь отворилась. На пороге стояла Китилья, встревоженно вглядывалась в полумрак примерочной. В домашнем платье — похоже, ещё и не ложилась.

— Всё в порядке?

— Извини, пыталась найти музыку… — Сафира замолчала, рассказывать, какую именно, не хотелось. Но Китилья, вероятно, и так поняла, или “прочитала”, как говорил воин.

— Скучаешь? — вздохнула, проходя. Предводительница не ответила. Поколебалась немного, поинтересовалась:

— А время там такое же? Я имею в виду… не может быть так, что у нас тут пройдёт день, а там… год?

— Боишься? — хмыкнула Китилья, Сафира повела плечами. — Нет, время очень приближено. Ваш мир был синхронизирован, а этот самый близкий к нему, если и есть различия, то незначительные, может, пара минут за пару десятилетий набежит. Но всё равно зря ты это, лучше забудь про него.