Кошмары - Тамара Рыльская

– Как, по-вашему, на кого я похожа? – обратилась она к Арлекину, но тот куда-то исчез.

Дождь радостно набросился на новую жертву. Тучи ползли низко и медленно, как серые неповоротливые дирижабли, скрывая дневной свет. Уличные фонари, работающие на фотоэлементах, зажглись раньше времени, но их болезненно-желтый свет не мог справиться с мглой, накрывшей парк. Зато небо то и дело вспыхивало, заливая парк жутковатым электрическим светом, и протяжно грохотал гром. Продавцы и балаганщики покинули аллею, и только Тайна шла вперед, надеясь поскорее отыскать выход. Идти под холодным дождем было неприятно, но она чувствовала, что должна двигаться вперед.

С тех пор как Тайна покинула комнату смеха, ее не отпускало странное чувство, будто за ней кто-то наблюдает. Казалось, чья-то злобная воля стремительно растекалась над парком, как туман или ядовитый газ, тянулась к ней своими щупальцами.

– Кто-то знает, что я здесь, – пробормотала Тайна, едва ли осознавая, что говорит вслух.

Девушка не видела причин сомневаться в своем чутье и поэтому упорно шла вперед, шлепая мокрыми кроссовками по холодным лужам. Нужно было выбираться отсюда, и чем быстрее, тем лучше.

А ливень и не думал утихать. Тайна смотрела сквозь его серую пелену и в какой-то момент почти поняла, что это за странные щупальца ползут к ней со всех сторон, лаская, опутывая. Но тут на плечо ей опустилась чья-то тяжелая рука, и понимание ускользнуло.

Тайна оглянулась и увидела высокого мужчину в черном кожаном плаще и с огромным зонтом. Короткого взгляда оказалось достаточно, чтобы понять – это он, тот, кто направлял к ней свою волю, тянулся тысячами невидимых щупалец. С зонта стекала вода, окружая мужчину полупрозрачным коконом, но Тайна разглядела всклокоченную бороду и длинные, разметавшиеся по плечам волосы.

– Далеко собралась? – спросил мужчина.

– Далеко, – отозвалась Тайна. – Хочу выйти из парка.

– Ну, это вряд ли. Иди-ка сюда, надо поговорить…

Мужчина взял Тайну под локоть и потащил к небольшой крытой эстраде. Почувствовав его жесткие, словно железные пальцы, девушка поняла, что не сможет просто так вырваться. Оставалось одно – ждать подходящего момента, чтобы убежать.

По навесу колотил дождь, но в глубине сцены было сухо. Они поднялись на скрипучий дощатый помост и прошли чуть дальше, прячась от дождя. В хорошую погоду здесь, наверное, выступали оркестры или проводились танцевальные вечера, но сейчас единственными актерами на этой сцене были Тайна и бородатый мужчина в плаще. Он сложил зонт, резким движением стряхнул с него капли и посмотрел на Тайну из-под косматых бровей. Его прямой изучающий взгляд не сулил ничего хорошего.

– Откуда у тебя рога?! – внезапно спросил он.

– Что?

– Рога! Давно они появились?

Тайна точно помнила, что, когда стояла перед зеркалом в комнате смеха, рогов у нее еще не наблюдалось, но на всякий случай осторожно потрогала темечко. Голова была мокрая, однако ничего похожего на рога, даже самые маленькие, там не оказалось.

– Нет у меня никаких рогов, – сказала Тайна. И укоризненно добавила: – Зачем вы врете?

Небо расколола молния, и на парк обрушился тяжелый раскат грома. Тайна почувствовала, как завибрировали доски под ногами.

– Конечно же они есть, – сказал мужчина таким тоном, словно разговаривал с несмышленым ребенком. – Если ты чего-то не видишь, еще не значит, что этого нет.

– А вы, значит, все видите? – спросила Тайна.

– Не все, но многое. Меня, кстати, зовут Иван Николаевич, я директор этого парка. А тебя как зовут?

– Тайна.

– Не хочешь отвечать – не надо. Теперь важно только одно – что ты здесь.

– А я скоро уйду, – пожала плечами Тайна. – Мне здесь не нравится.

– Ну, нравится не нравится, это значения не имеет, – сурово произнес Иван Николаевич. – Тебе придется остаться. Видишь ли, я собираю таких, как ты.

– Это каких – таких? – поинтересовалась Тайна.

– Особенных. Детей с разными… необычными способностями. У меня здесь что-то вроде детского дома для одаренных. Пока он небольшой, но моя коллекция все время пополняется.

– А во мне ничего такого нет, – сказала Тайна. – Я обычная. Я вообще только вчера появилась.

– Все так говорят, – усмехнулся директор. – Но со временем ты все поймешь. И все увидишь. А пока тебе придется пойти со мной…

Иван Николаевич открыл зонт и схватил Тайну за локоть. Вместе они спустились со сцены, пересекли центральную аллею и нырнули в кусты. Тайна обнаружила под ногами узкую дорожку, вымощенную щербатой тротуарной плиткой. Справа и слева высились деревья, утопавшие в густом колючем подлеске. Кусты никто не подстригал, и девушка едва успевала уклоняться от хлестких веток, отяжелевших под проливным дождем. Наконец заросли расступились, и Тайна увидела пустырь, окруженный деревьями. Посередине возвышалась мрачная двухэтажная постройка с темными окнами и тяжелой металлической дверью. Судя по огромной кирпичной трубе на плоской крыше и тянущимся со всех сторон теплотрассам, это была котельная. Над трубой клубился дым, черный и маслянистый, и Тайна невольно вспомнила Черноту, плескавшуюся под мостом.

– Это и есть мой детский дом, – сказал Иван Николаевич, направляясь к двери. – Добро пожаловать!

Тайна ожидала, что он вытащит из кармана ключи, но дверь оказалась не заперта. Они вошли в прихожую – небольшую, скупо освещенную комнату без окон. У одной стены стояла обувь – десятки и десятки маленьких сапожек и резиновых калош, – у другой расположилась вешалка, заваленная детскими пальто и куртками. Пахло школьной столовой, туалетом и несвежим постельным бельем.

Иван Николаевич притворил дверь, отсекая шум дождя, и сверху вниз посмотрел на Тайну.

– Чего уставились? – не слишком любезно поинтересовалась та.

– Смотрю на твои рога. Очень необычно, хотя я и не такое видал. Твои таланты уже проявились?

– Какие еще таланты? – буркнула Тайна.

– Я бы не спрашивал, если бы знал, – пожал плечами директор. – Обычно они проявляются во время переходного возраста, но бывает, что и позже. Тебе уже есть восемнадцать?

– Я появилась вчера, мне один день, – сказала Тайна. – Я вам уже говорила.

– Что ты несешь? – поморщился Иван Николаевич. – Я говорю с тобой серьезно, как со взрослым человеком! Понимаешь, теперь это твой дом. Ты будешь жить здесь, поэтому привыкай быть вежливой и послушной. Сначала будет сложно, но это все для твоего же блага!

– Мне здесь не нравится, – уперлась Тайна, – и надолго я здесь не останусь.

– Это не тебе решать. Ты пробудешь здесь столько, сколько потребуется. – Иван Николаевич тяжело вздохнул и посмотрел на Тайну едва ли не с жалостью. – Знаешь, я сам долгое время провел в одном очень нехорошем месте. С такими, как ты и я, там обращались жестоко, как с подопытными крысами. Другое дело – мой маленький уютный детский дом! Здесь всем хорошо и весело. Скоро ты полюбишь это место.