Гувернантка - Герта Крис

Комп я выключила и решила ложиться спать. Понятно, что рано ещё, но, как говорил кто-то из мэтров, «во снах — спасение». Вдруг и мне поможет?

Не помогло… Даже не знаю, сколько я ворочалась и всё проверяла ладонью — нет ли под боком пушистых комочков? А потом явились руки без лица и даже начали меня ласкать. Но недолго. До пожеланий убийства котят не дошло — исчезли и руки, и ощущения… Все мужики сволочи! Даже во сне.

***

Удивительно, но проснулась я в боевом настроении. Понятно, что Яську и Аську не забыла, но ухитрилась загнать эту боль поглубже. Даже пожалела, что отдала Машке заказ. Но заказы-то ещё будут…

Съела кусок колбасы с чёрствым хлебом и решила, что горе горем, а наработки и новые идейки порепетировать совсем не лишним будет. Накинула мантию прямо на шорты и футболку, волосы под парик запрятала, очки на нос… Посмотрела строго в зеркало и громко вопросила:

— Где Тёмный лорд злой Волдеморт?!

Он тут же и заявился…

В буквальном смысле. В распахнувшуюся настежь входную дверь хлынула вчерашняя банда почти в полном составе и с теми же привычками. Только выражение лица  у главного иное — обалдевшее слегка.

— А где Катя? — из клубящегося вокруг него тёмного тумана расстроенно спросил стоявший рядом с главарем мальчик. Тот же мальчик, судя по голосу.

Хороший вопросик? Я-то здесь! А вот какого Тёмного лорда в мою квартиру толпа бандитов зачастила?! И как они потом за собой дверь запирают?! Даже засов железный — я проверила вчера. И откуда мальчик знает моё имя?

Но любой вопрос ребёнка требует ответа — это я усвоила твёрдо. И чтобы мальчишка не расстраивался дальше, просто стащила парик с головы. Ну и, для полноты картины, очки сняла с носа.

— Катя! — радостно взвизгнул мальчик. И тут же осёкся: — Я же могу её так называть, дядя Егор?

А вот главный бандит — Егор, Регент или как там его? — сегодня злобными глазками не сверкал, да и вообще наклонил голову и делал вид, что его очень интересует причёска мальчика.

— Я уточню, ваше императорское величество… — И резко бросил, словно собакам: — На месте! Охранять!

Премерзкий типчик!

Как и вчера, туман хлынул на стены, а мальчишка бросился ко мне, прижался к плащу и задрал голову:

— Катя! А у тебя есть сосиски?

Вот теперь я его наконец рассмотрела: темноволосый, симпатичная мордашка. И на белокурую малышку похож до ужаса. Близнецы, наверное...

— Ваше величество… — растерянно, но строго начал «дядя Егор» и осёкся, увидев мою улыбку.

— Его величество хочет есть!

Я скинула мантию, бросила на диван и, обняв мальчика, повела на кухню.

— Э-э-э… Вы бы оделись… — осуждающе пробурчал сзади бандит.

— А она всегда так ходит! — заверил мальчишка, забираясь на табуретку.

Доставая тарелку и укладывая на неё сосиски, я давала пояснения для совсем уж тупых:

— Между нами — я дома. И это вы ворвались ко мне без звонка и стука… И лично вас я здесь не держу!

После этого бандит затих. Он старательно изучал свою обувь, плинтусы, потолок. Но изредка бросал взгляды на мои ноги и хмурился. С большим подозрением он отнёсся к микроволновке, когда я её включила, но успокоился поле короткого пояснения мальчика:

— Печь!

Я, конечно, тоже его рассматривала, искоса, незаметно. Хорош, между прочим... Такие чёткие, правильные черты лица, как у древнегреческих статуй. Да и фигура тоже. Глаза красивые — тёмные, почти горький шоколад. Пшеничные волосы, если отрастить, скорее всего, вьющиеся... В общем, от девиц точно у него отбою нет. Причём девиц любого возраста, ему лет тридцать, похоже. Но! Один красавец у меня уже был, и вот только что красавец! А всё остальное — увольте. Кстати, мальчик, видимо, и правда племянник — очень похожи на лицо.

Когда я поставила на стол шкворчащие пузырьками сосиски и принялась рассекать одну вилкой — не давать же мальчишке нож! — бандит вновь оживился и принялся, тяжко вздыхая, разглядывать тарелку через  белую пластинку.

— Горячие! — довольно произнёс мальчик.

— Надо дуть, — согласилась я. И решила уточнить: — А как тебя зовут?

Наверняка получила бы более короткий ответ от того, кого спросила. А тут…

— Император всея Руси Ярослав Игоревич Романов! — торжественно оттарабанил бандит.

В голове что-то щёлкнуло, и сознание слегка затуманилось. Но не настолько, чтоб я не смогла спросить:

— А сестру?..

— Великая княжна Анастасия Игоревна Романова! — столь же торжественно произнёс бандит и ухмыльнулся.

Кажется, ему доставляло удовольствие лицезреть растерянность на моём лице. А я и не отпираюсь — растерялась. Даже на табуретку осела и совершенно бездумно прошептала:

— Яська и Аська…

Император всея Руси подмигнул мне, откусил кусочек сосиски и, прожевав, требовательно бросил:

— Регент!

В общем-то, настала моя очередь наблюдать за растерявшимся и смущённым бандитом, но я её пропустила. Занята была очень оценкой своего мироощущения типа сон-про-не-сон. Правда же! Император, регент... На моей кухне! Тут надо или в школу снова идти учиться основам биологии и остальному, или добровольно психиатру сдаваться. Ни разу не слышала о превращении котов в мальчиков и девочек. Читать — читала... Другие варианты пока не просматривались. Хотя, может, этот самый регент псих?..

— Э-э-э… Ну-у… Екатерина?.. — бормотал бандит.

Но помогать ему в этих затруднениях мне было не с руки — в себе копалась. Да и близко знакомиться с бандитом я как-то не планировала. К чему ему мои отчество-фамилия?! Ключ от квартиры он, правда, не спрашивал…

— Екатерина… — наконец определился означенный регент. — Госпожа Екатерина! Я приношу свои глубочайшие извинения за произошедший вчера неприятный во всех отношениях эпизод! Вы многого не знаете, но…

Регент чиркнул взглядом по моим коленям, осёкся, заинтересовался макушкой императора и продолжил:

— Надеюсь, вы понимаете, что все мои действия вполне оправданы опасностью для венценосных особ и чрезвычайной сложностью ситуации! Позвольте нижайше просить вас… Прощён ли я, госпожа Екатерина?

Вот только посмотрел он почему-то на Ярослава, уже прикончившего сосиски и внимательно слушающего витиеватую речь. Мальчишка одобрительно кивнул, и сразу стало ясно, кто сочинил и заставил регента выучить этот спич. Оратор облегчённо вздохнул, а Ярослав потребовал:

— Дальше!

И вопросительно посмотрел на меня. Видимо в разработанном сценарии предусматривалась и моя реплика, но ни вежливое «да», ни даже утвердительный кивок меня сейчас не устраивали.

— То есть вы считаете, что я должна забыть вторжение в мою квартиру, кинжал у своего горла и хамское обращение? Кстати, — я улыбнулась Ярославу, — прощение с такими глазами не просят!