И всё же - истинная - Ксения Мур

Голос Хидэна просто сочился ядом и презрением. Неужели он настолько благороден, что подобного не одобряет? Или же дело в чем-то другом?

- А если не нашли?

- Вряд ли. Сам бы не смог отказаться, скорее всего, - спустя несколько минут молчания ответил мужчина. - Только зря ты себе голову ломаешь. К чему это все теперь? Или же хочешь вернуться и попытать удачу? На что-то все-таки надеешься?

Под внимательным взглядом серых глаз, отрицательно помотала головой. Ну я же не дура! Тем более, зачем это мне? К Рою я никакой тяги не чувствую, стать его парой - не горю желанием. Отправиться в тюрьму или монастырь - тоже. А устроиться в новом, хоть и незнакомом, мире и без подобной, весьма сомнительной, связи смогу. Нужно только немного разобраться.

Почти весь день мы провели в дороге. Тело, доставшееся мне, оказалось не очень выносливым, что тоже меня совершенно не удивило. Из-за этого, нам приходилось часто останавливаться, чтобы я могла хоть немного отдохнуть. А вот Хидэну, казалось, совершенно не сложно было шагать, даже с тяжелым мешком на плече.

Я как-то попыталась его поднять, пока мужчина отходил по нужде - интересно же, - но даже от земли оторвать не смогла. Как он его пёр и не кряхтел от тяжелой ноши - черт его знает! Да что там кряхтел, - он даже малейших признаков усталости не показывал. в отличии от меня, едва волочившей ноги. Хотя, судя по нащупаным мной внушительным мышцам, Хидэн находился в очень хорошей физической форме.

- Переночуем здесь, - сказал он, когда мы зашли в какую-то деревушку.

Солнце уже село за горизонт, воздух стал заметно прохладнее, а топать нам до дома мужчины, похоже, было еще далеко. В любом случае, я так устала и проголодалась, что согласна была уже почти на все, если платить придется не самой.

- Только спать нам, все равно, в клоповнике, - тихо пробормотал он.

- Почему? - из любопытства спросила я, хотя, наверное, мне точно следовало бы помолчать.

- Не пустят меченого в приличное место, - раздраженно дернул рукой.

Это движение натолкнуло меня на какую-то мысль, которая залетела в голову и не задержавшись там, сразу ускользнула. Видно усталость все же давала о себе знать. Как, собственно, и желудок, что снова, неприлично громко, оповестил о том, что ему требуется пища. И в этот раз ему вторило тихое урчание со стороны Хидэна.

- Слушай, а откуда ты так много знаешь про истинные пары и, особенно, про отверженных? - по дороге к покосившемуся зданию, все же задала интересующий меня вопрос.

Он молчал и я решила уже, что не получу ответ. А когда спустя некоторое время он заговорил, мои глаза округлились от удивления.

- Потому что я сам - меченый.

Остаток пути мы провели в тяжелом молчании. Каждый думал о своем. И хотя у меня с языка рвались куча вопросов, я понимала, что сейчас не время.

Когда Хидэн говорил про клоповник, оказалось, что он еще сильно приуменьшил “достоинства” сего заведения. Привыкшая к комфортным условиям, я едва справлялась с тем, чтобы откровенно не кривить физиономию в отвращении.

А брезговать было чем! Скошенное, двухэтажное, деревянное строение, крепко нуждающееся в капитальном ремонте, стояло в самом конце селения. Ржавая вывеска была забрызгана грязью и покрыта засохшими, бурыми пятнами. И мне очень хотелось надеяться, что это не кровь, о которой я сразу подумала! Ступеньки перед входом скрипели громче консьержки в общаге и отрубали желание подняться по ним не хуже злобного, бешеного пса. Но так как выбора у меня все равно не было, пришлось превозмогать себя и топать внутрь.

- Какие люди! - едва мы оказались в помещении, навстречу Хидэну пьяно пошатываясь, вышел какой-то забулдыга. - Ты чай еще не сдох?

- Как видишь, - спокойно ответил мужчина, протягивая пьянчуге мешочек, судя по звону, явно с монетами. - Переночевать пустишь?

- А чего ж не пустить? Платишь,так оставайся! - и тут его взгляд упал на меня, прячущуюся за широкой спиной Хидэна. Глаза хозяина дома расширились, да так, что он стал похож на пьяную карикатуру, которые так любили рисовать уличные художники в парках. - А это кто?

- Не твое дело, - перехватывая протянутую руку пьяницы, отрезал мужчина. - Если болтать не будешь - получишь то, что просил.

- Всё-всё, - подняв руки вверх и чуть не грохнувшись, отходя на пару шагов, пробормотал тот. - Я - могила!

Амбре в комнате стояло - будь здоров! Мне даже пришлось нос рукой заткнуть, иначе дышать было невозможно. Похоже, этот пьянчуга никогда не проветривает помещение. Хотя, ему наверное вполне комфортно. Как и жить в подобной “стильной” обстановочке. На заплывших слоем пыли окнах, висели такие же грязные, сальные занавески. Их цвет идентифицировать не представлялось возможным не только из-за этого, а еще и потому, что освещала комнату одиноко стоящая свеча на дальнем столе. И думается мне, что это очень большой плюс! Потому, как я не уверена, что подобное место заиграло бы новыми красками, будь света чуть побольше. А еще было очень любопытно - каким чудом пьянчуга до сих пор дом не сжег?

- Идем, - взяв меня за руку, Хидэн потащил на второй этаж.

Что интересно, как раз там и обстановка, и воздух оказались поприятнее и почище. Хотя все равно, даже до уровня привокзальной гостиницы с ее тараканами, обшарпанными стенами и сломанными кроватями было далеко.

- Старик сюда редко сам поднимается, - говорил Хидэн, словно прочитав мои мысли. - Постояльцев у него, сама понимаешь, практически не бывает. Убирать он приглашает одну старушку за гроши, да и то только второй этаж, одну спальню и всего пару раз за месяц.

- Кошмар, - пробубнила я, с трудом представляя себе контингент сего заведения.

- Условия ужасны, - кивнул мужчина, открывая дверь в спальню, - но уж всяко лучше чем в лесу на голой земле, с большой вероятностью быть съеденными хищниками.

Тут и поспорить было сложно. А еще нельзя забывать, что к таким как он и я, то есть меченым, отношение окружающих просто отвратительное. Лучше уж так, но проснуться живыми.

- Ты не расскажешь, как сам получил метку отверженного? - спросила я, усаживаясь на единственный стул в комнате, который опасно скрипнуло даже под моим не внушительным весом.

- Нет, - посмотрев на меня хмурым взглядом, отрезал он.

- Да ладно тебе! Мы же в одной лодке.

- Мы в доме, блаженная, - проворчал Хидэн, насмешливо хмыкнул и покачал головой.

Тьфу ты! Неужели у них здесь нет похожих выражений? Что за отсталый мирок?!

- У меня есть имя, - сердито сказала я, скрестив руки на груди и гордо вскинула подбородок. Но похоже, в стремлении защитить свое уязвленное эго, совершенно забыла тот факт, что сказала мужчине о потери памяти. О чем он тут же мне напомнил.

- Ты же ничего не помнишь, - навис он надо мной, опасно сузив глаза. - Или это не правда?