Между долгом и честью - Алиса Волкова

— Как будто днем огонь будет так заметен? — усмехнулся тот.

— Огонь, может, и нет, а насчет дыма ты не подумал?

— Ты что, Эл, эти графские ручки наверняка никогда не разводили костер, — рассмеялся Джеймс.

— Но если что, твои рыцарские мне в этом помогут? Я же могу возложить все свои проблемы на твои крепкие плечи?

Элайджа лишь закатил глаза, а Джеймс между тем уже рассыпался в заверениях, что рядом с ним никакие проблемы не посмеют даже приблизиться к графским ручкам, впрочем, к остальным частям графского тела тоже.

— Выдвинемся ближе к вечеру, и я надеюсь, что боги и дальше будут на нашей стороне, — угрюмо произнес Элайджа, — что-то мне подсказывает, что скоро они отвернутся от нас.

— Может, дело в том, что мои силы не бесконечны? — усмехнулся Андриэль. — Или ты правда веришь в своих богов так рьяно?

— Так это ты? Ты наша удача? И как ты это делаешь? — Глаза Джеймса загорелись.

— Это особые чары, — с охотой пояснил Андриэль, — они действуют, как твой щит. Только полностью скрывают нас от других. Но я делал это не все время пути, а лишь когда чувствовал опасность. Но дальше это не поможет. Я еще слишком слаб, и на восстановление понадобится много времени. До вечера чары нас скроют, но это мой максимум.

— И как тебя вообще схватили с такими умениями? — поинтересовался Элайджа.

Вообще, все, что касалось магии, он выслушивал с особым интересом. Слова Андриэля подтверждали, что маги не всесильны. Во всяком случае, умело пущенная в горло стрела или удар меча убивали их так же. Вопрос в том, что подобраться к ним труднее. Впрочем, рассказы Андриэля о щитах проясняли и это. Кто бы мог подумать, что можно наколдовать удачу. Это что-то за гранью понимания. В Анталии очень давно не рождались маги. Грегор оправдывал это проклятьем, ведь в свое время перепуганные жители Анталии отправляли ведьм и магов на костры, приносили в жертву богам и обвиняли во всех грехах. Такие гонения не могли пройти бесследно. Элайджа считал, что, скорее всего, именно в этом причина отсутствия магов в их стране. Сперва отец Грегора, а потом и он сам всячески поддерживали страх жителей, разжигали их ненависть к магии. Пока не началась война, и Грегор не осознал преимущество магов на поле боя. Но оказалось слишком поздно. Те маги, что еще имелись в Анталии, умело скрывались, а многие и вовсе бежали в Остовию.

— Я полез в драку, хотел проявить себя, — дернул плечом Андриэль, — ваши рыцари пытались изнасиловать крестьянскую девчонку. Двоих мне удалось убить, но подоспели еще трое. Часть чар я потратил на бой, часть на защиту девчонки. У меня не осталось запасов. И я понял, что сил не хватит. Оставалось полагаться на настоящую удачу. И она послала мне вас. Последние силы я потратил, чтобы залечить раны еще в темнице. По дороге к хижине и в ней я успел восстановить только часть своих сил.

— А сколько займет полное восстановление? — поинтересовался Джеймс.

— Три дня, может, четыре. С зельями быстрее, но я не взял их с собой.

— А ты довольно беспечен, как я погляжу. И не так силен, как хочешь выглядеть, — сказал Элайджа.

— Не все маги обладают непомерным могуществом от рождения. Управление магией — тяжкий труд. Рикас наложил на часть моих сил блок. Я… — Андриэль опустил голову, но Элайджа все равно увидел, как тот закусил губу, словно не хотел в чем-то признаваться, — не так хорош в контроле, как он. Он боялся, что моя магия уничтожит меня самого.

— А такое возможно? Так значит, магия — это не щелкнул пальцами и все? — поинтересовался Джеймс.

— А можно мне уже пойти искупаться? Или будешь и дальше меня изучать? Может, еще выставишь напоказ, как забавную зверюшку? — зло глядя на Джеймса, вспылил Андриэль.

— Ну, разве что личную зверюшку только для меня, — подмигнул ему Джеймс, — я пойду с тобой. Все-таки кто-то должен охранять твою бесценную тушку, граф. — Джеймс подскочил на ноги, изобразил полушутливый поклон и протянул Андриэлю руку, чтобы помочь подняться с поваленного дерева, на котором тот сидел.

— Хочешь рассмотреть получше, так и скажи, — усмехнулся Андриэль, словно и не собирался секунду назад прожечь в Джеймсе дыру.

— Было бы на что смотреть. Кожа да кости. Этим только собак на постоялом дворе соблазнять, и то вряд ли.

— Ну это мы еще посмотрим, сэр рыцарь, — ответил Андриэль и потащил Джеймса за руку в сторону реки.

Элайджа лишь посмотрел им вслед и принялся доставать из походной сумки одеяла. Захватить удалось не так много, но, судя по всему, Джеймс не расстроится перспективе делить с Андриэлем одно одеяло на двоих, а Элайджа вполне обойдется и без него. А еще нужно заняться расстановкой ловушек, чтобы узнать о приближении врага. И подумать о том, сколько часов они могут позволить себе поспать. Им с Джеймсом придется дежурить по очереди, Андриэлю он пока не доверял. Да и ему стоит хорошенько восстановиться — магия может стать хорошим подспорьем в их путешествии.

* * *

— И кем же ты все-таки будешь: охранником или надзирателем? — усмехнулся Андриэль, скидывая с себя рубашку.

— А сейчас мы под твоей защитой или нет? — ответил вопросом Джеймс.

— Сейчас — нет. Думаю, что твой друг позаботится о дежурстве и ловушках, мои щиты будут слабыми. Силы практически на исходе. Ты меня боишься?

— Судя по тому, что ты сказал, отделать тебя может и ребенок. Твой брат не доверяет тебе, поэтому блокировал магию?

— Моим способностям. Если маг не справится со своей силой, то она обернется против него, а это либо смерть, либо безумие. Приятного в любом исходе мало, — продолжая стягивать одежду, признался Андриэль. — Ты же сказал, что смотреть не на что? — перехватив взгляд Джеймса, улыбнулся он.

— Смотрю, все ли раны ты залечил, а то вдруг помрешь посреди пути, и что нам тогда делать? Разгневанный Рикас уничтожит нас взмахом руки.

— Ты прекрасно умеешь врать, сэр рыцарь, но меня еще никому не удалось провести, — подмигнул ему Андриэль и направился в сторону воды.

Джеймс лишь проводил его взглядом. Откровенно говоря самому себе, он, конечно, несколько преувеличил фразу о том, что смотреть тут не на что. Андриэль привлекал внимание, а тот факт, что он не уступал Джеймсу и в словесной перепалке, лишь подогревал интерес. Обычно мужчины оказывались более сдержаны, а дамы просто не позволяли себе подобной наглости и распущенности. Но Андриэль — совсем другое дело. Джеймс ожидал, что тот рассыплется в