Охота на Нострадамуса - Игорь Вардунас

Дениел улегся на заднем сиденье, расслабленно сложил руки с зажатыми в них шашками с газом на животе, закрыл глаза и стал мысленно считать в обратку, от нуля до пятнадцати. А закончив, не открывая глаз, тихо скомандовал:

— Ковш.

* * *

В кабине инкассаторского броневика стояла неимоверная духота. Остро пахло потом, ментоловым табаком и оружейной смазкой. Нудно бубнило радио. Старенький пластмассовый вентилятор изо всех сил с жужжанием перемалывал удушливый воздух рядом с приклеенной на торпеду пятнистой фигуркой Скуби-Ду, покачивающей улыбающейся мордахой на пружинке в такт движению.

— Глянь-ка, опять затягивает, — охранник-водитель приналег грудью в бронежилете на руль и посмотрел на темнеющее небо, когда броневик, эскортируемый едущим впереди полицейским джипом, остановился на светофоре. Лобовое стекло косо расчертили первые капли дождя, и водитель включил дворники, со скрипом размазавшие город в бесформенное неоновое пятно. — Что за лето такое.

— Сплошной отстой, — поддержал устроившийся рядом, жующий жвачку напарник, в больших зеркальных очках, у которого на коленях лежало помповое ружье. — До кучи осталось только продуть четвертьфинал.

— Не каркай. И так паршиво. Дочь гуляет с каким-то козлом, жена последний месяц вообще оборзела — пилит и пилит, и до пенсии как до луны. Погода вон еще. А мы в выходной нагибаться должны, хоть бы сверхурочных накинули, — водитель переключил передачу, продолжая движение за полицейской машиной по зеленому сигналу светофора к следующему перекрестку, над которым возвышался желтый «Катерпиллер» с огромным ковшом экскаватора. — А эта, пипетка… Прикинь, что вчера отмочила — папа, я татушку хочу! Да не где-нибудь, а вот здесь.

Приподнявшись и убрав руку с руля, водитель ткнул себя пальцем-сарделькой в объемистый зад.

— Полный набор неудачника, старик, как в кино прям, — сочувственно усмехнулся напарник, поправляя на коленях ружье. — А может, она уже ее набила? Проверь-ка на досуге. Мы для них давно не авторитет.

— Точно. Это все комиксы и Эм-Ти-Ви. Последние мозги засрали.

— У меня-то хоть малец подрастает. А у тебя две девицы — жуть!

— На баб вечно не хватает только двух вещей — зла и денег. Только ныть и умеют: папа се, милый то… Тьфу! Попробовали бы, как я, понагибаться, — фыркнул в ответ водитель и, не отрываясь от дороги, кивнул на перегородку за спиной. — Кстати, много там?

— Пара лямов, может, больше, не уточнял. Наше дело довезти. А что, решил лапы погреть? Тут много не навоюешь, старик, это тебе не Вегас.

— Да и я не Элвис.

Охранники дружно рассмеялись. Часть улицы, огороженная «зебрами» с оранжевыми мигалками, на которой суетились рабочие в ярких жилетках, приближалась.

— Вон, опять что-то разрыли. Кроты, м-мать.

— Во-во. Ремонтникам только дай волю в грязи покопаться. Делать народу нечего. Льют из пустого в порожнее, а потом мы все разводим руками и дружно удивляемся, куда это налоги текут. Прибавь-ка, — напарник поторопил водителя, увидев, как на приближающемся перекрестке замигали светофоры, сигнализируя о скором прекращении движения. — Успеем проскочить, а то так и до обеда ехать можно. Я жрать хочу.

— Что сегодня, «Тако» или полковник Сандерс? — напарник выжал сцепление, переключая передачу резиновым набалдашником на длинной ножке.

— Не, слишком острое. Надо язву пожалеть.

— Я бы пару чизбургеров перехватил. Или лапши.

— Можно в «Вокер», у них вроде буррито ничего.

— Ага. Наваристые, с подливкой и тефтельками, — водитель мечтательно улыбнулся, сощурив поросячьи глазки. — Да и недалеко там, в паре кварталов всего. Ммм, аж в животе урчит.

— Так посигналь ему!

Броневик несколько раз сипло прогугукал. Водитель впереди смекнул — подгоняемый джип, включив красно-синие мигалки и коротко подвыв, обогнул замешкавшееся такси с испугавшимся арабом за рулем и быстрее покатил к перекрестку.

— Давай-давай-давай! Под желтый как раз успеем, — азартно подгонял напрягшийся на пассажирском сиденье охранник, когда инкассатор на скорости пересек улицу перед самым капотом клюнувшего носом школьного автобуса. — Вот и отлично, а то плелись, как…

Спереди взвизгнули тормоза, и удар экскаваторного ковша «Катерпиллера», крутанувшегося на башне с чудовищной силой, обрушился на едущий перед броневиком джип, отбрасывая его в брызнувшую осколками витрину кафе-пиццерии.

— Твою мать! — заорал водитель, инстинктивно кидая инкассатор в противоположную сторону. Тяжелая машина, вильнув, на полном ходу ухнула в огороженную яму посреди улицы и, взбрыкнув задом с вхолостую вращающимися колесами, заглохла, извергнув из-под капота густые клубы пронзительно шипящего дыма. Переодетые рабочие засуетились, доставая оружие. В задние двери инкассатора тут же вцепился снова крутанувшийся на башне экскаваторный ковш. Сверху раскатисто громыхнуло, и небо обрушилось на улицу шуршащей пеленой ледяного дождя.

* * *

Услышав грохот и звон стекла, по-прежнему не открывающий глаз Дениел выждал на сиденье еще пару секунд.

— Пули.

С улицы донеслись обрывки коротких команд. Хлопнули выстрелы, и несколько стальных пчел с резким хрустом пробили стекло «Доджа» со стороны водителя, пройдя салон по касательной навылет.

— Дети.

Тумцанье бумбокса, резко захлебнувшись, стихло на низкой ноте, послышался чей-то крик.

— Мяч.

О крыло «Доджа» что-то стукнуло, и Дениел выскочил из машины, отработанными движениями срывая с газовых шашек звякнувшие кольца. Одну — в сторону экскаватора, ковшом сорвавшего заднюю дверь инкассатора. Ослепить водителя в кабине, бросившего рычаги и снимающего с предохранителя китайский «инграм». Вторую — в парней у броневика, лишь бы докинуть — ядовитый снаряд, расплескивающий вокруг себя густые клубы дыма, несколько раз перевернувшись в воздухе, с шипением упал в гущу перекрикивающихся людей, суетящихся у развороченных дверей инкассатора. За основной оболочкой кузова их ждал дополнительный встроенный сейф из титанового сплава. Налетчики не зевали. Готовились три месяца, напряжены, суетливы, матерятся по-арабски. Ничего, братья. Нам по пути, но не сейчас. Оружие, спешно вытаскиваемое ими из пакетов, спрятанных в отсеке тарахтящего строительного генератора, тут же открывало стрельбу по окровавленным копам, выбиравшимся из-под покореженного джипа, застрявшего в витрине кафе.

Прыгнув за руль «Доджа», Дениел развернул завизжавшую резиной машину, разбрасывающую колпаки с колес, задом подгоняя ее к броневику, насколько позволяла перерытая улица. По корпусу ударило еще несколько пуль. Давай же, давай! — торопил Дениел шашку с газом. — Действуй! Затормозив и рванув рычажок, открывавший багажник, снова вывалился на улицу.

Мир, отзывающийся криками, воем сирен и гомоном испуганных, объятых внезапным ужасом людей, обволакивал быстро идущего Дениела, словно он перемещался в замедленной съемке. Под ногами мелькнула перепуганная собака, которую истошно звала бросившая тележку бомжиха.