Цирк проклятых - Лорел Гамильтон

Бывает в октябре несколько дней, которые можно назватьидеальными. Такое раскидывается чистое и голубое небо над головой, что всеостальное кажется красивее обычного. Стоят вдоль шоссе деревья – багряные,золотые, ржавые и бордовые. И каждый цвет ярок, как неон, и пульсирует всолнечном свете. Воздух прохладен, но не холоден, и в полдень можно обойтисьтолько легким жакетом. Погода для долгих прогулок в лесу с кем-нибудь, с кемхочется держаться за руки. Поскольку такового у меня не было, я надеялась насвободный уик-энд, чтобы погулять одной. Шансы на этот уик-энд менялись отхилых до несуществующих.

Октябрь – сезон подъема мертвых. Все считают, что Хэллоуин –прекрасное время для подъема зомби. Это не так. Единственное требование –темнота. Но почему-то все хотят назначить время работы на полночь Хэллоуина.Они думают, что провести ночь кануна Всех Святых на кладбище, убивая цыплят иглядя на вылезающих из могил мертвецов, – классное развлечение. Хоть билетыпродавай.

Я поднимала до пяти зомби за ночь. Не надо было мне говоритьБерту, что от четырех зомби я еще не выдыхаюсь. Излишняя правдивость – моясобственная ошибка. Конечно, если правду сказать, и пять зомби меня тоже невыматывают, но черт меня побери, если я скажу об этом Берту.

Кстати, о моем боссе. Надо ему позвонить, когда приедудомой. В каком он будет восторге, когда я попрошу выходную ночь! При этой мыслия улыбнулась. Каждый день, когда удавалось дернуть цепь из рук Берта, былхорошим днем.

У своего дома я остановилась около часу дня. И хотелось мнетолько быстро принять душ и часов семь поспать. Насчет восьми уже и думать неприходилось – слишком поздно. И надо увидеться сегодня с Жан-Клодом. То-торадости. Но он и был Старейшим вампиром города. И если рядом появился другойМастер вампиров, он об этом знает. Кажется, они друг друга чуют. Конечно, еслиубийство совершил Жан-Клод, то вряд ли он сознается. Но я не думала, что этоон. Слишком он хороший бизнесмен, чтобы так грязно работать. И единственный изизвестных мне Мастеров вампиров, который не свихнут так или этак – ни псих, нисоциопат.

Конечно-конечно, Малкольм тоже не свихнут, но его методов яне одобряла. Он возглавлял самую быстрорастущую церковь Америки. Церковь ВечнойЖизни прелагала именно то, что говорилось в названии. Ни порывов веры, нинеизвестности – чистая гарантия. Можешь стать вампиром и жить вечно, если тебяне убьет кто-нибудь вроде меня, или не попадешь в пожар, или автобус тебя несобьет. Насчет автобуса я не была так уверена, но мне это всегда былоинтересно. Наверняка есть что-нибудь такое массивное, что может даже вампираповредить невосстановимо. И я надеялась когда-нибудь эту теорию проверить.

По лестнице я шла медленно. Тело отяжелело, глаза жгло отжелания спать. До Хэллоуина оставалось три дня, и нельзя было сказать, чтомесяц кончается слишком быстро. Перед Днем Благодарения в нашем бизнесеначинается спад и тянется до Нового года, а потом снова идет рост. Я молилась оснежных буранах. При сильном снеге дел меньше. Люди думают, что мы не умеемподнимать мертвых сквозь глубокий снег. Умеем, только никому не говорите. Мнехоть чуть-чуть отдохнуть надо.

Коридор был наполнен тихими звуками от моих живущих дневнойжизнью соседей. Я искала в кармане ключи, когда отворилась дверь напротив. Изнее вышла миссис Прингл. Она была высокой, худой, еще более похудевшей сгодами, с пучком волос на затылке. Волос абсолютно седых. Миссис Прингл никрасками, ни косметикой не пользовалась. Ей было шестьдесят пять, и она плеватьхотела, кто об этом знает.

Крем, ее шпиц, стал рваться с поводка. Он – мячик золотистойшерсти с маленькими лисьими ушками. По весу он уступает почти всем кошкам, ноон из этих маленьких собачек с повадками больших. В прошлой жизни он былдатским догом, наверное.

– Привет, Анита, – улыбнулась миссис Прингл. – Вы что,только что с работы?

Я ответила улыбкой: