Боевой устав эльфа - Олег Никитин

Майор закатил глаза, будто актер в древнеэльфийской трагедии, но согласился:

– Ладно, убедил.

– Мудрое решение, сир. Как попасть в Подтеменье?

– Спросишь у Огбада… Самая короткая дорога в нижний мир ведет через мэллорн Эльфийского Совета. Только вас к нему и близко не подпустят. Тем более и весомой причины к тому нет. Совет, как ты понял, не в курсе нашей сделки. К тому же этот путь давно собирались уничтожить. Но до меня доходили сведения, что бывший президент Волосебугу умел это делать и без мэллорна. Кольцо священных змей хухум, что-то там еще. Надеюсь, Дуумвират не утратил это полезное знание?

Теперь пришла очередь мычать Федору.

– М-м-м-м… Не то чтобы мы его утратили…

– Прекрасно! – воскликнул Виалл. – Тогда за дело, Стволов! Вот приблизительные карты Подтеменья, держи. – Он вытащил из-за пазухи потрепанный свиток, крошечный, как самокрутка хоббита-торчка, и сунул оторопевшему Федору в ладонь. – Место, где обитает ренегат, я отметил крестиком. Подробнее обо всем расскажут полковники Огбад и Назуз. А сейчас нам пора возвращаться.

Не дав Федору опомниться, эльф направился к залу аудиенций.

– Господин президент, высокие сиры, – громогласно проговорил он, с треском распахнув дверь. – С прискорбием сообщаю, что договор подписан не будет. Об этом только что меня приватно известил Премьер-министр Даггоша, господин Стволлут. Надеюсь, в самом скором времени мы получим объяснения этому недоразумению, а сейчас мы вынуждены покинуть дворец. Во избежание громкого международного скандала с высылкой контингента и национализацией частной собственности! – веско добавил он.

Повисла тревожная пауза.

– Вы уверены, сир? – пробормотал один из концессионеров, обращаясь к Премьеру. – Но господин Президент только что… Наши проценты одни из самых низких на международном финансовом рынке, а программа рефинансирования задолженности…

– Да, уверен, – отрезал Премьер.

Эльфы в поисках поддержки уставились на Президента Маггута, но тот бы явно ошарашен не меньше их и промолчал. Наконец визитеры дружно, с заносчивым видом – мол, вы еще пожалеете, грязные аборигены, – поднялись из-за стола переговоров и в драматичном молчании покинули зал.

– Un-fucking-credible! – очнулся наконец Зак. – Какого Насра, чувак? Я уже почти уговорил их умерить аппетиты. Надеюсь, что ты не рехнулся и знаешь, что делаешь. Потому что сумасшедший Премьер в довесок ко всем прочим бедам погубит эту страну гарантированно.

– Все путем, – уверенно сказал Федор. – Мы не можем свалить на граждан Даггоша еще и долговое бремя. Нам хватает проблем с бегством капиталов, утечкой мозгов, преступностью, образованием, продовольствием и питьевой водой. – Голос Премьера крепчал с каждым произнесенным словом. – Но я убежден, что все трудности будут преодолены, а страна выйдет из кризиса обновленной и окрепшей!

– Эй, брат, мы не на митинге, – напомнил Маггут.

– Извини, привычка, – смутился Стволов. – Я тебе позже расскажу, что от Виалла услышал. Надо пока самому переварить.

– А с этими записками что делать? – поджав губы, спросила Булюш и потрясла кипой бумаг. – Все же недействительно теперь?

– Отнеси на кухню. Для растопки сойдет, – отмахнулся Зак. – Кстати, Президент не отказался бы отобедать, это к вопросу переваривания. Федор, ты со мной?

Стволов отрицательно покачал головой. После заключения сделки с Виаллом у него сложилось впечатление, что эльфы их все-таки поимели. Вот только как?

Аппетит после таких мыслей пропал начисто.

* * *

Поскольку других государственных дел на сегодня не оставалось, а отмечать с подданными тувлюхский День Благодарения какому-то там банану Федор не собирался, он отослал референток по их личным делам – праздник все-таки, – сам же отправился в «армейское» крыло дворца.

С тех славных деньков, когда Стволов в компании бравого Маггута наводил шороха в этих коридорах, утекло немало мутной воды Касуку. Усиленные посты сняли. Лишних гоблинов президентской гвардии, так же как и поголовно всех «небесных повязок», выгнали на патрулирование Ксакбурра и окрестностей. Эльфийское командование тоже сочло, что обстановка в стране уже не такая взрывоопасная, и заметно сократило контингент.

Коридоры пустовали. В местах, где рвались файерболы и трещали разряды жезлов, развесили веселые плакаты со сценками из мирной жизни страны – главным образом, чтобы прикрыть повреждения. Кое-где, правда, попадались старые агитки с призывом сохранять бдительность и остановить Черного Шамана. На ремонт и «чистку конюшен» ни денег, ни кадров традиционно не хватало.

Надо отдать должное капитану Перье, охрану дворца от попрошаек и шпионов он организовал квалифицированно.

– Где капитан? В связной шар его не достучишься, – сказал Федор, входя в караулку. – Вольно, бойцы.

– Проверяет внешние посты по случаю праздника! – отрапортовал дежурный гоблин.

Федор попытался установить связь отсюда, но Перье в своем кабинете так и не появился. Обходить весь периметр было глупо. Премьер уже смирился с неудачей, когда у перегороженной лестницы в подвал повстречал доблестного вояку собственной персоной. Перье взял под козырек.

– Ладно, без этих формальностей. – Федор пожал крепкую ладонь соплеменника. – Я тут подумал, что мне нужен нормальный работник на посту главнокомандующего и даже Премьера.

– Вы нас покидаете? – ужаснулся бравый капитан. – Повышение?

– Все возможно. Но это не страшно! Главное, чтобы вы нас не покинули, сир. Иначе во дворце наступит полный хаос. Собственно, я хотел попросить вас возглавить Министерство внутренних дел. Для начала.

Перье растерялся, потом широкая улыбка растянула лицо заслуженного солдата. Он по-отцовски подхватил Премьера Стволлута за локоть и повлек на балкон – видимо, не хотел, чтобы их голоса эхом гуляли по пустым коридорам здания, будоража его обитателей.

– Послушайте, Федор, – сказал он, прислонившись к выщербленному парапету. За пределами стен уже разливался полуденный зной. Поблизости негромко шумела жесткими листьями верхушка пальмы. – Вы позволите такое фамильярное отношение? Во-первых, я связан с Советом контрактом… А во-вторых, в будущем месяце намерен подать в отставку и вернуться на родину. Достаточно послужил в «небесных повязках», хочу домой. Я же здесь двадцать лет служу. Столько золота заработал, до конца жизни не потратить. Но могу порекомендовать вам одного прекрасного, умного гоблина. Честнейший работник, неподкупный. Буквально лучшим был в прежнем кабинете министров. Единственный, кто остался верен президенту Волосебугу до самого конца. И даже после.

– Похвальная самоотверженность. А почему он уволился?

– Вы же сами с Маггутом его и выгнали, – усмехнулся Перье. – Я про Вучаддарра толкую.

– Наср! С ним и впрямь нехорошо получилось. Но вы ведь помните, как нагло он себя вел. Можно сказать, оспорил подвиг Зака по спасению мира.