Любовь и хоббиты - Иван Иванов

– Даже не знаю… – гоблин пожал плечами. – Как звать?

– Боббер.

Он уставился в текст.

– Да, написано «хоббит Боббер»… Ладно, начальству виднее. Пойдем.

– А что делать с ним? – я показал в сторону завала.

Юдааш хитро усмехнулся и погладил меня по голове (вот не ожидал!).

– Забудь. Ты пришелся очень кстати.

– Это почему?

– Раабан должен мне коробку сушеных крыс, целый месяц не возвращает. Поделом ему.

– А… ну тогда на здоровье… – сказал я, а сам подумал: «Что у них за вкус? Жрут всякую гадость…».

Мы долго бродили между вешалок, копались в шкафах и коробках, но зря потратили время.

– Не шьют на вас, – остроухий развел руками и, подтверждая сказанное, вытянул из очередной коробки красное платье в белый горошек. – Видал?

– И что теперь, на Базе торчать?! – я хотел и его за что-нибудь цапнуть.

Юдааш поскреб в затылке, подхватил меня под мышки и принялся осматривать, ну прям как ветеринар собачку.

– Эй, в чем дело?! – я попытался отбиться ногами, но безуспешно: у гоблинов длинные руки.

– Расслабься, малыш, – костюмер вернул меня на место и принялся насвистывать «Гоблинскую доблесть». Мы отправились в пошивочную, где строчили десятки швейных машин (их шум напоминал перестрелку). Юдааш подобрал с пола, усыпанного нитками и обрезками, серую рвань на меху и приложил ко мне.

– Как говорят лучшие портные Базы, – торжественно произнес мастер, – «что гоблину носок, то хоббиту свитер, а что гоблину свитер, то хоббиту одеяло».

Признаюсь, я рассчитывал на обтягивающий красно-синий комбинезон, доспехи, байкерскую бандану в конце концов… или хотя бы на камуфляжные штаны, а что получу? Лохмотья?

– Все сделаем в лучшем виде, – пообещал Юдааш, снял с крючка на стене огромные ножницы и принялся кромсать подобранный с пола материал. – Судя по швам и запаху, – сказал он авторитетно, – шкура, что надо: старый козел.

Прощайте, обтягивающий красно-синий комбинезон, доспехи, байкерская бандана и камуфляжные штаны! Как говорит бабуля, мечтать не вредно, вредно ерундой страдать.

– Ты не думай, малыш, кафтанчик из Финляндии, – доверительно сообщил гоблин, – сняли со свежего трупа и, заметь, не с чумного или тифозника, а с нормального, экологически чистого лесного разбойника, его просто кореша топором зарубили.

Закончив раскрой, он передал заготовки портнихе, показал пальцем на меня и прорявкал ей указания по-гоблински. Работница отвечала противным смешком, напоминающим звуки старой канализации. Готовый наряд (строчила она быстро) производил удручающее впечатление – мы такое даже собаке в конуру не постелим, но куда деваться? Пришлось, преодолевая стыд и отвращение, переодеться. Костюмчик, чем-то напоминающий комбинезон, как вторая шкура, полностью закрывал руки, ноги и туловище. В остальном одно сплошное огорчение: серая шерсть в проплешинах цвета грязи, с дыркой от лезвия топора на спине – что может быть хуже? Хоббиты не брезгливы, но в ЭТОМ я ощущал себя даже не старым козлом, а битой крысой со свалки.

– Отвратительно! – я тоскливо хмурился в зеркало, любезно предоставленное портнихой гоблиншей. Здесь бы и байкерская бандана не помогла.

– Спасибо, я старался! – Юдааш светился от гордости.

– Старался?! – я аж подпрыгнул. – Сделал из меня вшивую бабайку и радуешься?

– Все строго по заявке, молодой нечеловек! Фуфло не брак.

– Как по заявке?

Он протянул талончик, я схватил бумажку, пробуравил злобным взглядом и… заткнулся. В графе «Легенда», в которой описывают вымышленную историю агента для пункта назначения, значилось:

«Лесная тварь без роду и племени, умственно отсталая».

Скулу у меня, конечно, свело…

Опускаюсь в графу «Внешний вид, одежда», читаю:

«Грязный, одет в обноски, воняет».

Грызольда постаралась, как пить дать; ОНА печатала эту гадость, хоббитоненавистница! Родную одежду пришлось оставить Юдаашу на хранение. Мы долго спорили насчет бабушкиных носков, гоблин требовал заменить их на протоптанные до дыр валенки, дабы соответствовать образу, в итоге сошлись на том, что я остаюсь в носках, а валенки сверху.

Костюмерку покидал без радости: совсем не таким представлялось мне начало агентской карьеры, совсем не таким. Что же дальше будет?