Темная сторона - Владислав Выставной

Нильс вообще умел ценить дружбу – и особенно их сплотил смертельно опасный бросок к Железному городу[2]. Правда, Лео подозревал, что дело тут не только в дружбе. А скорее – во внимании Нильса к Весте. Ни для кого не являлось секретом, что когда-то они были близки. Стыдно признать, но Лео испытывал к дальнобойщику настоящую ревность. Надо отдать должное этому обаятельному красавчику – он имел все права на женское внимание. И стажеру оставалось лишь молча скрипеть зубами.

Вот и сейчас Нильс сходу лезет обниматься с девушкой, которая вышла из блокгауза. Вроде просто по-дружески, но от этого все равно не весело.

– Всем привет! – Нильс подошел ближе, пнул саблезубого монстра, пожал руки друзьям. – Значит, вы уже в курсе?

– В курсе чего? – поинтересовался Ясон.

– А вот этих тварей, – Нильс присел на корточки рядом с монстром, брезгливо оглядел его, сплюнул, посмотрел на приятелей. – Они идут с востока, и, похоже, это только разведчики.

– Разведчики? – недоуменно повторил Лео.

– Думаю, они охотятся стаями, – сказал дальнобойщик, поднимаясь. – Но дело даже не в этом. Они уже проникли на базу. Есть жертвы.

– Что там случилось? – спросила Веста, подходя ближе. Взяла Лео за руку, и от ее прикосновения стало как-то уютно, даже рассказ Нильса не мог испортить это ощущение.

– Что-что! Механик один, говорят, вышел из ангара ночью – покурить ему приспичило. Ну и покурил: цапанула его такая кошечка с крыши, потом только кости нашли. Девка одна пропала – пока ищут, но, по-моему, та же история. Одну такую кису грохнули, да и то не сразу – говорят, одной пули мало.

– Да уж, – помрачнел Ясон. – Так скоро и за ворота не выйдешь.

– Ничего, – легкомысленно отозвался Нильс, бросая в рот сигарету и звонко откидывая крышку зажигалки. – Сайгаки уйдут – и эти зубастики за ними потянутся.

– А если не потянутся? – предположил Лео. – Люди для них – более легкая добыча. Они по степи не бегают, они на месте сидят, как куры в курятнике. Знай только, тягай по мере надобности.

– Ну, ты… – сигарета повисла на нижней губе дальнобойщика. – Скажешь тоже – как куры…

– В общем, я думаю, надо нам тут, за стенами, переждать, пока все не прояснится, – подытожил Ясон.

– Тебе тоже сегодня придется остаться, – сказал Лео Весте. – К своим Мертвым холмам потом сходишь.

Зря он это сказал. Для Весты роль Хранительницы – не блажь, не игра, как ему иногда казалось. Это часть ее мира. Как часть ее мира сами Мертвые холмы – гигантская могила миллионов погибших от необъяснимого «бунта генов», погубившего этот мир.

Веста разом отстранилась, выпустила его ладонь, сказала:

– Я пойду к Холмам тогда, когда это нужно. Со мной ничего не случится.

– Пожалуйста, не ходи, – виновато сказал Лео.

Но девушка уже поправила на плече свой неизменный дробовик и, ни на кого не глядя, направилась в сторону ворот.

– Стой! – скосившись на убитого монстра, повысил голос Лео. Он догнал Весту и крепко ухватил повыше локтя.

Девушка удивленно посмотрела на него и попыталась вырваться:

– Пусти!

– Не пущу! Там опасно!

– Отстань от меня! Отойди!

– Слышишь – пусти ее! – это уже Нильс. Он приблизился к Лео, нахмурился. – Слышишь – она не хочет, чтобы ее держали.

Лео задохнулся от бессилия и злости. Запахло дракой.

В этот момент земля под ногами завибрировала, что-то истошно засвистело, загрохотало, и крик Молотка заставил всех обернуться:

– Смотрите! Смотрите! Ага!

Лео не поверил своим глазам: громада корабля висела в полуметре над землей на мощных струях раскаленных газов из двух разнесенных по обе стороны поворотных двигателей. Гондолы с «движками» вздрагивали, меняя векторы тяги и удерживая хрупкое равновесие. Махину заметно качало, трясло, вокруг взметывались клубы пыли, летал мусор и разносило в стороны сложенный поблизости хлам – но она все-таки оторвалась от земли!

На фоне корабля отплясывал в каком-то диком танце сам конструктор. Очки его съехали в сторону, сам он был всклокочен, лицо измазано, в руке какая-то коробка с торчащими из нее проводами. Зрелище было действительно шокирующее, особенно на фоне корабля, медленно поворачивающегося вокруг собственной оси и опасно сползающего в сторону блокгауза.

– Получилось! – голосил Молоток. – Есть!

– Осторожнее! – крикнул Ясон. – Он же все здесь разнесет!

– Все под контролем! – прокричал в ответ Молоток и вдавил кнопку на своей коробку. От нее к кораблю тянулся толстый гофрированный кабель. Свист стал стихать, и корабль грузно осел на опоры.

Теперь эта махина действительно походила на настоящий корабль, и Лео стало немного стыдно за свое недоверие. Похоже, у них действительно появились шансы на возвращение. И Веста, забыв о недавней ссоре, бросилась к нему с объятиями. Они обнимались и хохотали в каком-то детском восторге, и не думали тогда о том, что означает для них этот успех.

А он означал скорое расставание.

Ясон с Персеем уже трясли Молотка, пытая того вопросами. Особенно возбужден был Ясон: бывшему первому пилоту Олимпа предстояло поднять корабль в воздух.

– Ну, когда полетим? – допытывал умельца Ясон.

– Да погоди ты, еще испытания нужны, – растерянно улыбаясь и поправляя очки, отвечал Молоток. – На тягу, на стабилизацию, системы управления тоже проверить надо…

– Вот в небе и проверим! – Ясон тряхнул Молотка, и очки у того съехали на кончик носа. – Но у нас получилось, а? Ведь получилось?!

* * *

Вечером устроили пир. Пожалуй, никогда еще они не закатывали таких вечеринок. Во-первых, потому что с продовольствием в этих местах далеко не благополучно, во-вторых – просто не было повода. Но сейчас всех не покидала атмосфера праздника – особенно селенитов, которые впервые за время пребывания в этом мире почувствовали реальную возможность возвращения на далекую родину. Остальным оставалось радоваться за друзей, и только Лео с Вестой постепенно начали осознавать: предстоит разлука.

Парень и сам уже сомневался: так ли уж он хочет возвращения на Селену? Он успел освоиться в этом мире, за несколько месяцев здесь пережил то, что не довелось бы испытать за все годы жизни на своей цивилизованной родине. Он изменился – настолько сильно, что просто не помнил прежнего себя. Пожалуй, стремление покинуть этот мир было инерцией его прежнего «я», давно уже переродившегося в него нынешнего.

Но главное – он встретил Весту. Не будь этих чудовищных запретов, этих непреодолимых барьеров между мирами – он, не раздумывая, забрал бы девушку с собой. Но сейчас он не был уверен даже в собственной судьбе. Как встретит Селена тех, кто нарушил негласный запрет, кто посетил мир, навсегда закрытый для селенитов?