Часодеи. Часовая битва - Наталья Щерба

Со стороны ложи фей раздались смешки и одобрительное бормотание.

— Мой сын вправе сам отвечать за свои слова и поступки, — холодно ответствовала Черная Королева. — После совета я лично полечу в Черновод и выясню его дальнейшие намерения… Ну а пока что мне хотелось бы услышать хоть одно вменяемое предложение от вас, уважаемые светлые феи.

И Черная Королева гордо удалилась на свое место в ложе лютов.

В середину круга вышел Константин Лазарев, отец Ника. Получив разрешение выступить, он произнес:

— Только что я получил донесение от наших лазутчиков из Змиулана… Слухи подтвердились — Астрагор вселился в тело золотого ключника, Марка Ляхтича… Зачасованного мальчика уже не вернуть.

Люди, феи и люты зашевелились, тревожно и возбужденно обсуждая новое известие: кто-то изумленно охнул, кто-то издал гневное восклицание, где-то в рядах раздался горестный всхлип.

Подождав, пока собрание успокоится, Лазарев продолжил:

— Кроме того, ему удалось открыть Золотую Комнату и… — он сделал паузу, подчеркивая важность информации, — и выкрасть знаменитую золотую стрелу. Ту самую, что способна бесконечно множиться в пространстве, одна из древних разработок часодеев под командованием самого Эфларуса. Наш человек рассказал, что Астрагор планирует построить временной мост из копий этой чудесной стрелы и таким образом провести Духов на Эфлару. Как мы все знаем, золото неподвластно Времени, вот почему его план внушает серьезные опасения.

В Лазоре возникло напряженное молчание. Советники переглядывались между собой, но никто из них не осмеливался высказать вслух один-единственный вопрос: что произойдет, если Духи Осталы окажутся на Эфларе?

Неожиданно со своего места поднялся сам Астариус. Он не спеша приподнял свою стрелу-посох и легонько стукнул ею о пол лоджии, призывая к всеобщему вниманию.

— Если Духи Осталы перейдут на Эфлару по Золотому Мосту, то нарушится ход Времени. История этой планеты повернется вспять, пойдет искривление всех временных параллелей и подконтрольных ему пространств. Мы знаем, что Время, которое не менялось вот уже тысячу лет, требует обновления. Вскоре должен появиться новый Властелин Времени — им станет часодей, наиболее подходящий на эту роль. Золотой Мост может дать преимущество не тому кандидату…

— Вот почему этого никак нельзя допустить, — добавил Лазарев после того, как Астариус вновь уселся, принимая отстраненный вид, словно уже обдумывал нечто другое, не менее важное. — Достаточно перевести всего трех очень сильных Духов, и задуманное ими осуществится. Другими словами, если Астрагор станет Временем, нам всем грозит большая опасность.

Лишь только Лазарев произнес последнее слово, всех советников словно прорвало: каждый заговорил со своего места, обращаясь к соседу или ко всем сразу. Люди, феи и люты загомонили на самые разные голоса.

— Это война! Будем защищать свою землю! Давно пора отомстить Духам! — кричали одни.

— Надо договариваться! Созвать срочный совет! Идти на переговоры! — возражали другие.

— Информация может оказаться ложной! Мост еще не построен! Духи не смогут перейти в будущее! — надеялись третьи.

Крики не смолкали, и Лазарев, пытавшийся утихомирить собрание, вскоре бессильно опустил плечи — советники разволновались не на шутку. Неожиданно он поймал взгляд Черной Королевы — та едва заметно качнула головой из стороны в сторону и указала на Астариуса. Великий часодей успокаивающе прикрыл глаза и коснулся рукой своего часового браслета.

Лазарев кинул взгляд на свой и прочитал одно слово: «Позже».

— Ну хорошо, — пробормотал он, с тоской оглядываясь на разбушевавшийся РадоСвет. — Позже так позже…

…В Черноводе царила сонная тишина. Черная Королева шла по коридорам и залам, направляясь в Северную башню — обиталище ее сына. С видимым неудовольствием часовщица подмечала неметеные ковры, пыль на столах, замусоленные ручки дверей, грязноватые витражи окон.

— Этому замку всегда не хватало женской руки, — бурчала она под нос. — Во что превратилась эта древняя крепость с многовековой историей… Особенно сейчас, когда хозяин пребывает в депрессии, хм-хм…

Неожиданно часовщица резко остановилась, словно наткнулась на невидимое препятствие.

У лестницы, ведущей в башню, опершись на перила, стоял Миракл. При виде повелительницы лютов он поклонился.

— Рад вас видеть, ваше величество.

Черная Королева откинула вуаль с лица и холодно взглянула на зодчего.

— Где он?

— У себя. Я только что от него.

— Надеюсь, он сейчас пребывает в более вменяемом состоянии, — сухо отчеканила королева. — РадоСвет еще заседает и, как всегда, без особого толка. Пора предпринять решительные действия.

— Буду рад, если вы сообщите мне хорошие вести, — отозвался Миракл. — А главное, отговорите его от путешествия…

— От путешествия? Вот как…

На лице королевы застыло выражение крайней решимости. Она с силой надавила на дверь, распахнув ее, и чуть не столкнулась с собственным сыном.

Нортон-старший был одет в дорожный костюм, а в руках держал сундучок из черного дерева.

— Что у тебя там? — без предисловий спросила королева, хмуро уставившись на сундучок. — Документы, списки фамилий, секретная переписка с Астрагором? Зелье правды, сонный таймер? Оружие?

— И я рад вас видеть, матушка, — отрывисто произнес Нортон-старший, коротко глянув на Миракла, с большим интересом наблюдающего за развитием событий. — Но вы, простите за бестактность, совершенно не вовремя.

— Ничего-ничего, время на нашей стороне, — благодушно отозвалась Черная Королева, цепко оглядывая сына. Ее взгляд вновь задержался на сундучке. — Далеко собрался?

— Далеко, — коротко ответил Нортон-старший.

Черная Королева выдержала долгую, многозначительную паузу. Отец Василисы, казалось, окаменел. По всему было видно, что он с трудом сдерживается, но старательно прячет гнев. И лишь Миракл сохранял благодушное спокойствие.

— И куда же? — наконец спросила королева тихим, вкрадчивым тоном.

Нортон-старший окинул мать задумчивым взором. Очевидно, он определял, стоило ли посвящать ее в свои планы.

— В прошлое.

— И к кому же?

— Ты прекрасно знаешь.

Повелительница рассерженно фыркнула и так тряхнула головой, что вуаль вновь упала на ее лицо. Разозлившись еще больше, она сорвала шляпу с головы и закинула куда-то за лестницу. Миракл проследил за полетом шляпы с самым глубокомысленным видом.

— Это опасный человек! — в сердцах выкрикнула Черная Королева. — Не вмешивай его в наши дела! Мы сами, слышишь, сами разберемся!

Нортон Огнев одарил ее сердитым взглядом.

— Он на нашей стороне, — веско произнес он. — А если это не так… Ну что же, все равно уже ничего не изменишь.