Умерев однажды, подумаешь дважды - Ким Харрисон

Сьюзен неуверенно встала, и темный жнец растворила свой меч, посылая его энергию обратно в камень, висящий у нее на шее. У нее приоткрылся рот, когда ее взгляд наткнулся на амулет покоящийся у меня на груди, выпавший из-за пазухи при моем падении.

— Камень Кайроса! — воскликнула она. — У тебя амулет Кайроса? Как? Он…, — она запнулась, пристально смотря на меня в замешательстве. — Кто ты?

Кто к чертям этот Кайрос? — подумала я. Сет, что убил меня, был темным жнецом. Облизав губы, я поднялась, почти наступая на Билла.

— Я Мэдисон, — сказала я смело, испуганная до смерти. — Я взяла амулет, да. Уходи, или я заберу и твой тоже.

Это была пустая угроза, но выражение лица жнеца изменилось от удивления к решимости.

— Если у тебя амулет Кайроса, он наверняка хочет его обратно, — сказала она, протягивая свою тонкую руку к нему.

— Мэдисон, отойди от нее! — крикнул Барнабас.

Испуганная, я подалась назад, перебравшись через Билла, и приземлилась на длинное заднее сидение. Со зловещим выражением лица она последовала за мной. Конечно, она не могла убить меня снова, но могла поколотить меня.

Люди закричали, и неясное очертание мелькнуло между нами. Это был Барнабас, я смотрела, широко открыв рот, когда он неожиданно стал передо мной и темным жнецом, в своих заурядных джинсах и футболке, темной и мокрой от воды. Его присутствие было безграничным — стойка воина.

— Ты не получишь ее, — заявил он, смотря на темного жнеца из-под своих мокрых кудрей.

— У нее амулет Кайроса, — сказала темный жнец, и с фиолетовой вспышкой из ее амулета, меч снова был у нее в руке.

— Она принадлежит нам.

Что она имела в виду, принадлежит нам? Я снова вжалась в твердые подушки сидения, но Барнабас создал собственный меч из энергии своего амулета, который сейчас сиял фиолетово-оранжевым светом. Когда два меча встретились, раздался лязг, а за ним и глубокий удар, отозвавшийся эхом у меня в голове. Вокруг доносились звуки испуганных людей, отступающих, старающихся убраться с дороги.

Без промедления, Барнабас сделал шаг вперед, и резким движением ударил своим мечем по ее, фиолетовые и оранжевые полосы света отмечали траектории движения мечей. Меч темного жнеца был выбит у нее из руки, делая дугу в воздухе, он скользнул в воду с едва заметным всплеском.

Потрясенная, она согнулась, держа свое запястье так, как будто оно болело. Ее амулет был также темен как выражение ее лица. Кто-то вопросительно в пол голоса выругался.

— Отойди, — сказал Барнабас. — Я слышал о тебе Накита, и это не твоя весовая категория. Не пожинай на моей территории. Ты каждый раз будешь терпеть поражение.

Темный жнец прищурила глаза. Стиснула зубы, посмотрела на Сьюзен, потом на меня.

— Что-то не так. Ты это знаешь. Я слышала это в песнях серафимов, — сказала она, и когда Барнабас открыл рот ответить, она нырнула в воду за своим мечем.

Прошли секунды. Темный жнец так и не вынырнула, но если она подобна Барнабасу, то ей не нужно дышать, и она наверняка сбежала.

Парень в голубой майке окинул взглядом заднюю часть своей лодки и посмотрел вниз.

— Вы видели это? — спросил он, поворачиваясь от воды к нам, и снова к воде, глаза широко раскрыты.

— Вы, блин, видели это?

Барнабас набрал воздуха, чтобы заговорить, на выдохе теряя вид гневного воина, когда изменил свое намеренье. Глаза светлого жнеца встретились с моими, и я поежилась, когда серебреный блеск сменился беспокойством.

Из угла лодки Сьюзен спросила:

— Ты только что толкнул ее в воду?

Упс. Это кое-что, что может быть сложно объяснить.

Барнабас скривился, и держа руку на своем амулете, он спокойно спросил:

— Кого?

Билл таращился на небо, его взгляд несомненно следил за рассеивающимися черными крыльями.

У Сьюзен стал озадаченный вид.

— Здесь была девушка, — сказала она, садясь. — У нее были черные волосы. — Сьюзен посмотрела на Билла. — И нож. Это был нож, не так ли? Ты видел его, так ведь?

Убирая полотенце со своей головы, Билл посмотрел на красное пятно на нем и сказал:

— Я видел его.

Барнабас прошел по лодке с безупречным равновесием и опустился на одно колено перед Биллом.

— Я ничего не видел. — Все еще держа свой амулет, он всмотрелся в глаза Биллу, положив полотенце обратно на порез. — Ты довольно серьезно разбил голову. Чувствуешь себя нормально? Сколько пальцев я показываю?

Билл не ответил, он смотрел на воду, избегая взгляда Барнабаса. Его глаза снова стали серебряными, и я подумала, что смотреть в них сейчас будет ошибкой.

— Билл ударился головой, — сказал Барнабас спокойно. — Ему нужно на пристань, чтобы его осмотрели.

Как по волшебству, страх и смятение сменились сочувствием, когда все разместились на двух лодках. Мои колени тряслись, когда Барнабас завел нашу лодку, и во внезапном шуме, я наклонилась к нему.

— Они все забудут? — спросила я, не осознавая, что у него есть умение изменять память.

Барнабас выскользнул из-за руля.

— Ты поведешь, — сказал он коротко. Кладя руку мне на плечо, он подтолкнул меня к сидению. — Поторопись, пока кто-нибудь здесь не вспомнил что ты не водитель.

Он казался раздраженным, и я взялась за рычаги. Ага, я могу управлять чертовой лодкой. Я выросла в Флориде-Кис и могла отправить лодку в слип прежде, чем научилась ездить на велосипеде.

Барнабас складывал лыжи и мокрые канаты, когда я начала медленно плыть. Вторая лодка двигалась быстрее и я последовала по ее следу, чтобы плыть было легче. Сьюзен кричала по своему мобильному телефону:

— Он ударился головой о трамплин для прыжков на лыжах! Лагерь Хайден Лейк. Тот, что с красным каноэ над дорогой? Мы направляемся к пристани. Он очнулся, но ему, вероятно, нужно наложить швы.

Ускоряясь, я вжалась в прохладный винил, и почувствовала холод на плече, где прикасался Барнабас. Черные крылья улетели, отделившись от одинокой дымки обрамляющей границы озера. Жатва была предотвращена, но Барнабас был недоволен.

Закрывая свой телефон, Сьюзен неуверенно прошла к задней части лодки, чтобы сесть рядом с Биллом.

— Эй, — сказала она, перекрикивая шум мотора. — Я вызвала скорую. Ты в порядке?

У него был болезненный и растерянный вид.

— Где девушка с мечем? — спросил он, и я заметила, как Барнабас крутит пальцем у виска.

— Не волнуйся, — сказала Сьюзен, тише, но все еще почти срываясь на крик. — Мы будем на берегу через минуту.

Огни скорой на пристани дали мне ориентир, и я начала снижать скорость по мере нашего приближения. Собралась толпа, и я понадеялась, что мы с Барнабасом сможем улизнуть прежде, чем на нас обратят внимание.