Двойники ветра - Екатерина Флат

К счастью Андрея, талисман не внял моему желанию испепелить этого типа на месте.

— Слушай, Деккер, чего ты вообще ко мне прицепился? — взвилась я от заклокотавшей обиды. — Сделай милость, оставь меня в покое! — и не дожидаясь его ответа, я быстро ушла.

Ночью мне не спалось. Мрачные мысли не давали покоя. Ведь кое в чем Валерель права: нет смысла надеяться на талисман, он уже не раз доказал, что чхать хотел на меня и мои желания. И если все-таки Хранительница порталов и вправду решит меня прихлопнуть, он и искры не выдаст в защиту. Так что каюк мне и белые тапки. Можно, конечно, отдать ей талисман, и она, возможно, от меня отстанет. Но я этого никогда не сделаю. В книжках в таких случаях непременно появлялся какой-нибудь добрый волшебник и спасал героя от смерти. Мне же рассчитывать на такую роскошь не приходилось.

Лежащий на столе талисман огня засветился мягким алым светом.

— Издеваешься, да? — мрачно поинтересовалась я.

В ответ бордовый камушек раскалился, и от стола потянуло жженым деревом.

— Ладно, не психуй, обидчивый какой, — вздохнула я и, все-таки не выдержав, взвыла: — Крындец мне, стопудово…

Мелькнувшая мысль была настолько неожиданной, что я даже растерялась на мгновение.

А что если талисман огня не для меня? Ведь есть еще три. И даже если и остальные такие же вредные, если вообще можно так выразиться об артефактах, но ведь собранные вместе все четыре талисмана стихий — это такая мощь, что Валерель даже пикнуть в мою сторону не посмеет. Дело за малым: как-то их найти. Тогда я еще не подозревала, что два из них уже имеют своих владельцев. Так я познакомилась с Ритой и Светой. А четвертый талисман оказался потерянным безвозвратно. Семья Кирилла Решетилова, который в свое время добыл из другого мира талисман воздуха, переехала за границу — большего о судьбе артефакта выяснить не удалось. Впрочем, мы и втроем справились…

* * *

Времени до тренировки хватило только на то, чтобы сжевать бутерброд и переодеться. Дико боялась опоздать, представляя при таком варианте вопли Саныча и ехидство Андрея. Так что схватила пакет с формой и кроссовками и поспешила на выход. Пока закрывала квартиру, из соседней двери на площадку высунулся Юрец.

Появление лучшего друга пусть на немного, но настроение все же улучшило. Вообще наша с Юркой эпохальная дружба началась еще во времена детства, когда мелкая я в песочнице сооружала куличики, и мелкий Юрец имел неосторожность на один из моих песочных шедевров наступить. Последующее выколачивание дури из его головы пластмассовой лопаткой и ознаменовало начало великой дружбы.

— Чего кислая такая?

— Мне на тренировку надо, — пожаловалась я.

— Хочешь, я тебя провожу? — предложил сердобольный Юрка. — А то уже темно.

— Хочу. — Я кивнула.

Всю дорогу до спорткомплекса Юрец предлагал мне разнообразные варианты отлынивания от тренировки. Но я все их отвергла как близкие к абсурду и суициду. С каждым шагом мой боевой дух падал все ниже. Добрались мы за десять минут.

— Я пока не хочу заходить. Постоишь со мной? — попросила я, остановившись у крыльца служебного входа в спорткомплекс.

— Конечно! — согласился мой друг, подпрыгивая то ли от холода, то ли от переизбытка энергии. — О! Смотри! Андрюхина машина! Офигенная, правда?

Я обернулась. Невдалеке стоял слегка припорошенный вновь начавшимся снегопадом серебристый «Авенсис». Ну это я потом уже на багажнике прочитала, как автомобиль называется. А так, машина как машина. Пучеглазая малость, если можно так про своеобразные фары выразиться.

— Деккера? — не поверила я. — Кто бы ему права выдал, ему же вроде еще нет восемнадцати.

— Так они у него липовые, я спрашивал, — пояснил Юрка, — там дата рождения другая. Где он их раздобыл, я так у него и не смог выпытать. Прикинь, он сам на нее заработал.

— Интересно, каким это образом, — усомнилась я.

— Он в какой-то проектной организации подрабатывает, — невнятно ответил Юрец, — года два уже.

— А ты-то откуда все это знаешь?

— Да мы с ним неплохо общаемся, — сообщил мой кудрявый друг, глядя куда-то за мою спину. — О, Андрюха, еще раз здорово! Как раз о тебе говорили!

Я обернулась и увидела вышедшего на крыльцо Андрея. Он был в шортах и футболке и при этом такой невозмутимый, будто ноябрьский холод его царскую персону даже не трогал.

— Привет еще раз, Юрец, — он пожал Юрке руку и скользнул по мне взглядом. — Опаздываешь, Лагинова.

Я не удостоила его ответом, фыркнула и отвернулась.

— Ну все тогда, я побег! — пританцовывал на месте Юрка. — Вы во сколько заканчиваете-то, Андрюх?

— Когда как. А тебе зачем?

— Приду Каринку встречать, не одной же ей по темноте идти.

— Не надо, я ее отвезу.

— Я с тобой не поеду, — хмуро возразила я. Мало того что Деккер противный, так у него еще права липовые.

— Ты еще не в раздевалке? — Он посмотрел на меня как на надоедливую муху.

— Ну раз отвезешь, то я не приду. — Юра мои возражения не учел. — Ладно, ребят, до завтра. Андрюх, оставляю тебе ее под твою личную ответственность! — он на прощание шутливо погрозил Андрею кулаком.

— Где-то я уже сегодня это слышал, — хмыкнул тот.

Юрец поспешил в сторону парка, и снегопад быстро скрыл из видимости его долговязую фигуру.

Я стояла и хмуро пинала снег.

— Тебя что, на руках внутрь нести? Мне не сложно.

— Литвинову свою на руках носи, — буркнула я и с гордым видом прошла мимо него в дверь.

В женской раздевалке было пусто и тоскливо. Я, не торопясь, переоделась. За стеной в спортзале слышался топот и мужские реплики. Идти туда мне уж очень не хотелось. Моя надежда, что навязанный мне Деккер про меня забудет, лопнула как мыльный пузырь.

— Выходи уже давай, — я услышала его недовольный голос за дверью.

— А вот возьму и не выйду, — буркнула я.

— Тогда я зайду и вытащу тебя оттуда, — кровожадно пообещал он.

— Ну-ну, удачи, — фыркнула я, теребя пальцами прикрепленный к левой сережке талисман огня.

— Слушай, Лагинова, я так же как и ты не в восторге от происходящего, так давай не будем усложнять друг другу жизнь. Походишь пару недель на тренировки для отвода глаз, а потом я скажу Санычу, что ты безнадежна. Договорились?

Я открыла дверь.

— Неделю. Не больше.

— Ну неделю так неделю, — согласился Андрей. — Пойдем.

Мы вышли в спортзал. Парней было человек десять. Причем все с нашей параллели. От их выкриков, топота ног сорок какого-нибудь размера и ударов мячей об пол и стены в зале стекла дрожали.