Охота на феникса - Мария Боталова

И тут я все же это сказала:

– Какого черта третью ночь подряд в мою комнату вламываются аркахоны?!

– Ш-ш-што? – Альвеир сорвался на шипение.

– Аркахоны, говорю, по ночам в мою комнату заваливаются без приглашения.

– Кто? – он сжал подлокотники, снова подаваясь вперед, как будто готов сорваться с места прямо сейчас и кого-нибудь придушить. Тех самых незваных гостей, например.

– Аркахоны.

– Я понял, Таис, – процедил Альвеир. – Мне интересно, кто именно из них.

А я внезапно развеселилась. Очень уж смешная ситуация складывалась. Не сами ночные визиты, но вот обсуждение этих визитов с Альвеиром стало забавлять. Очень хотелось сказать что-нибудь вроде: «Аркахонов всего семеро, тебя, как кандидата в ночные гости, исключаем, значит, остается шестеро. Трое посетителей – это половина из оставшихся аркахонов». Однако на этот раз я сдержалась и ответила серьезно:

– Они не представлялись. Ни один из них. А выглядели… да все одинаково. Темные волосы, красные глаза, светлая кожа.

– Я разберусь, – прозвучало весьма жутковато.

– Я, в общем-то, даже немного начинаю привыкать. Но сейчас слишком сильно устаю, чтобы по ночам еще гостей встречать.

– Я разберусь, – повторил Альвеир еще более жутко. Моим посетителям явно ничего хорошего не светит.

– Только не понимаю, как они узнали… – пробормотал Реван, до сих пор внимательно наблюдавший за нами.

– Это тоже очень интересный вопрос. Узнали несколько дней назад, – задумчиво произнес Альвеир. – Никто не признается, каким образом, но все заинтересованы. Трое вот, оказывается, рискнули взглянуть на Таис. Не беспокойся, – он посмотрел на меня, – я разберусь. И никто из них не посмеет тебя использовать.

Интересно, все ли семеро правителей Темных Королевств равны между собой, или среди них есть лорды с более высокими и более низкими полномочиями? Или, может быть, статус определяется их способностями как у представителей расы аркахонов? Например, тот, кто может призвать больше тьмы или быстрее отрастить себе руку в случае ее потери будет обладать более высоким положением?

Однако спрашивать я не стала. Иначе получилось бы, что я принимаю помощь Альвеира как само собой разумеющееся. А мне неуютно оттого, что он решает мои проблемы. Особенно теперь, когда стало ясно: Альвеир ищет во мне Иливейну. Находит ли – вопрос иной. Но помогает именно из-за Иливейны, а не ради меня самой. Я так не хочу.

– Но поговорить с тобой мы хотели вовсе не для того чтобы нервировать догадками о предназначении феникса света, – сказал Альвеир, возвращаясь к прежней теме. – Найденная информация стала ниточкой к еще одному источнику. Мне удалось кое-что выяснить о способностях фениксов света.

А это действительно интересно! Чтобы овладеть новыми способностями, о них, в первую очередь, нужно хотя бы узнать.

– Сотканный из света огонь может стать непобедимым оружием или самой мощной целительной силой, какая только существует в нашем мире. Оживлять так, как это было с Лэраном, ты больше не сможешь. Это происходит один раз – при рождении феникса света, когда вырывается огромное количество чистой энергии светлого огня. Но исцелять смертельные раны сможешь. И даже вытаскивать из-за грани, если умирающий едва ее переступил. Сама ты тоже сможешь оправляться от серьезных ран без посторонней помощи, целенаправленно и даже инстинктивно. А еще… – Альвеир сделал таинственную паузу, – ты сможешь превращаться в огонь. И создавать крылья из сотканного светом огня.

Я округлила глаза.

– Серьезно? Смогу приделывать себе крылья, когда захочется, и снова их убирать, чтобы не мешались?

– Да. Научишься – и сможешь.

– А превращение в огонь тебя не особо заинтересовало? – полюбопытствовал Реван с хитрой улыбкой.

– Да как сказать. Заинтересовало, конечно. Только решиться на такое будет непросто. Мне как-то спокойней себе крылья сотворить и с высоченной башни сигануть, чем расщепить свое тело и превратить в сгусток огненного света. Светлого огня. Тьфу. Как он на самом деле-то называется?

– По сути, это сотканный из света огонь. Но в разных источниках он называется по-разному.

– Тогда пусть будет «огненный свет». Вроде бы красиво звучит.

– Как хочешь. Предлагаю договориться с руководством академии о дополнительных занятиях по целительству.

– А они не заметят ничего странного?

– Поначалу – нет. Изучая основы, ты вряд ли призовешь огненный свет. Потом подберем для тебя преподавателя не из академии или с этого же клятву возьмем о неразглашении.

– Хорошо, – я пожала плечами. Если уж способности появились, значит, их нужно применять. Хотя, прямо скажем, особой тяги к лечению больных никогда не испытывала. Быть врачом или целителем в случае магического мира – это призвание. У меня такого призвания нет. Но что уж поделать, если Иливейне вдруг приспичило стать фениксом света. Хм, интересно, это вообще нормально – вот так вот размышлять о своем предыдущем воплощении? – Это все, что вы узнали о фениксах света?

– Да, на данный момент это все, – признался Альвеир. – Но я планирую посетить несколько библиотек на территориях светлых. Вероятно, там о фениксах света будет больше информации.

– Логично, – кивнула я. – Спасибо. А что насчет фениксов тьмы? Узнали что-нибудь?

Немного помолчав, Альвеир неохотно произнес:

– Нет, не узнали.

Ничего удивительного в том, что ему тема разговора не понравилась.

– Может, мы ошиблись и Лэран – не феникс тьмы? – предположил Реван. – Может, фениксы тьмы вообще не существуют?

Однако, натолкнувшись на мрачный взгляд Альвеира, поднял руки в примирительном жесте:

– Ладно-ладно, знаю, других объяснений у нас нет.

– Это все, о чем вы хотели поговорить? – спросила я, не то чтобы намекая, что им пора уходить, но после тренировки действительно очень устала. А мне еще нужно отдохнуть перед ужином, потому как потом мы с Терхом, возможно, пойдем к валеферии. Вряд ли это сойдет за расслабляющую прогулку перед сном.

– Нет! Еще новость, – заявил Реван. – Ты готова?

– Ах да, новость, которая либо понравится мне, либо не понравится – пятьдесят на пятьдесят. Слушаю.

– В академии скоро состоится бал, – сообщил Реван с каким-то скорбным лицом.

– Бал? А… почему об этом вы мне говорите?

Реван покосился на Альвеира, тот пояснил с еще большей неохотой, чем когда речь зашла о Лэране:

– Затея остальных аркахонов, – он едва ли не поморщился. – Как только узнали о тебе, захотели познакомиться и поближе рассмотреть. Все шестеро. Знал бы, что некоторые уже наведываются к тебе… – судя по мелькнувшей в глазах жестокости, ему вновь захотелось придушить моих недавних гостей.