Долина Прокопиев - Пирс Энтони

Танди не хотела его отпускать, а он не мог открыть, что это ради их же, ее и Загремела, пользы он должен покинуть родительский дом. И тут Эхс нашел причину, и довольно уважительную: приближается его время получать Аттестат Огрьей Зрелости, а для этого надо, как поется в одной задорной огрьей песне, ВЕЛИКАНСКИМ ШАГОМ ОГРЬИМ КСАНФ ПРОЙТИ ОТ КРАЯ И ДО КРАЯ, ВСЕ КРУГОМ КРУШАЯ И ЛОМЯ.

Только после совершения «мощного разрушительного деяния» огр-юноша может считать себя мужчиной. Вот Эхс и сказал, что ему надо пойти к Хамфри и попросить у него совета: как лучше подготовиться к экзамену «по разрушению». Загремел встретил известие с восторгом, поэтому и Танди трудновато было противиться. А ведь Эхс если и приврал, то лишь на каплю. Он действительно идет к Хамфри с вопросом, только не о том, как получше крушить, а наоборот, как помешать демонессе Метрии разрушить мирную жизнь его отца и матери.

– Но ведь Хамфри требует год службы за ответ! – огорченно всплеснула руками Танди. – Я знаю, потому что в свое время отслужила, когда…

– Когда Волшебник нас познакомил, – завершил вместо супруги Загремел.

Да, Танди не могла пожаловаться, что, проведя целый год в замке Доброго Волшебника, ничего не получила взамен. Именно Хамфри познакомил ее с Загремелом. А с таким спутником Танди уже никакие демоны были не страшны.

«А какие спутники мне помогут одолеть Метрию?» – мысленно спросил себя Эхс. Вот если бы Хамфри согласился без промедления дать подходящее заклинание! Тогда бы он, Эхс, быстренько пошел, прогнал Метрию, а потом вернулся, чтобы отслужить положенный год. Когда родителям ничего не будет угрожать, то почему бы и не отслужить?

Пробираясь через заросли, Эхс шел на запад.

На нем были серые брюки и серая рубашка, под цвет глаз, как сказала мать. И почему это матери всегда пекутся, чтобы у их детишек все было «под цвет»? К замку Волшебника вели несколько заколдованных троп. Если путник шел по одной из них, то уже мог не бояться никаких опасностей.

Сейчас Эхс и пытался найти такую тропу. Поблизости от дома и местность и местные опасности он знал очень хорошо, но вскоре начнется неведомая земля, так что лучше идти по заколдованной дорожке.

Эхс наконец отыскал какую-то тропу, но засомневался – уж слишком она гладенькая и удобненькая. Такие обычно ведут в объятия древопутаны. Настоящий огр по такой добренькой тропинке, возможно, и пойдет, потому что сообразительности не хватает, а потом древопутану одним махом сокрушит, потому как силы, наоборот, много; но Эхс был огром лишь на четверть и поэтому предпочел поостеречься. И вот, значит, Эхс от подозрительной тропы отступил.., и тут же, разумеется, на гнездо кусачих чтобтебяков наступил!

– Ах, чтоб тебе ни дна ни покрышки! – вырвалось у него: чтобтебяк больно впился ему в ногу.

Чтобтебяк скривился от такого ругательства и нехотя отвалился. Да, Эхс не умел по-настоящему ругаться. Вот если бы он был гарпией… Те умеют проклинать с таким азартом, что листва вокруг их грязных тел начинает дымиться. Чтобтебяки обходят гарпий стороной.

Еще три чтобтебяка прицепились к его ноге.

«Чтоб тебе в колобка превратиться!» – возопил Эхс, и бяк, подумав, лениво отцепился. «Катись кулебякой!» – и второй бяк упал. «Дракон тебя сожри!» – третий шлепнулся.

Беда в том, что его не научили, как надо ругаться. Танди, по природе своей добрая женщина, ругаться не умела. А папа Загремел, когда гневался, не словесами предпочитал действовать, а, как истинный огр, кулаками. Эхс понимал, что в области «меткого слова» остался недоучкой, но учиться уже было поздно.

Еще две кусачки впились ему в лодыжки. Чтобы сбросить их, Эхс присел и угодил.., прямо на кучу чтобтебяков!

– ЯПОНАДРАКОНАБЛИНОБЫКНОВЕНСКИЙГОРОДОВОЙ!!! – подскочив, взревел Эхс.

И тут же чтобтебяки как пули просвистели во все стороны, оставив после себя лишь легкий прощальный дымок.

Эхс изумленно проследил за их полетом. А он и не подозревал, что знает такие выражения! Хотя любой на его месте красноречивым станет. И все же.., что же он сказал?

Эхс пытался припомнить и не смог. Наверное, тут как с огрьей силой или сообразительностью, унаследованной от проклятой бабушки – в нужный момент нежданно-негаданно является и то и другое, а потом поминай как звали. Жаль, жаль.

Он продолжил свой путь и вскоре набрел на тропу, которая чем-то ему понравилась. Он пошел по ней и, действительно, не встретил ни древопутану, ни логово дракона. Так это и есть та самая заколдованная тропа? Эхс не мог ответить ни «да» ни «нет», но.., раз до сих пор не повстречалось ни одно враждебное существо, значит, и в самом деле можно считать тропу заколдованной.

Эхс решил сделать привал и позавтракать. Танди дала ему в дорогу его любимый бутерброд – хлеб, намазанный вареньем из дрожевики, а также завернула кусок воздушного пирога. Бутерброд был восхитительно прохладный, потому что ягоду дрожевику собирают в феврале, когда она от холода делается ярко-синей. А варенье надо варить, пока ягода дрожит, то есть пока еще не успела согреться.

Танди знала толк в кулинарии. Готовить она научилась, кстати, именно в замке Доброго Волшебника Хамфри.

Ну что ж, может, и он, если придется год прослужить, чему-нибудь полезному научится. Служба у Хамфри была необременительна, это все знали, и часто приносила просителю не только долгожданную, но и неожиданную пользу. Если с вопросами являлись чудища, они служили стражниками, Танди же поручили работу по дому. Загремелу за год службы зачлось то, что он отправился в путь вместе с Танди и заботливо охранял ее от опасностей. Эхс подумал, что и сам не против такой альтернативной службы – попутешествовать; особенно, если спутница симпатичная, как Танди в молодости.