Неневеста Кащеева - Галина Курдюмова

– Не надо. Это довольно красиво. Да и больно будет, если отрывать.

– Ты о чем это, черт побери?!

– О крыльях. У тебя выросла пара прелестных крылышек. – Кащей помог мне подняться и поправить простыню.

– С ума сошел? Такого не бывает! – Я начала судорожно оглядываться, пытаясь рассмотреть, что там у меня за спиной. – Каких крылышек?!

– Белых и пушистых. Как у ангела. Хотя на небесное существо ты непохожа, слишком грязный какой-то ангел получается. Впрочем, вдруг теперь ты сможешь летать?

– Это что, розыгрыш? – воскликнула я, но ради интереса попробовала подвигать плечами. Получилось примерно так же, как у только что вылупившегося цыпленка.

– Они еще маленькие, – успокоил меня мой хладнокровный спутник. – Но, возможно, со временем вырастут, и тогда ты полетишь.

– Но как?.. Что?.. Откуда?..

– Думаю, оттого, что ты пила из этой бутылки.

– И что же теперь делать?! Нет, слушай, должна где-то быть в таком случае и бутылка с обратным действием! А ну-ка давай ищи!

– Тебе не нравится?

– Ну я не знаю… Нет, не нравится. – Я представила себя с крылышками на улицах города или в офисе, где работала. Или в ночном клубе. Вот это был бы номер! – Это ты виноват, подсунул мне бутылку, теперь твоя первая обязанность – избавить меня от всего этого.

– Моя первейшая обязанность на данный момент – найти побыстрее какое-нибудь средство передвижения, чтоб оказаться подальше от края света. А вторая – выяснить, что к чему, и делать ноги из этого мира.

– Я-а-а…

– Согласен, третья – убрать крылья. Но это мы будем делать попутно – найдем еще бутылку, и будешь пробовать.

– Так, да? Пробовать? А что, если от следующего твоего напитка у меня не крылья отвалятся, а вырастут для полного счастья еще рога и копыта? Нет уж, теперь подопытным кроликом будешь ты!

– Поймаем какого-нибудь кролика для этого дела. – Кащей снова полез в свои безразмерные закрома и выудил на свет божий зеркальце.

– О! Вот это дело! – обрадовался он.

– Дай я погляжу, сутки себя не видела.

– В этом зеркале своего отражения не увидишь, это для связи. Сейчас Ягу вызову.

– А, мобильное…

Кащей минут пять возился магическим прибором, тряс, протирал. Результат заставлял себя ждать.

– Ничего! Лучше бы выдал: «Абонент вне зоны доступа», – расстроился Бессмертный. – Начинаю подозревать, что этот мир не имеет никакой связи и мы здесь застряли…

– Безвыходных положений не бывает, – успокоила я его. – Ты сам говорил, что всегда можно отыскать два выхода. Нужно только не отчаиваться. Ты что, забыл, что ты самый-самый?

– Неприятное чувство, но я и правда многого не могу восстановить в памяти.

– У тебя уже было такое. А потом ты все вспомнил. Может, мне рассказать то, что я читала о тебе?

– Нет, я попытаюсь сам. Скажи только, как меня еще называли?

– Главным Злодеем, Злобным Монстром, Добрым Злыднем, Злодеем всех стран и народов. Еще тебя называли когда-то Странником.

– Странником? Вот это я помню лучше. И мне это нравится, можешь меня так называть.

– Только тогда, когда перестанешь меня звать Неневестой!

В это время Кащей достал какие-то старомодные сандалии:

– Сейчас проверим.

– Да выбрось ты их, – скривилась я, – сейчас такие не носят.

– Выбросить? Я подозреваю, что это находящиеся в розыске сандалии самого Меркурия. Что в розыске – помню, что они у меня делают – без малейшего понятия.

Он быстренько засунул выложенные вещи в карманы и переобулся. И едва успел подхватить меня под руки, как взмыл в воздух.

Сандалики весело понесли нас над зарослями. Летели они довольно быстро, и кусты, казавшиеся бесконечными, уже заканчивались. Но и обувь в то же время начала чихать, фыркать и дергаться. Не свалиться бы снова! Я и так уже вся исцарапанная. Но, к счастью, сандалии дотянули до первых проплешин поредевшей зеленой зоны, и мы шлепнулись не в колючки, а на мягкую траву.

– Батарейки сели, – прокомментировал Кащей. – Привал.

– Вот так вот? Не евши, не пивши?

– Ты мечтаешь попробовать содержимое еще какой-нибудь бутылочки? А вдруг что-то еще вырастет?

– Нет, я заставлю попробовать тебя!

– А вдруг что-то отвалится?

– Ну пожалуйста, поищи какую-нибудь еду! Меня нельзя морить голодом.

– А то похудеешь без меры, на чем простыня держаться будет?

– Да, это, кстати, второй больной вопрос. Мне нужна приличная одежда. Неужели ты не припрятал в каком-нибудь карманчике скромненькое платьице со шлейфом и норковое манто? Или хотя бы дизайнерский костюмчик моего размера?

– А зачем? Я не собирался сопровождать по неизвестным мирам полуобнаженных девушек!

– Я тоже не собиралась составлять компанию таким неджентльменистым мужчинам!

Я вовремя глянула на происходящее со стороны. Нос к носу, злые, голодные и уставшие, вчера познакомившиеся, мы уже выясняем отношения. Сейчас мы круто развернемся и зашагаем в разные стороны, пытаясь доказать друг другу, что одному быть лучше. И я останусь в чужом мире, потеряв всякую надежду на возвращение.

Я воспользовалась женской мудростью и резко поменяла тактику:

– Кащеюшка, милый, нам просто нужно поискать ближайший отель, хотя бы даже трехзвездочный…

– Неневеста, дорогая… Ты так уверена в наличии здесь отелей? – применил мужскую логику Кащей. – Мы же ничего не знаем об этом мире. Может, здесь вообще живут только доисторические монстры? А уже довольно быстро темнеет. Потерпим до утра. Эти заросли сейчас для нас самое безопасное место.

Вечно мы, женщины, поддаемся на сладкие уговоры мужчин. Что поделаешь. Это, видимо, какой-то неизученный закон природы.

Мы умостились на краю Кащеева плаща, им же и укрылись. Голодный живот что-то недовольно пробурчал, но я тут же вырубилась и животу не ответила. Все-таки усталость взяла свое. Я даже снов не видела. Словно только закрыла глаза – и уже кто-то нагло трясет за плечо.

Меня? Будить? Я собралась убить нахала, который так не дорожит своей жизнью. Единственно с этой целью я и открыла глаза. А, это же Кащей… Идею убийства пришлось отложить. Во-первых, это единственный близкий мне человек в этом мире, во-вторых, он все равно бессмертный, смотри потом на изуродованное ногтями тело, пока не воскреснет. Придя к такому выводу, я решила отделаться коротким «рано» и снова натянуть на себя плащ, ночи здесь все же довольно прохладные.

– Пора. Есть будешь?