Дар полнолуния - Ярослава Лазарева

— Почему? — не поняла я. — Когдаталисман не на мне, я легко трансформируюсь!

— Ты не понимаешь? — спросилон. — Ты что, сама не можешь проанализировать?

— Но… — начала я и от страшнойдогадки покрылась потом.

До меня дошло, что если талисман мешаетпревратиться человеку в рысь, то точно так же он должен мешать зверю статьчеловеком. Грег пристально смотрел мне в глаза.

— И если накинуть его на шею рыси, —продолжил он мою мысль, — то…

— То она не сможет трансформироватьсяобратно, — закончила я и содрогнулась.

— Да! — кивнул он. — Подозреваю,рысь так и будет бегать с талисманом на шее, пока кто-нибудь ее не освободит отнего.

— Ужас какой! — прошептала я.

— И учти, что это касается лишь тебя иВлада! — хмуро добавил он. — Насколько я понимаю, только вы обаприняли травяной настой и лишь вы не боитесь энергии талисмана.

— Грег! — решительно проговорила я исняла талисман. — Хочу вернуть его тебе! Это опасная штука для меня имоего любимого. И не нужно испытывать судьбу!

Он замер в нерешительности, глядя накачающийся на цепочке серебряный круг.

— Даже не знаю, — после паузыпроизнес он. — Ты же можешь быть осторожной и не оставлять его где попало.Все-таки лишаться такого сильного оружия неразумно!

Я вздохнула. Он был прав. И глупо отдаватьталисман из-за необоснованных страхов.

— Просто будь предельно осторожна, ведьты знаешь его действие на вас с Владом, — сказал Грег.

— Хорошо, — согласилась я и наделаталисман на шею. — Я спрячу его в надежное место. А там посмотрим.

— Что ж, с этим разобрались, —быстро проговорил Грег. — Перейдем ко второму, не менее важному вопросу.

Из машины раздался тихий стон. Ренатаприходила в себя.

— Нужно поторопиться! — нервнодобавил Грег. — Моя сестра скоро придет в себя и задаст вполнезакономерный вопрос.

Мне показалось, что в его глазах появилась угроза,и я отступила на шаг и зажала жемчужину. Мне и так казалось, что я держу вкулаке раскаленный уголек, но я терпела.

— Лиля, я на твоей стороне! —неожиданно произнес он и улыбнулся. — Мне тоже не нравилось то, что Ренатапревратила рысь в игрушку. И я знаю, что ты прячешь в руке. По правде говоря, япоступил бы точно так же!

— Я пообещала Венцеславу, что отыщу этужемчужину и доставлю ее в хранилище, — ответила я. — И никто мне непомешает!

И я со значением посмотрела на Грега.

— Не сомневайся, лично я мешать тебе несобираюсь. И даже предлагаю вот что…

Он замолчал, пристально глядя мне в глаза.Затем приблизился. На его лице было написано удивление.

— Знал, что вы транслируете мысли, ноникогда не думал, что это так наглядно! — заметил он, и я моргнула.

— Что ты увидел? — спросила я.

— То же, что и услышал! — усмехнулсяон. — Получилось озвученное кино. О чем ты только что подумала?

— Вспомнила то, как бросила жемчужинуЗлаты в кислотный ручей, — призналась я.

— А я это увидел в твоих глазах, —признался Грег. — И это уничтожило последние сомнения. По правде говоря, яподумал, что ты не сможешь убить. Но вижу, что ты это уже делала. У меня вбагажнике есть бутылка с олеумом.

— А что это? — уточнила я.

Рената снова застонала, я увидела, что ее ногизашевелились.

— Олеум — это техническая сернаякислота, — пояснил Грег и открыл багажник. — У меня много чего присебе. В поездках мало ли что случиться может.

Он достал бутылку, надел плотные перчатки. Яподошла. Мне было не совсем хорошо, я начала дрожать. Я уже уничтожила душуЗлаты, это было тяжелым испытанием для психики. Грег плеснул кислоту в мисочку.

— Давай! — сказал он. — Избавьмир от черной души!

Я глубоко вздохнула и разжала пальцы. И, как впрошлый раз, над жемчужиной появился силуэт черной рыси. Это была Нора. Ееглаза яростно горели, пасть раскрылась, словно она беззвучно рычала, уши былиприжаты. Я вздрогнула. Жемчужина шипела на дне миски и быстро вращалась.Кислота окрасилась в алый, словно исчезающая бусина источала кровь. И вотпризрак рыси превратился в Нору. Мы увидели печальную, уже немолодую женщину счерными волосами и большими карими глазами. Она смотрела на нас с такойскорбью, что у меня дыхание перехватило.

— Но это не конец, — раздалсягрустный голос, и она начала растворяться.

Призрак исчез вместе с жемчужиной. Грег вылилкислоту на землю.

— Что она имела в виду? — испуганноспросила я. — Ведь это же верная смерть! И ее жизни наступил конец. Пустьпокоится с миром!

— Я не знаю, что она имела в виду! —тихо сказал Грег. — Но пусть покоится… И не возвращается!

— Ренате лучше не знать, — робкопроговорила я.

— Несомненно! — сухо ответилон. — Ты расскажешь обо всем Венцеславу и братьям. А больше никто недолжен об этом знать! Ренате я скажу, что понятия не имею, куда подеваласьжемчужина.

— К тому же, когда она лишилась чувств,жемчужину могла забрать та же Злата, — сказала я. — Может, это онавсе и подстроила, чтобы взять бусину!

— Отличная версия! — согласилсяон. — И вполне логичная.

— Где я? — раздался в этот моментдрожащий голосок, и Рената встала.

Она с изумлением посмотрела на меня, затемперевела взгляд на Грега. И тут же схватила себя за запястье.

— Дьявол! — прошептала она. —Вы лишили меня домашней кошечки! Как вы могли?

Она зарычала, рот распахнулся, показалиськлыки.

— Успокойся, дорогая моя! — ласковопроговорил Грег. — Мы тут ни при чем!

— А кто?

Ее лицо приняло нормальный вид, рот закрылся,глаза сузились.

— И как вы оба вообще тут оказались? Гдемы, кстати?

— Сядем в машину, — предложил Грег,но Рената не двинулась с места.

Я чувствовала ломоту в ладони, мне хотелосьскорее оказаться дома и заняться раной, оставленной черной жемчужиной.

— И правда, поехали! — сказала я.

— Тебя вообще никто не спрашивает! —зло кинула Рената. — Я жду ответ на свой вопрос!

— Я следил за Лилей, — призналсяГрег, и я вздрогнула. — Это правда, — повернулся он ко мне. Ты ужпрости. Накануне мне позвонил Влад, рассказал о твоей странной дружбе со Златойи попросил за тобой приглядеть, пока он в Питере. Ты уж прости! — повторилон.

— Ничего не понимаю! — пожалаплечами Рената.