Колдун - Алексей Черненко

— Не настолько уж часто у нас бывают неудачи, — решил я вступиться за нас с Лиамом. — Все-таки чаще все работает так, как и должно. Вот, например, наши амулеты от дождя или от насекомых.

— Бытовая магия у вас получается будь здоров, — согласился гном, так как и сам носил пару изготовленных мной амулетов. — Да вот как только вы пытаетесь сделать нечто более сложное, так тут же начинаются проблемы. Как вы до сих пор живы, и то непонятно, — добавил он после небольшой паузы. — Видимо, и правда боги благоволят вам.

Мы с Лиамом приуныли, но ненадолго. У меня в голове уже крутились мысли о том, как можно использовать нашу разработку по нанесению магических рун. Судя по лицу Лиама, он тоже обдумывал возможные варианты дальнейшего использования наших разработок. Сам доспех был не так уж и важен, но вот принцип, по которому мы его зачаровали… Возможности применения подобного метода были безграничны. Надо было только обдумать все детали.

На этом месте дело застопорилось. «А как его, интересно, можно использовать-то? — задался вопросом я. — Можно, конечно, попробовать все-таки создавать доспехи или оружие, вот только…»

— Я тут такое придумал, — прервал мои размышления Лиам. — Мастер Турин, — обратился он к гному, — нам надо посовещаться, так что…

Он указал глазами на выход с полигона. Гном все понял, попрощавшись, развернулся и ушел. Лиам еще некоторое время сидел молча, что-то соображая. Я же в этот момент ерзал на месте, сгорая от нетерпения.

— Я вот тут подумал, — неспешно начал он после нескольких минут обдумывания. — А может, нам и не нужен будет гном?

Я удивленно уставился на друга.

— Ну, смотри, — начал объяснять Лиам. — По большому счету все наши неудачи, — он махнул рукой в сторону железных обрезков, — возникали по причине того, что мы пытались делать все одновременно. То есть и накладывать заклинание, и рисовать узор. — (Я согласно кивнул.) Ободренный Лиам продолжил развивать свою мысль: — А что, если нам разделить эти процессы?

— Не понял? Как это разделить?

— Очень просто. — Уста Лиама растянула улыбка. — Сначала амулет должен будет нанести рисунок, а только потом наложить заклинание.

Видя мое полное непонимание, он принялся рисовать на земле примерную структуру заклинания. Я встал у него за спиной, чтобы лучше видеть. По мере того, как до меня доходил смысл его предложения, в голове начал складываться полный рисунок дальнейших действий. Заканчивали все пояснения мы уже на пару. Впереди нас ждало много работы, но результат должен был превзойти любые ожидания. Я даже начал довольно потирать руки, представляя выражение лица Турина, когда у нас все получится.

Обсудив детали, мы приступили к работе. Еще пару десятков доспехов отправились в лом, но нам удалось добиться нужного эффекта. Рисунок лежал на металле как влитой. Вторая часть работы прошла тоже без проблем. Правда, пришлось немного изменить сам доспех и вплавить в него несколько золотых монеток, которые должны были служить накопителями. Изначально планировали использовать драгоценные камни, но выяснилось, что денег даже на золотые вставки и то с трудом хватает.

Ужасно довольные собой, мы успели изготовить две кольчуги, сделать мне новые краги с заклинанием молнии и клинок для Лиама с заклинанием заморозки. В тот момент, когда мы уже собирались приступать к созданию шлемов и поножей, за нами прибыли несколько гвардейцев, которые в мягкой, но настойчивой форме сообщили, что нас ожидают во дворце. Со всеми экспериментами мы совсем забыли о том, что нам еще предстоит идти на императорский прием в нашу честь.

Несмотря на то что нас отвлекли от работы, я был все равно у престола светлых богов от счастья. По такому случаю я даже решил прочитать письмо с объяснениями от Алистара. Захватив его с собой, я оставил сумку в комнате и, приведя себя в порядок, поспешил во дворец. Шагая по коридорам дворца, я пробегал глазами строки письма. С каждым мгновением мое благостное настроение улетучивалось. Дойдя до роковой строки «…Я — императрица Империи Назог Алисия ар'Нумед», я понял, что мне стоило погибнуть на войне. Перед глазами тут же встала статья из Уложения о наказаниях благородных за преступления против короны. Самым мягким была каторга на десять лет без права на помилование. Прикинув в уме все совершенные мной преступления против венценосной особы, я понял, что каторга мне светит только в том случае, если очень повезет. Да и то вряд ли. За все, что я сделал, меня скорее всего сразу и прибьют.

«Странно, что до сих пор ничего не сделали, — подумал я, остановившись посреди коридора. — Может, хотят устроить показательную казнь?»

— Что-то случилось, милорд? — раздался голос у меня над ухом.

Едва не подскочив от неожиданности, я медленно повернулся, чтобы увидеть довольную морду Кал'Атара. Вампир был в своем репертуаре. Плотно облегающие шмотки черного цвета и белоснежная улыбка во весь рот. Такой улыбкой можно было отправлять слабонервных в обморок по десятку зараз. В контраст супругу Сильвана была одета во все светлое. Пышное платье больше напоминало парус корабля.

«Как она в нем вообще ходит?» — промелькнуло у меня в голове.

— Привет, — поздоровался я. — Какими судьбами?

— Да вот, — ответил вампир, продолжая скалиться, — пришли посмотреть на героев войны. А ты какими судьбами?

«Еще и издевается, гад», — подумал я.

— А я и есть герой войны, — ответил я. И гораздо тише добавил: — А скорее всего еще и жертва.

Вампир и эльфа переглянулись и потребовали от меня объяснений. Я молча протянул им письмо Алисии.