Украденное время - Даниэлла Роллинс

Из аппаратной бил неяркий желтый свет. Дверь была распахнута, и в нее Эш увидел солдата, который наблюдал за происходящим на громоздких мониторах, которыми была завешана вся стена. На экранах темнели зернистые черно-белые изображения многочисленных залов и коридоров комплекса.

Солдат сидел в огромных наушниках и даже не услышал, как Зора с Эшем подкрадываются. Зора сдернула с плеча автомат.

А Эш бросился к военному, зажал ему рот и больно скрутил руку. От неожиданности солдат повалился с кресла. Наушники со стуком упали на пол.

Вскинув автомат, Зора вышла вперед – так, чтобы солдат ее видел.

– Вечер добрый, сэр.

Солдат попытался что-то сказать, но Эш сильнее прижал ладонь к его рту.

– Ух ты, «Тэб»! – воскликнул он и кивнул на розовую банку с газировкой, стоявшую у солдата на столе. Эш опустился на колени, не отпуская солдата, но руку от его рта убрал и потянулся за удлинителем, который висел на стенке. – Всегда мечтал попробовать!

– Что вы тут делаете?! – возмущенно вскричал солдат. – Что вам нужно?!

Эш начал энергично связывать бойцу руки проводом.

– От тебя – ничего, так что засунь свой героизм подальше. Твое дело нехитрое – посиди тихонечко пару минут, а мы пока с системой разберемся.

Эш силой усадил солдата на стул, а потом примотал его к спинке, закрепив свою работу четверным узлом, который не смог бы порвать даже Уиллис.

– Мой командир будет здесь с минуты на минуту, – сказал солдат. Эш раздраженно простонал и окинул аппаратную взглядом. На столе обнаружилась кипа салфеток, по всей видимости, оставшаяся с завтрака. – Уж он вам…

Эш заткнул солдату рот салфетками.

– Извини, но мы не сможем сосредоточиться, если ты без конца будешь языком чесать. Сиди тихо, – сказал он, взял со стола баночку «Тэба» и отпил немного. – Хм, неплохо. Сахар чуть ли не на зубах скрипит!

Зора закатила глаза.

– За дело, Эш.

И они начали внимательно разглядывать черно-белые мониторы с мерцающими зернистыми изображениями. Их в комнате было с дюжину, они висели в четыре ряда, и на каждом из них по бесчисленным коридорам и холлам сновали сотни, а может, и тысячи людей. Эш остановил взгляд на белых табличках под каждым из мониторов. На одной значилось: «Запасной штаб командования воздушно-космической обороны США». На другой: «Центр стратегического оповещения и систем контроля космического пространства».

Сердце замерло у Эша в груди. Он твердо знал, что Профессор отправился в прошлое не просто так, а чтобы провести какое-то важное исследование или предотвратить что-то страшное. Но теперь, глядя на мониторы, он наконец понял, насколько все серьезно. Системы воздушно-космической обороны призваны отслеживать баллистические и прочие атаки на США. А что делают системы контроля космического пространства? Оберегают мир от пришельцев, что ли?

Затаив дыхание, Эш обвел взглядом все мониторы с изображением восточного крыла. Что же там творится?

– А Дороти красивая, – заметила Зора, не сводя глаз с экранов.

Эш покосился на нее. Он знал, зачем она вдруг подняла эту тему. Зора не умела справляться со своими чувствами и потому, когда ей приходилось особенно тяжело, вынуждала окружающих говорить о наболевшем, чтобы в сравнении с ними принять сдержанный и невозмутимый вид.

«Когда люди болтают о себе, они обычно не замечают, как тебе лихо», – как-то поведала она.

И хотя Эш прекрасно знал, почему она заговорила об этом, он нервно сжал банку с газировкой.

– Ты и впрямь думаешь, что сейчас эту тему важно обсудить?

Зора отвернулась от экранов и посмотрела ему в глаза. И хотя она быстро отвела взгляд, Эш успел заметить в нем боль и опустошенность. Ему вдруг сделалось очень стыдно.

Он очень рассчитывал разыскать Профессора. И с таким жаром ждал этой встречи, что порой напрочь забывал о том, что Профессор – отец Зоры. Что, кроме него, у нее никого не осталось. Она заслуживает того, чтобы ее пожалели, чтобы помогли ей отвлечься от тягостных мыслей.

Поэтому Эш, драматично вздохнув, сказал:

– Красивая? Как-то не замечал.

– Ой, да ладно! – Губы Зоры тронула улыбка, точно в знак благодарности Эшу за то, что согласился пооткровенничать с ней ради ее же блага. – Я же видела, как ты на нее смотришь.

– Смотрю на нее как на девчонку. И точка.

– Ну уж нет, ты не на всех девчонок так пялишься, – заметила Зора и беспокойно поежилась. Эшу вдруг сделалось не по себе.

Он шутливо ударил ее по руке.

– Подумаешь, красивая. В мире полно красоты. Закаты красивые, например. И что теперь?

– Да дело не только в этом. Ты ведь и разговариваешь с ней по-особому, дразнишь ее этими бесконечными «дорогушами». Глумишься над ней. На моей памяти ты еще никогда так себя с девчонками не вел, – заметила Зора и выразительно покосилась на Эша. – Она тебе нравится.

– Да брось, это полная чушь, – недовольно проворчал Эш.

– И ты ей нравишься.

– Ага, как мышка змейке, как же.

– Да ладно тебе, не глупи. Ты и сам наверняка это заметил. Она с тобой флиртует. Так и норовит прикоснуться к тебе, даже под самым дурацким предлогом. Говорит то, что выводит тебя из себя, лишь бы добиться твоей реакции! Ты ей нравишься.

Эш покраснел. Ему вспомнился их короткий разговор в туннеле, вспомнилось то странное чувство, которое промелькнуло во взгляде у Дороти за миг до того, как она попросила его быть осторожнее.

Ему вдруг пришло в голову, что Дороти, возможно, вовсе не пытается им манипулировать. Что он ей просто понравился, и Зора совершенно права.

А что он сам к ней чувствует?

– А вообще, знаешь, можно было бы воспользоваться этой ситуацией в стратегических целях, – заметила Зора.

– Ты еще не наговорилась?

– Послушай, я же не шучу. Мы точно знаем, что Дороти и девушка из твоих видений – это разные люди. Во-первых, она не альбинос, что очевидно, а во-вторых, ты встретился с ней совершенно случайно. И она ухитрилась попасть в будущее. Как знать, может, это изменило ход событий? – предположила Зора и вновь изучающе посмотрела на Эша. – Может, если ты влюбишься в нее, а не в ту светловолосую девчонку, то сможешь избежать…

Чего именно – Зора уточнять не стала, только выразительно высунула язык и забилась в конвульсиях, точно кто-то ударил ее ножом.

– Браво, да по тебе «Оскар» плачет. Не ту ты дорожку по жизни выбрала, сдается мне.

Зора только плечами пожала и вновь принялась наблюдать за мониторами.

– Я еще молода, у меня все впереди!

Эш постарался сосредоточиться на экранах, но перед глазами все плыло. В последний год он всячески избегал девичьего внимания, твердя себе, что так будет проще. Что единственная возможность избежать печального будущего – это обособиться ото всех. И пусть его ждет одинокая жизнь – она все равно лучше смерти.