Давай поиграем, дракон! - Даха Тараторина

Агент тоже мыслила трезво. Месть — блюдо, которое подают холодным, приправленным тщательно проработанным планом и с соусом из железного алиби. Бросаться на Ювеналия в и без того наполненный событиями день глупо.

Но Леонард всё равно должен был попытаться!

— Ну всё, пошли, — потянул её дракон к выходу.

— Куда?! — Пижма только глубже отступила за аляповатую колонну, втянув в нишу и мужчину. — Через толпу? С ума сошёл?

— Но мы же гости. Ни в чём не виноватые. Пока что… Уж наружу нас охрана выпустит. Скажем, что скучно стало, и все дела.

Пижма осторожно расправила Лео воротничок, одёрнула манжеты, зачесала набок чёлку, не видевшую укладки, видимо, с того времени, как Ангуссон жил с мамой, и в завершение отвесила смачную оплеуху.

— Лёва, я, конечно, понимаю, что мужчины редко обращают внимание на дамские наряды, но, — она сложила губки в «пю», захлопала ресницами и тоненько кокетливо поинтересовалась: — Ты ничего нового во мне не замечаешь?

По непонятной для самого дракона причине в голове послышалось тиканье часов, кои в Лимбе никогда и не использовали. Звук отражался от стенок черепной коробки, гулко гулял по голове, но никак не желал натыкаться на правильный ответ.

— Эм… Ты причесалась?

— Неверно, — Пижма ласково посмотрела на свой кулак.

— Новые серёжки?

— Да, но ты их видел с начала вечера.

Леонард, готовый в панике залезть по колонне до самого потолка и кидать предположения уже с безопасного расстояния, пошёл на крайние меры:

— Я не знаю, что ты с собой сделала, но выглядишь сегодня необычайно хорошо!

— Прогиб засчитан, — кивнула Пижма, — хотя мы ещё обсудим, откуда это невинный отшельник, не избалованный женским вниманием, знает этот ход. Я в мундире стражника, гений! А валить надо как можно скорее, потому что на нашем счету уже три вырубленных, но благодаря одному альтруисту, не уничтоженных объекта.

— Твоя красота затмевает наряд, — выкрутился Леонард настолько профессионально, что агент всерьёз начала думать, что наивный ботаник — лишь успешное прикрытие. Ну или что дракон попросту неумело с ней флиртует… Да нет, бред какой-то. Он уже несколько раз продемонстрировал полное равнодушие к её персоне. Тут ловить нечего. Даже за хвост. Даже не за хвост.

Тем не менее, Пижма с интересом включилась в игру:

— Милый, я хочу новое платье, — капризно надула губки она. — Или нас обоих словят и порешат или того хуже — отправят в пыточную. А там одна сумасшедшая крайне немузыкально распевает военно-патриотические песни, так что тебе точно не понравится, — добавила она уже серьёзно. — Любо-о-о-о, братцы, любо-о-о-о, любо, братцы, жи-и-ить…

— Что?

— Ничего, — тут же перестала агент напевать.

— Если женщина просит новое платье, ей отказывать нельзя!

Как Джин оказалась рядом, не сумела понять даже агент Пижма, хотя и сделала непроницаемое лицо, говорящее «я видела тебя с самого начала; чем ты хочешь меня удивить, гражданский?». Этому лицу научил её полуслепой лейтенант, принимающий в училище экзамены. Зная о проблемах преподавателя со зрением, кадеты без зазрения совести списывали не только со шпаргалок, но и с тетрадок, учебников и ноутбуков. Лейтенант же ходил меж рядами с таким видом, словно всё видит, но не возбухает исключительно из уважения к поразительной тупости своих студентов.

Впрочем, как выяснилось после выпуска, именно так дело и обстояло.

Леонард сообразительно прикрыл подругу плечом.

— Имоджин, брысь отсюда!

— Ну конечно! — куда более профессионально, чем Пижма, надулась она. — Как Имоджин, так сразу брысь! Лео, милый, ну почему же ты так меня не любишь? Я же хочу с тобой подружиться! Пижма, скажи ему!

— Она хочет с тобой подружиться, — послушно повторила агент, — а теперь брысь отсюда, Джин, у нас тут свои интимные тайны.

— О-о-о-о! — фея захлопала в ладоши и запрыгала на месте, издавая граничащий с ультразвуком писк. — Интимные тайны! Я обожаю секреты! Расскажите мне! Нет, сначала я расскажу вам!

Пока страдальчески кривящиеся от визгов колдуны не начали проявлять нездоровый интерес к суетящейся в углу троице, Пижма приняла решение, о котором, была уверена, ещё не раз пожалеет, и втянула Джин в нишу.

— Нам нужна помощь, Джин. Меня угораздило, — агент сверху вниз провела ладонью, демонстрируя наряд и моля трижды святой Глок, чтобы фея не начала задавать вопросов или, того хуже, не проболталась старухе Зинерве, которая явно куда сообразительнее и сумеет сложить два и два.

Имоджин секунду ошалело пялилась на одежду стражника, сидящую на Пижме весьма недурственно, явно взяла на вооружение необычный образ и, наконец, расплылась в понимающей улыбке:

— Какие же вы… страстные! Как я за вас рада! Чудесная пара! Порвали платье в неконтролируемом порыве, да?

Пижма и Лео переглянулись: «это я его в порыве порвал?» — «ты, кто ещё!» — «что, прям перед тем, как…» — «именно, приятель, именно!».

Они одновременно покаянно склонили головы, а Лео, войдя в роль, ещё и ущипнул девушку за ягодицу:

— Как тут устоять? — покраснел он.

— Конечно, я помогу вам! С каждым такое может случиться, — Джин смущённо прикрыла личико ладошкой, заставляя задуматься о том, откуда столь возвышенной особе известно о столь низменных способах времяпрепровождения. Глаза феи ненадолго затуманились негой воспоминаний, но она быстро пришла в себя. — Ты вполне можешь взять моё платье. Только спрячемся туда, где меньше народа. Стража не заметит подвоха. Когда мужчины обращали внимание на наши наряды? — понимающе подмигнула она Лео.

— А, — Пижма, не до конца уверенная, что стоит акцентировать на этом внимание, всё-таки не выдержала: — Ты не спросишь, почему на мне мундир?

Джин с ног до головы обласкала агента хитрым взглядом. На её лице вновь мелькнули дела давно минувших (вчерашних, если быть дотошной) дней:

— Ну, — повела она плечиком, в точности копируя мать, — у нас, девушек, очень многое может пойти неожиданным путём. С кем не бывает? Со мной — дважды. И ещё один раз я вернулась домой в королевской мантии. О, какие это были времена! Не смотри так удивлённо, Лео, милый! Это случилось много после гибели Невлина!

Платье Имоджин оказалось дико, невероятно узким, заставляя воскресить в памяти пыточные инструменты, сиротливо ожидающие в подвалах сверкающего роскошью дома. Застегнуть его сзади не удалось вовсе, пришлось спустить на плечи и сделать вид, что в этом и заключалась изначальная задумка; рукава угрожающе трещали при попытке двинуться, но… это всё же платье, а не краденый мундир, кричащий «я нарушил закон! Отправьте меня в темницу!». Впрочем, мундир без дела не остался: Имоджин с заставляющей задуматься сноровкой натянула его на себя и стала выглядеть ещё более хрупкой и прозрачной, совершенно не похожей на Пижму. Почему-то агент придержала совет не мозолить никому глаза в подобном виде. И это никак не было связано с Леонардом, старательно отворачивающимся, но всё равно несколько раз скосившего взгляд, когда девушки переодевались!