Пойдём со мной, Василина - Ольга Островская

– Эм, это что так страшно? Тебе неприятны прикосновения, или объятия? – вот умеет мелкая ставить меня в тупик.

– Нет. Не знаю. Не помню я! – гаркает смущённо мелочь аборигенистая.

Мне много чего хочется сказать ей в ответ. Но больше всего хочется просто пожалеть одинокого ребёнка, вот только сомневаюсь, что она примет мою, либо чью-либо ещё жалость. Поэтому я просто приглашающе открываю свои объятия, показывая своё согласие на ту степень близости двух живых существ, которая её так смутила.

Ааму удивлённо распахивает глаза и пару секунд просто таращится на меня, словно не верит в то, что я действительно готова с ней обняться, а потом медленно, осторожно и подозрительно приближается ко мне, словно дикий зверёк. Протягивает руки, чтобы обнять, и опасливо прижимается ко мне, вздрагивая, когда я обнимаю её в ответ.

А рыжая-то почти моего роста. Худенькая, но в ней ощущается скрытая сила маленького опасного хищника.  

– Что я должна делать? – спрашиваю тихо, когда она немного расслабляется, явно прислушиваясь к своим ощущениям.

– Ничего. Просто позволить мне работать с твоей энергией, – так же тихо отвечает Ааму почему-то севшим голосом. – Я осторожно.

Ну ладно. Я позволяю.

Сначала мне кажется, что абсолютно ничего не происходит помимо того, что я стою в обнимку с девчонкой, которую сегодня первый раз в жизни увидела. Но потом я начинаю ощущать… наверное то, как она открывается мне. И ещё я начинаю ощущать её энергию. Мощную, пылающую и обжигающую, как солнце, но ласковую ко мне, словно его рассветные лучи.

Она окружает меня, почти как Аридова, хоть и ощущается по-другому – не будоражит и манит, а дарит странное чувство родства, словно я встретила подругу, или сестру.

А помимо энергии приходят чужие эмоции. Удивление. Удовольствие. Страх. Одиночество и глухая, привычная какая-то тоска. Сомнение. Твёрдая, почти злая решимость. И царящая над всем этим, застилающая все остальные чувства робкая надежда.

Неожиданно для себя я понимаю, что мне искренне хочется помочь этому ребёнку. Искренне хочется дать этой одинокой душе хотя бы немного своего тепла и поддержки. Дружеской. Почти сестринской. Хочется дать ей почувствовать, что она может найти в этом мире своё место и семью. И я искренне буду просить Арида взять её с нами. Ну неужели в этом огромном Занагаре не найдётся места для одной невероятно одарённой маленькой куарды? И свободного сильного-красивого-плодовитого, когда она повзрослеет.

Я не знаю, сколько проходит времени, прежде чем она с явной внутренней неохотой и преувеличенно невозмутимо-независимым видом отстраняется. Бросает на меня странный смущённый взгляд, дергая плечами. Прокашливается.

– Ты не говорила, что можешь так делиться. Это было… приятно. Спасибо, – опускает глаза, быстро моргая и пиная боком босой ступни камень. – У меня получилось. Идём.

И развернувшись на пятках, отправляется дальше. Ну а я за ней следом.

Поначалу мы шагаем молча. Минуем сад оплавленных каменных диковинных фигур, отдалённо напоминающих сюрреалистические деревья, ныряем в высокую пещеру, оказавшись в результате в целой анфиладе таких же, освещённых косыми солнечными лучами и завораживающих потрясающей игрой света и форм. 

Ааму сосредоточенно думает о чём-то своём. А я элементарно очень стараюсь не отставать от шустрой девчонки, которая во-первых что куарда, во-вторых явно чувствует себя весьма уверенно среди этих красных скал, а в-третьих – в неё отравленными стрелами не стреляли. Меня же до сих пор всё ещё шатает после знакомства с местным гостеприимством. И, кстати, о нём…

– Ааму, а как ты меня нашла? С охотницами была? – спрашиваю я у девчонки, когда мы оказываемся в очередной пещере, с потолка которой льётся золотистым потоком солнечный свет, расцвечивая стены и пол алыми и жёлтыми бликами. 

– Нет. Проследила за ними, – как ни в чём не бывало, признаётся моя соратница. – Интересно стало, что это за мужчина такой, силу которого на таком расстоянии ощутила а-киара. А когда охотницы его подстрелили и унесли, я решила посмотреть на тебя.

– А меня, кстати, почему оставили? – решаю я уточнить, хотя и предполагаю, что просто за ненадобностью.

– А зачем ты им? – бросает на меня удивлённый взгляд Ааму, подтверждая тем самым мою догадку. – Может он из-за тебя откажется ложиться с другими женщинами. 

– А может он и без меня откажется? – хмыкаю я невольно. – Такое вашим охотницам и а-киаре в голову не приходило? Как они собираются заставить мужчину… проявить свою плодовитость против его воли?

– Так он же женской энергии захочет рано, или поздно. Посидит в клетке. Проголодается. Подумает. Вот и согласится, – пожимает плечами Ааму. Морщится задумчиво. – Правда, если он такой сильный, то сидеть и думать, наверное, долго будет.

М-да. Дела, однако. Вот никак не думала я, сбегая от купившего меня куарда, что мы с ним вот так внезапно местами поменяемся. И уж тем более даже не предполагала, что я буду ломать голову, как его вытащить из плена, весьма смахивающего на сексуальное рабство, всерьёз раздумывая, не придётся ли мне ещё и драться за него. Капец.

Из пещеры мы неожиданно выходим наружу под палящее солнце, оказавшись между отвесных скал, образующих такое себе узкое ущелье. И Ааму берёт уверенный курс на запад, судя по положению солнца.

– Здесь надо молчать. Эхо разнесёт голоса очень далеко. Нас могут услышать дозорные, – тихо сообщает она, оглянувшись на меня.

Я лишь понимающе киваю, с облегчением отмечая, что метров через тридцать, скалы изгибаются, образуя тень. Не уверена, что легко выдержу длительный путь на таком солнцепёке, да ещё на голодный желудок. Пообедать мы ведь так и не успели. Но выдержать надо. Не оставлять же Арида сидеть в клетке. Не отдавать же на растерзание охочим до его тела дикаркам. 

Так что я полностью сосредотачиваюсь на том, чтобы не отставать от Ааму, идти как можно тише и не обращать внимание на своё состояние. А чтобы не чувствовать себя так плохо, представляю как встречусь совсем скоро со своей Солькой. Я так по ней соскучилась. Это же моя сестра уже пузатенькая наверняка. Четвертый месяц беременности ведь пошёл. Интересно, как она выглядит сейчас? И как живёт? И каково ей вообще в браке с куардом? И каков этот её куард? Похож на Арида?

Если да, то я её даже где-то понимаю. У нас на Земле я таких мужчин не встречала. Не утверждаю, что их нет. Но не встречала… И не факт, что встречу. Эх.

Ну почему он куард и живёт в другом мире? Ну почему отношения с ним означают неумолимую перспективу оказаться замужем за ним навсегда, независимо от того, сможем мы ужиться, или нет. А вдруг не сможем? Вдруг… вдруг… так много всяких «вдруг».

Вот отец наш с мамой не ужился ведь. И сколько таких пар я знаю.

Может… может получится попробовать быть с ним без всего этого? Хотя, о чём это я? Он куард. Правитель своего дариата в империи Занагар. Ему нужна связанная и наследники рода… а не любовница землянка, которая сама не знает, чего хочет. Даже если у меня получится найти себе стоящее дело в этом мире, и я всё-таки решу тут остаться. Да и мне как-то не очень нравится перспектива быть просто его любовницей. М-да. А кем хочется? Капец, я запуталась.