Край чёрных магнолий - Ольга Вешнева

Я не хотела оправдываться в стиле “Бриллиантовой руки” – “Не виноватая я, он сам пришел”.

– С вами хочет поговорить генеральный директор, – из раздвижных ворот появился симпатичный молодой азиат в строгом черном костюме, судя по всему, один из самураев. – Следуйте за мной, – он взял из моих рук пустые бутыли и вручил их охраннику.

“Прикольно будет сражаться за Тихона с войском вооруженных до зубов самураев?” – мечтала я на пути к кабинету директора, прокручивая в памяти батальные сцены из “Убить Билла” и восточных боевиков.

“Елизавета Филипповна Багрянова. Генеральный директор ОАО “Волочаровский мясокомбинат”, – гласила дверная табличка.

Я сделала глубокий вдох. Нет, я не затем сюда пришла, чтобы сочувствовать бедной, точнее – богатой Лизе.

– Добрый день, – соблюдая деловой этикет, я приветствовала царственно восседавшую в кожаном кресле хозяйку, знакомую по трансляции медного таза

Справа от нее на маленьком стуле притулился темнокожий пожилой мужчина, а над ее левым плечом нависла самурайка.

Если бы еще незнакомых мне Лизу и Тихона поставили рядом и попросили опознать среди них вампира, я, не раздумывая, выбрала бы девушку. Причина не в ее вызывающем стиле одежды: глубоко декольтированном топе и леопардовом костюме с мини-юбкой. И не в агрессивно-ярком макияже: темных тенях, розовой пудре и кроваво-красной помаде, покрывающей глянцевым блеском полные губы. И не в трехсантиметровом маникюре. И даже не в уничтожающе-хищном взгляде, которому позавидовала бы Медуза Горгона. В ее неуловимой для невнимательных человеческих глаз мимике, в настороженной позе угадывалось нечто вампирское.

Так же, как в выражении похожего на тонкую маску японской танцовщицы лица другой девушки читалось нечто демоническое. Она ссутулилась у плеча Лизы не как заботливый ангел хранитель, а как искушающий бесенок.

С ангелом я сравнила темнокожего мыслителя, едва заметно покачивавшего головой в такт своим тайным рассуждениям.

– Явилась – не запылилась, – пролаяла Лиза, резко закинув правую ногу на левую. – Не устаю поражаться, Юми, – она бегло переглянулась с подругой, – беспредельной наглости некоторых людей, – ее карие глаза снова остановились на мне. – Садись, что ли, – она двинула ногой стул на колесиках, и я молча присела. – Встала у меня над душой, глазами бесстыжими хлопает. Совести нет ни грамма. Это из-за тебя Тихона чуть не убили. Со мной он был в полной безопасности. Че молчишь? Язык присох? Говори, как там мой Тихон.

– У него держится высокая температура, и организм ослаблен испарениями осиновой смолы, – я приструнила желание посоревноваться во взаимных оскорблениях. Неприятно признавать, но преимущество в бою досталось Лизе. Она была хозяйкой мясокомбината, а я пришла к ней не в качестве агента национальной безопасности, а в качестве представителя интересов ручного вампира, нуждающегося в свежей крови. – Пока он в тяжелом состоянии. На грани жизни и смерти.

– Я немедленно заберу его. Поедете с нами, Сэнсэй, – сквозь румяна и пудру на щеках Лизы проступила естественная краска. Хозяйка чуть не сорвалась с места.

– Не позволю тебе забрать Тихона, – я захватнически положила руки на стол.

– Интересно, на каких основаниях ты помешаешь мне увезти его домой? – Лиза презрительно сморщила курносый носик.

– На официальных, – искусно парировала я. – Тихон – сотрудник Отдела. Я взяла его в команду.

– О! Быстренько ты подсуетилась, – Лиза вытянула губы и причмокнула, – Околдовала моего парня, заклеймила как племенного бычка, и припахала на службу. Так вот зачем он тебе понадобился! Хочешь его доконать? Отправить за Иваном Хельсингом на тот свет? Я тебя расколола, гадина! Верни мне Тихона! Он мой!

– Я оформила его на службу, чтобы защитить, – продолжила врать, заглотив эмоциональный сгусток, – Тиша не хочет возвращаться к тебе. Не беспокойся, я о нем позабочусь.

– Ты? Позаботишься? Не смеши меня, Баффи, не то я рухну с кресла. Тебя чему на Лубянке учили? Заботиться о вампирах или убивать их? Ты ничего о них не знаешь, кроме болевых точек и действия на их организм осиновой смолы.

– Перед тобой – высококлассный специалист. Мне известно о вампирах достаточно для их приручения.

– Ты не специалист, а истребительница вампиров. Называй вещи своими именами. Ты – убийца, Светка. У тебя нет совести. Иначе ты не могла бы убивать милых, очаровательных существ.

Лиза бредит? Или речь идет не о моей клиентуре?

– Это вампиры – милые существа?! – мой гнев дождался выхода на сцену.

– А кто ж еще? – Лиза небрежно приподняла плечи, и топ обнажил глубокую ложбинку пышного бюста. – Они такие нежные и беззащитные. Не выносят загрязненной атмосферы, задыхаются от парфюма и специй, а в магнитные бури у них кружится голова. Ты... убийца, даже не знаешь, что их нельзя мыть ароматизированным шампунем. И что на их коже дольше всего держится автозагар марки “Голд”. А просишь доверить тебе Тихона. Не дождешься! Начхать мне на твой административный ресурс. Я могу с потрохами купить вашу аномальную лавочку.

“Встретилось бы тебе одно из нежных существ на темной дорожке. Например, незабываемый Валко Вышкович после двухнедельного голодания. Посмотрела бы тогда я на тебя”, – спорить о злобной вампирской сущности с хозяйкой мясокомбината было бесполезно, и я сменила тактику.

– Тихон тебя не любит, Лиза. Побереги время и деньги.

– Времени я не жалею, все равно делать нефига, а деньги и подавно не нахожу, куда девать. Доходы у меня рублевские, а расходы волочаровские. Так что, не советую вставать на пути. Отдай мне Тихона по-хорошему. Он меня любил, пока ты не приворожила его в корыстных целях. Вас учат гипнозу. Вы можете что угодно внушить любому вампиру.

Если бы так... Работа охотника стала бы намного проще.

– Я его не привораживала. Не знаю, и знать не хочу, что там между вами произошло, но Тихон не хочет тебя видеть.

– Я должна с ним поговорить. Поехали к тебе. На месте разберемся.

– Только не сейчас. Тихону нельзя нервничать. Ослабленное смолой сердце может не выдержать.

– Рекомендую прислушаться к мнению специалиста, – полушепотом сказал Сэнсэй, сложив пальцы пирамидкой.

– Вы меня достали своими бесконечными ЦУ, Сэнсэй! – Лиза обрушила на него цунами гнева, – Когда я соскучусь по нравоучениям, дам вам знать. А пока молчите. Сама решу, что делать. Хватит меня опекать как ребенка.

Золотистый айфон заиграл веселую мелодию и пополз по столу. Броском кобры Лиза поймала его и приложила к уху:

– Сатибо, – от волнения ее грудь подпрыгивала в складках шифона – Ты где?

– Мы нашли джип, который засекли наши камеры на пустыре, – недовольно забубнил самурай. – Как я и думал, он в угоне.

– Отлично, тупик. Возвращайся, Сати, – немного успокоилась Лиза. – Гады от нас далеко не уйдут. Ты их вычислишь, я верю в тебя. У меня кстати хорошая новость. Тихон живой. На твое счастье… Его забрала к себе новая охотница.