Последний дракон - Йон Колфер

– Я секу достаточно, начальник, чтобы отличить подделку. Боттичелли во Французском квартале не водится.

Айвори поморщился, уязвленный.

– Это репродукция, Хук. Не подделка. И однажды, может, я тут настоящую повешу. Может, она уже у меня есть, – он ткнул большим пальцем за плечо на титановую дверь встроенного сейфа, который, по слухам, служил еще и убежищем.

«Ох я б туда заглянул, – подумал Хук. – Сдается мне, там та еще пещера чудес Алладина».

– Иметь цель – важная штука, – сказал он вслух.

Айвори вернулся к делу, а именно – пересчитыванию денег прямо за своим стоячим столом.

– Констебль Хук, – произнес самопровозглашенный авторитет. – Коп в моей берлоге.

«Холодный прием», – сообразил Хук и подумал, почему бы не подергать за поводок посильнее, малость вытряхнуть этого мелкого мафиозо из его фантазии а-ля Капоне.

– Пошло, – кивнул Хук на горы банкнот.

Айвори так удивился, что даже удостоил его взгляда.

– Что это, констебль? Учить меня пытаешься?

– То, что ты тут делаешь, сынок. Пошло. Неотесанно.

Ровно столько дерзости, сколько нужно, чтобы Айвори замер на половине пачки.

– Ты же знаешь, что я итальянец, верно? Сицилиец, на секундочку. И ты явился называть меня неотесанным на глазах моего человека?

А теперь Хук завладел его безраздельным вниманием – в чем и заключался весь смысл.

– Нет, мистер Айвори, я всего-то пытаюсь помочь на пути к успеху. Начальство не считает деньги. Их считают солдаты. Ты этого не понимаешь, сынок, – откуда б, когда ты в самом начале? Нудную работу делегируют.

Айвори перестал считать банкноты.

– О чем речь, констебль? – поинтересовался он, и Хук подумал, что тот, может, умнее, чем кажется в этом своем костюме от Армани.

Констебль посверлил Рокэ взглядом, пока здоровяк не сдвинулся с дороги. Хук без приглашения уселся на кушетку.

– Речь о том, как далеко по этой лестнице ты нацелился забраться, Айвори.

– Я б сказал, – подал голос Рокэ, – мистер Айвори уже на вершине, коп. Оглядись.

«Спасибо, кретин», – подумал Хук, но и в самом деле огляделся, с удовольствием растягивая волынку.

– Ага, – отозвался он, – славная у тебя тут построечка. Колонны, полный фэшн. Думаю, отсюда ты за каждой точкой можешь следить. Прям за каждой.

Дураком Айвори не был. Откровенный сарказм он улавливал с ходу.

– Я знаю, чем владею, коп. И знаю, кто я такой.

Хук прикурил сигару.

– Может быть – но знаешь ли ты, куда направляешься?

Айвори обошел стол.

– Я пытаюсь понять, что ты тут забыл, Хук. Сраный констебль у меня на побегушках, который время от времени доставляет мелкую дрянь по болоту, заявляется сюда и льет мне в уши о том, куда я направляюсь? Ты ведь понимаешь, что ничем хорошим такое для тебя не кончится. Может, ты просто псих? Вот, в чем дело?

Хук глубоко затянулся.

– Психопат, я б сказал. Да, точно. Псих? Как-то мелковато.

На этом повороте беседы у Айвори не осталось иного выбора, кроме как перестать гадать, что же Хук задумал, и начать действовать.

– Так, хватит. У меня нет на тебя времени, Хук. Эта моя построечка – место загруженное. Надо за всеми точками следить. А с карнавалом так вообще дел в городе невпроворот.

– Ладно, мистер Айвори, – вмешался Хук, прежде чем Конти перейдет к части про «вернем Сицилии былое величие», – может, я зашел не с того конца. Без обид и так далее. Просто хочу знать, какие у тебя там в шелковых трусишках яйца. Я работал с крупными игроками в Ираке на обеих сторонах. На всех сторонах, если уж на то пошло. И речь тут идет о горах кокаина и забитых оружием под завязку ящиках, о миллиардах дохода. У тебя в глазах горит тот же огонек, что и у тех парней. Амбиции. Но мне нужно продвинуть тебя на пару клеток, потому как времени на естественное развитие нет.

Айвори поймал себя на ощущении, что наблюдения констебля ему странным образом льстят, а еще – интригуют.

– Спасибо, блядь, преогромное, Хук. Только мне на хрен не надо, чтобы какой-то коп мне тут про мои амбиции рассказывал. Сраный констебль. Ты ж даже не шериф.

«Давай-давай, – мысленно подсказал Хук. – Спрашивай».

Айвори поколебался, сдерживая желание, но ему просто нужно было знать.

– Так вот, продолжай, мудила. Почему это у меня нет времени?

«Надо б поддать мелодрамы, – подумал Хук. – Эти начальнички ее обожают. Или даже лучше – ввернуть чего-нибудь библейского».

И нужная отсылка сама пришла в голову.

– У тебя нет времени, Айвори, – произнес Хук, – потому что подобно Иисусу в пустыне, тебя вот-вот ждет тяжелое испытание.

– Испытание? – переспросил Айвори, а потом ради приличия добавил: – И кто ж меня будет испытывать? Полиция у меня в кармане, я на короткой ноге с картелем, а это здание – крепость. У меня по дюжине человек на этаж, и в одном только этом кабинете хватит огневой мощи, чтобы выиграть средних масштабов войну.

Хук сделал вид, будто все это его глубоко впечатлило.

– Знаешь, я искренне верю, что привлек внимание к ситуации в нужном месте.

– И что же это, констебль, за ситуация?

Хук повертел сигару. Изложить такое было непросто. Если просто выпалить факты, его со смехом выгонят или, что более вероятно, вынесут. Ногами вперед.

– Ладно, сынок. Дело вот в чем: звеньев несколько, так что слушай внимательно.

Айвори провел по лицу ладонью с такой силой, что еще немного и стянул бы его с черепушки.

– Констебль, здесь только ты меня испытываешь. Твои шансы пережить эту встречу равны нулю, если то, что ты сейчас скажешь, мне не понравится.

Близнец, почуяв, что запахло подставой, вытащил ствол и сунул его за пояс брюк.

– Ладно тебе, Джи-хоп, спокойно, – сказал Хук. – У нас тут уникальная возможность. Золотая жила. Шанс для всех нас вознестись.

– Это я б послушал, – заметил Россано Рокэ.

– Ну-тка, может, подумаешь, а не заткнуться ли на хрен, сынок. – Хук затоптал сигару каблуком. – Так вот, звено первое. Я определил мальчишку, который видел то дельце на Хани-Айленде, к вам в морозильную камеру. Тут проблема решена.

– Надеюсь, – удивился Айвори, – второе звено окажется получше, потому как я ни хера тебе не говорил притаскивать сюда свидетеля. Ты точно страж закона, констебль, уверен? А то похоже, что ты не очень-то знаешь о том, как это делается.

– Расслабься, Айвори, – ответил Хук. – Закон тут, включая меня, имеешь ты. А федералы вокруг пока не рыщут. У тебя всего-то отельчик и с полдюжины точек. Что им ловить такую букашку.