Логист - Роман Пастырь

Зверь и сюда пробивался, наверное, исключительно по той причине, что всё здание блокировкой перекрыто.

Потолок всё же осел на меня, но я успел выставить вторую руку. Веса плиты не хватило, чтобы сломить броню. Первой рукой, которая шип запускала, создал печать трансформации и, как мог, остановил обрушения. Общение с пленным шло на минус втором этаже, и зверь пробился к нам с улицы. Ломился он почти что по прямой. Повезло, что здание массивное и крепкое, не сложилось полностью. Я создал опоры, восстановил несущие стены и отправился на выход. Всё это секунд десять заняло, и беглецы далеко уйти не могли.

Успел как раз в тот момент, когда зверь выбрался наружу. Зубодёр бежал рядом с ним, держась так, чтобы не попасть под пули. Тот отряд гвардейцев, с которыми я сегодня был, время даром не терял и вел обстрел. Не особо успешный, ну так и времени с момента неожиданного нападения мало прошло.

Разогнавшись, с разбегу прыгнул на тварь и врезался ей в бок. Это вам не морское чудовище. Масса тела совсем иная. От удара кошку сложило пополам и отбросило, она завалилась на бок и рыкнула. Я же оказался рядом с Зубодёром. Руки мужчины вспыхнули алым, и он попытался отмахнуться от меня. Помня о разрушительности свечения, я шагнул в сторону и увернулся.

Хорошо, что он не догадался о том, что может разрушать мои печати.

Я хотел схватить его и кинуть в сторону гвардейцев, чтобы повязали беглеца, но кошка оказалась быстрее. Быстрее, чем я ожидал и чем в первый раз.

В меня врезался удар такой силы, что отправил в полёт, который закончился в окне дома. Треснуло стекло, я снёс люстру и врезался в шкаф. Где-то рядом истошно завизжали. Выбравшись из-под обломков, увидел полуголую девушку в ночнушке, что до этого спала на раскладном диване, а сейчас вжалась в угол и смотрела на меня с ужасом.

— Оставайтесь на месте, — бросил ей, подумав, что эту часть истории тоже лучше опустить.

Дверь распахнулась, и в просвете показалась бабка, которая замахнулась на меня веником. В этот момент я ускорился и выпрыгнул из окна, пока ситуация совсем уж сюрреалистической не стала.

Выскочив обратно на улицу, увидел, как зверь присел, и ему на шкуру забрался Зубодёр. Он словил в спину очередь, но удержался и бросился отсюда верхом на чудовище.

Я прыгнул за ним следом, активируя закладки. Создав связь между броней и ближайшим металлом, выстрелил собой, как из пушки, настиг зверя и снова врезался в бок, на этот раз всадив клинок.

Тот выгнулся дугой, Зубодёр чуть не улетел назад, его мотнуло, но он удержался. Крепкий, чтоб его.

Меч разрубил плоть, прошёл по ребрам и внутренностям. Чудовище занесло, оно врезалось в здание тем боком, на котором я висел. Отчего лезвие вошло ещё глубже и выскочило с другой стороны. Я это понял по исчезнувшему сопротивлению.

Зверь отлип от стены, выпуская меня. Я потянул клинок обратно и до того, как раны заросли, нанёс удар. Кошка прыгнула, но споткнулась, снесла фонарный столб и упала на проезжую часть.

Со стороны прилетел гарпун и пробил ей шкуру. Следом ещё один. Зубодёр во время падения свалился и покатился по асфальту. В него тоже попали. И тоже гарпуном, который пробил мужчине живот и вышел с другой стороны. Цепь натянулось, и его утащило к стрелявшим.

Кажется, пожаловала команда загонщиков.

Когда зверь попытался встать, я оказался рядом и снёс ему половину головы. На этом не остановился и отрубил передние лапы. Разрез ровным вышел, края разъехались в стороны, и туша завалилась окровавленной мордой вперед.

Помня о том, что монстр один раз успел воскреснуть, я продолжил его рубить. Успокоился только тогда, когда превратил в фарш. Надо будет предупредить людей князя, чтобы проследили и не дали восстановиться.

Повернувшись, увидел окровавленного, обожжённого Зубодёра, который валялся среди гвардейцев, взявших его в кольцо.

Надеюсь, теперь мне дадут спокойно продолжить исследования.

* * *

Фигура в темном балахоне стояла на крыше, наблюдая за сражением внизу.

— Ай-яй-яй, — пробормотал мужчина, качая головой, когда зверя внизу убили. — Какое расточительство, какой образец. Кто-то должен за это ответить.

* * *

Родион стоял, заложив руки за спину, и смотрел на меня осуждающе.

— Я тут не при чем. Почти совсем не виноват.

— Эдгард, — процедил он. — Здание разрушено.

— Не так уж сильно. Опорные стены я починил, лучше прежнего стало. Сделаете небольшой ремонт…

— Это хотя бы того стоило? Что вообще произошло?

— Ну… — почесал я макушку, подбирая слова. Шлем лежал рядом, общались мы в закрытой комнате, поэтому я мог себе позволить расслабиться. — Кое-что интересное я всё же узнал. Но сейчас хотел бы продолжить свои исследования.

— Разумеется. Но утром мне потребуется как-то объяснить князю произошедшее.

— Уверен, что вы что-нибудь придумаете, — улыбнулся я.

— Уверен, что вы напишете подробный доклад о произошедшем и о своих выводах.

— Как иначе, — моя улыбка совсем чуть-чуть померкла.

Попав в этот мир, я познакомился с бюрократией и не сказать, что подружился с ней.

Родион больше задерживать меня не стал. Я надел шлем, вышел, спустился вниз и попал в комнату для сдерживания особо опасных пленных.

— Можете идти, — кивнул я гвардейцам.

Те чуть помедлили и удалились.

— Опять ты, — глянул на меня Зубодёр.

Выглядел он неважно. Бледный, с не до конца исцелившимися ранами. Да и гарпун из него по-прежнему торчал, отнимая силы и причиняя страдания.

— Давай так, — сказал я. — Ты отвечаешь на мои вопросы, а я вытаскиваю эту штуку из тебя. Ещё принесут воды и еды, сможешь отдохнуть и восстановиться.

— Это теперь не имеет значения, — выплюнул он слова, закашлялся и харкнул кровью.

— Ты так желаешь умереть?

— Я уже мертв. Ты убил зверя.

— Тебя за это накажут? — догадался я.

Зубодёр отвёл взгляд и поник.

— Тогда самое простое для нас отпустить тебя и проследить, кто придёт.

— Нет! До меня доберутся быстрее, чем вы что-то поймёте! — выкрикнул он.

Я недоуменно нахмурился. Куда же подевалась самоуверенность и бравада? Сейчас я видел испуганного человека, ощущающего себя в западне.

— Расскажи мне всё про мастера зверей. Я разберусь с ним.

Зубодёр тихо захихикал.

— Я убил Первого, помнишь? Разберусь и с ним.

— Первый был всего лишь ширмой, — мотнул головой мужчина.

— Да без разницы. Ты сам подумай. Если я убьюсь об него, то что ты теряешь? А если нет, то твоя проблема решится.