Тайные хроники герцога Э - Татьяна Абалова

– И на меня положиться нельзя. Я враг, убивший твою семью.

Я хотела возразить, что нет на нем крови моих родителей, но вспомнила, что герцог считает меня принцессой Корви. А тот хряк, что собирался отсечь голову Конду, и в которого я кинула шлемом, и вправду служил в армии Их Светлости. Так что да, дюк Э – враг, погубивший род Корви.

Герцог поднялся.

– Что со мной будет? – я тоже опустила ноги, собираясь встать.

– Иди в кровать, простынешь.

– И все?

– Нет, не все. Я проверю твой рассказ. Негласно посещу оба монастыря.

– А после? Если вы убедитесь, что я рассказала правду и на самом деле долгое время жила в монастыре? – за Конда я не боялась, его легенда была более основательной, чем моя. Никто до сих пор так и не узнал в нем принца Корви.

– После я предложу тебе вариант спасения от Фельстана.

– Какой? – я не удержалась, схватила герцога за руку. Дюк Э неожиданно поднес к губам костяшки моих пальцев.

– Ты выйдешь за меня замуж. И тогда никто не посмеет предъявить на тебя права.

Я не нашлась что ответить.

***

Дюк Э отсутствовал уже больше месяца. Не зашел попрощаться, и я терялась в догадках, куда и зачем он отправился. Если проверить мою легенду, то до монастыря Святой девы рукой подать. До ордена Света и Тьмы чуть больше, и у герцога нет причин скитаться так долго. Но, видимо, у Их Светлости, кроме истребления тварей, имелись и другие государственные дела, которые тоже занимали время.

Меня сильно волновало, не выйдет ли его расследование боком для настоятельницы и Басилии: как никак они укрывали детей Корви. Я даже подумывала уговорить обережника Збигува, оставленного герцогом за старшего, чтобы он свозил меня в монастырь, где я сама убедилась бы, что мои дорогие сестры живы и здоровы. Но взвесив за и против, я отказалась от затеи.

В особняке я находилась под неусыпным надзором и, чтобы занять себя, переписывала начисто хроники, убирая из них все лишнее, что могло выдать меня как фальшивого хрониста. С удовольствием брала уроки теории военного дела у черных рыцарей и дописывала полученные сведения в летописи. Я сдружилась со Збигувом, который относился ко мне по отечески, и я все чаще выбирала его наставником.

В свободное время гуляла в парке, сидела с кухарками на кухне, куда вечерами приходили не только слуги, но и обережники. Через них я узнала, почему император так благоволит к Фельстану – человеку, не заслуживающему достойных слов. Сын Джовира, желая выслужиться, самолично убил родственника – Ландера Корви, брата и советника прежнего короля. Я сделал мысленную зарубку: если Конд еще не знает, кто убийца его отца, то у него появится веская причина желать Фельстану смерти.

Я до сих пор находилась в полном неведении относительно своего будущего, и это меня угнетало. Слишком странно разворачивались события. Я верила и не верила обещанию Конда, что скоро окажусь дома. Слишком сложная стояла перед ним задача. Я верила и не верила, что герцог женится на мне, чтобы уберечь от отца и сына Корви–Дуг, которые, в принципе, помогли его брату взойти на престол. Зачем Их Светлости так рисковать? И мне хотелось понять, кто ему нужен: принцесса Адель или я? И что делать, если я поверю герцогу и пойду с ним под венец, но появится Конд и скажет, что портал домой открыт? Уйду, не оглядываясь?

Я не могла ответить честно даже самой себе. Вопреки всему я тянулась к дюку Э и с каким–то щемящим чувством нежности ждала его возвращения. И совсем не верила мальчишке Конду, который исчез и больше не появлялся. Ни знака, ни весточки.

Как и обещал герцог, мне пошили несколько платьев, и я, ожидая его возвращения, каждое утро тщательно одевалась. Мне хотелось, чтобы дюк Э увидел меня красивой. Если взять все то время, когда он лицезрел меня настоящую, то оно было ничтожно малым по сравнению с тем сроком, когда я была размалевана.

Преображенная уходом – у меня появилась опытная служанка, я нравилась самой себе, а потому хотела, чтобы меня оценили, как женщину, а не как принцессу, могущую принести корону. Чего греха таить, такие мысли все чаще лезли в голову. Я не знала, насколько были близки император и Их Светлость как братья, но вполне допускала, что женитьба дюка Э на принцессе из рода Корви сделала бы его «своим» в глазах народа.

Да, мужчины любят играть в политику.

– Их Светлости нет дома.

– Я требую, чтобы вы впустили меня!

Я вышла полюбопытствовать, чья карета остановилась у парадного подъезда, и застыла на лестнице, наблюдая, как принцесса Иллиса пререкается с мажордомом. Она не я. Я безропотно побежала к черному входу, когда мне отказали с высокомерным видом, а Илли явно приготовилась к длительной осаде, если не к битве.

– Их Светлость не принимает гостей в свое отсутствие.

– Как смеешь, чернь! – она отвесила привратнику пощечину и, оттолкнув его, вошла в дом. – Я твоя будущая госпожа, запомни!

Гордо задрав подбородок, Иллиса произнесла кому–то за дверью:

– Вносите!

Топая и толкаясь в холле появились слуги, тащащие тяжелые сундуки.