Астрид - хозяйка Рождества - Анна Лерн

— Я вижу, как ты справляешься, — он криво усмехнулся. — Скоро они усядутся на твою шею и…

— Хватит, — я не собиралась слушать все эти глупости. — Одевайтесь и идите во двор.

— Нет, — он злобно сощурился. — Не дождешься, глупая девчонка!

— Что ж, — я с сожалением вздохнула. — Тогда у вас есть время до утра, чтобы собраться и покинуть имение.

Барон подскочил как ужаленный, и тут до моих ушей донесся громкий разговор прямо под окнами спальни. Не обращая на него внимания, я подошла к окну и посмотрела вниз.

Странно… А это еще кто? Двое незнакомых мужчин что-то гневно говорили Нилсу и Антону, которые слушали их с таким напряженным видом, что я поняла — что-то случилось.

Барон тоже подошел к окну и взглянув на него я заметила, как он побледнел. Не иначе по его душу!

— Вы знаете этих людей? — холодно поинтересовалась я, но он вернулся в кресло и отвернулся от меня. Вот гад! — Придется мне спуститься вниз и разобраться, в чем дело.

Барон ничего не ответил, но было видно, что он нервничает и сильно напуган.

Заскочив в свою комнату, я накинула плащ и быстро пошла вниз, чувствуя, что очередные неприятности не за горами. Так и случилось.

Нилс и Антон уже почистили подъезд к дому и, ловко лавируя между высокими кучами снега, я громко спросила:

— Вы кого-то ищете, господа?

Незнакомцы повернулись ко мне и, переглянувшись между собой, принялись ухмыляться неприятными улыбочками.

— Ваше сиятельство, не так ли? — протянул один из них, держащий под уздцы гнедую лошадь. Его рыжие усы были покрыты инеем и топорщились щеткой. — Графиня Расмуссен?

— Чем обязана вашему визиту? — я встала между Нилсом и Антоном и увидела, что к нам направляются Гринч и Франц. Они, видимо, чистили снег на заднем дворе и тоже, как и я, услышали разговор на повышенных тонах.

— Мы по поводу вашего отца, — сказал второй с перебитым носом, похожим на картофелину, и его глаза недобро блеснули. — Вернее по поводу его долгов. Барон ведь у вас, не так ли?

Он поднял голову и посмотрел на окна имения. Я тоже посмотрела назад и увидела, как лицо отца исчезло за шторой.

— Могу вас заверить, что у него нет ни одной монеты, чтобы рассчитаться с вами, — я понимала, что эти люди пришли сюда выбивать деньги и вряд ли отступят. — Но меня очень интересует вопрос, как вы попали сюда?

— Ваши ворота открыты, графиня, — все так же протяжно произнес рыжий. — Стоит лучше следить за этим.

Странно… Неужели Франц не закрыл их?

— Я повторюсь — у отца нет денег, чтобы рассчитаться с вами, — снова сказала я, решив разобраться с воротами позже. — Но я передам ему все, что вы захотите сказать.

— Послушайте, ваше сиятельство, — носатый сплюнул на снег и угрожающе произнес: — Мы приехали сюда не для того, чтобы вести с вами светские беседы. Нам нужны деньги. Или старая задница вашего папашки. Мы отвезем его к одному человеку, чтобы он сам объяснился с ним. Не тратьте наше время, оно дорого стоит.

— Графиня вам уже все сказала, — Антон выступил вперед, сжимая лопату. — Советую вам убраться отсюда и чем быстрее, тем лучше.

— Ты бы не лез, молокосос… — рыжий сделал выпад и расхохотался, когда парень замахнулся лопатой. — Тише, тише…

— Ваше сиятельство, что происходит? — Гринч и Франц остановились за спинами бандитов и посмотрев через плечо, носатый процедил:

— Вот значит как… Не хотите по-хорошему?

— Кому он должен деньги? — я не хотела, чтобы случилось нечто страшное, ведь у них вероятнее всего было какое-то оружие, и они точно умели хорошо владеть им. А на мою защиту вышли трое пожилых людей, один из которых калека, и молодой парнишка. — Я могу поговорить с этим человеком?

— Можете, — хохотнул носатый и снова сплюнул на снег. — Улица Форгатта семнадцать, найдете его там. И мой вам совет — не тяните с этим, если не хотите неприятностей. У вас есть неделя, ваше сиятельство.

Они запрыгнули на лошадей, и рыжий подмигнул мне.

— Не прощаемся, графиня.

Вздымая клубы снега, они поскакали по аллее, и я облегченно выдохнула. Боже… только этого мне еще не хватало…

— Вот так дела… — Нилс покачал головой, и в его глазах промелькнула злость. — Нужно было выдать его и дело с концом! Это же, сколько теперь проблем по его милости! Барон хоть и ваш отец, графинюшка, но мне его не жаль!

— Такие бандиты могут и дом поджечь, — Гринч хмурился, и я видела, что все мужчины согласны с Нилсом. — С них станется!

Дома я лишиться точно не хотела.

— Астрид!

Повернувшись на тихий окрик, я с удивлением увидела барона. Он прятался за фонтаном и был бледнее мела.

Я подошла к нему и хмуро уставилась на это резко поменявшееся лицо. Теперь он не источал злобу и ехидство, а выглядел жалким и напуганным.

— Что, ваша милость? Вы решили уехать?

Он замялся, кутаясь в плащ, отороченный шикарным мехом, а потом еле слышно произнес:

— Можно мне лопату?

— Что? — мне показалось, что я ослышалась.

— Можно мне лопату? — уже громче повторил он. — Я хочу помочь чистить снег.

Я тяжело вздохнула и повернувшись к мужчинам, сказала:

— Можете идти домой, его милость закончит. Джаспер, дай ему лопату.

Они переглянулись, и Антон вручил барону свой инструмент. Тот, молча, взял его и растерянно огляделся, не зная за что браться.

— Давайте я вам покажу с чего начать, — Франц похромал на задний двор и, не оглядываясь, барон пошел за ним.

— Этим он не исправит ситуацию, — тихо сказал Антон, подойдя ближе. — Ты ведь не собираешься ехать к его кредитору? Это может закончиться хуже, чем наша поездка в бордель!

— Не переживай, я собираюсь узнать, кто находится по этому адресу, — я похлопала его по руке. — А потом будем решать, что делать дальше.

Узнав о произошедшем, тетушка Лонджина долго возмущалась, охала и ворчала, а Сесиль не на шутку испугалась.

— Астрид, я боюсь! А если эти люди ворвутся в дом?

— Не бойся, — я задумчиво посмотрела на картину, на которой была изображена сцена охоты. — Мы купим оружие.

— Оружие??? — баронесса изумленно уставилась на меня. — Это ведь опасно!

— Опаснее оказаться во власти таких вот бандитов! — ответила я, чувствуя, что это действительно хорошая идея. — А так у нас будет возможность дать отпор!

— Если бы не ваш отец, жили бы спокойно! — тетушка Лонджина покосилась в окно, за которым барон в одиночестве чистил снег. — Ишь, как старается, когда припекло! Дрянь, а не человек!

Пришло время обеда и, завидев, что отец направляется к дому, я вышла в холл. Он вошел в двери, и у меня даже что-то кольнуло в сердце при виде его красного лица и дрожащих рук.