Респ4ун - Илья Хруст

Адрес, корпус, блок и номер палаты.

«Приходи, проведай. Кристина»

* * *

Ему повезло, что верхнюю одежду не надо было сдавать гардеробщице, а вешать ее самому, в какую-то убогую и дальнюю подсобку (естественно под присмотром какой-то бабульки), иначе кто-нибудь мог заметить ножны из-под его самурайского меча.

Накинув выдаваемый при входе белый халат, и напялив на ноги резиновые тапочки для посетителей, он вошел в двери палатных покоев. Длинный коридор, наверное, на всю длину здания, справа и слева палаты, с застекленными, но непрозрачными дверьми. Ему нужна седьмая. Кристина Насибова именно там — так ему сказала вахтерша, и он не думал, что она обманывает его — пятитысячная купюра, вложенная в паспорт Кирилла в качестве пропуска, послужила этому гарантом. Возможно, он и переплатил, но ему было на это наплевать, деньги у него водились, у него даже был свой личный запас на одном из счетов СБЕРБАНКА. Скромные двести пятьдесят тысяч.

Вот и седьмая.

Он, особо не размышляя, повернул ручку двери и вошел внутрь.

Кристина лежала на самой первой от двери койке и вроде как спала, поэтому он не сразу ее нашел, начав осмотр шестиместной палаты с самого дальнего угла. В помещении находилось еще двое пациентов, но, кажется, и они тоже отдыхали. Кирилл подошел поближе и уселся на стул, стоящий рядом.

— Кристина — выдавил он срывающимся и скрипучим голосом — это я, Кирилл. Ты слышишь меня?

Она не ответила. Ее вздувшиеся посиневшие губы, разбитые в кровь, огромные синяки под обоими глазами и поведенная левая бровь никак не сочетались с образом милой любовницы Кристины. Острое чувство вины укололо его вновь, будто кто-то весело и с задором втыкает в его сердце иголки.

— Кристина, что случилось? Это сделал муж? — снова молчание, глаза закрыты, будто спит. Но она не спала, Кирилл чувствовал это, к тому же у него было не так уж много времени в запасе, мог вернуться ее муж и будет совсем весело. Тут он вспомнил что с номера Кристины ему посылали смс, а глядя на ее состояние можно с точностью до ста процентов утверждать, что она на такое в данной сложившейся обстановке не способна. «Хитрый ублюдок» — подумалось Кириллу. «А я придурок…»

— Кристина, прости, я не знал, что до этого дойдет… Я не понимаю вообще, что случилось, я думал, что ты попала сюда из-за меня… теперь вижу, что… что это не так. Я… не знаю, что сказать и… что делать. Может быть, мне стоит с ним поговорить или…

Тут он заметил, что из ее левого глаза скатилась по щеке одинокая слеза, а губы шевелятся, он прислушался:

— … убьет. Он тебя убьет. Он тебя убьет. Он… — повторяла она, словно шепча заклинание. И тут же зазвонил сотовый, от неожиданности Кирилл подпрыгнул на стуле. Вынув из кармана телефон, он хотел было отключить его, но прежде глянул на номер. «Твою мать!» — выругался он про себя.

Номер Кристины.

Телефон продолжал звонить, наращивая децибелы, из динамиков с хрипотцой вылетали звуки, а Кирилл продолжал смотреть в монитор, его сковала нерешительность. Он знал, что это ее муж. Что этот ублюдок собирается ему сказать? Угрозы?

«Он тебя убьет. Он тебя убьет. Он тебя убьет. Он тебя убьет.»

— Алло. — сказал он твердым голосом, одновременно поднимаясь со стула и делая шаг в направлении к двери.

— Не ждал, урод? Ты идиот, думал, что я так ничего и не прознаю? Эта шалава мне все рассказала, после моего ночного звоночка тебе. Призналась, как миленькая. — голос на том конце связи исходил будто из глубины некой черноты, такую картину рисовало воображение Кирилла — Ты попался на удочку, пришел по первому зову своей ненаглядной. Ха-ха. А я заодно и узнал, как ты выглядишь. Не знаю только, как тебя зовут, скотина, в телефоне ты у нее значишься как Кира. Может, представишься перед смертью?

— Иди в жопу! — сказал Кирилл, с чувством, выйдя в коридор.

— О, да в этом ты у нас просто спец. Как думаешь, если баба пришла домой с порванным очком, вся в соплях и слезах, а муж к этому не причастен, что тогда нужно думать? Молчишь, скот? — Прогремел его голос в динамик сотового. Кирилл попытался представить случившееся: после того как он изнасиловал Кристину, она пошла домой. Само собой. Видимо она была в таком подавленном состоянии, что муж это заметил и принялся расспрашивать, а нервишки, наверное, не выдержали, вот он и заподозрил неладное. Об остальном стоит только догадываться. Возможно, не будь дома мужа, Кристина все бы успешно скрыла это в себе, пережив это все у себя в душе, но он ведь как назло в тот день не работал и околачивался дома.

— Я убью тебя — вещал доброжелательным голосом Джелаль Насибов, — а потом прикончу и ее.

— Ты закончил? — бесцветным тоном спросил Кирилл.

— Я вырву твое сердце и засуну ей… — Кирилл положил трубку, не намереваясь выслушивать бессмысленные угрозы в свой адрес. И так ясно, что муженек от него не отстанет, и либо помрет сам, либо добьется своего, первый вариант устраивал Кирилла гораздо больше.

Телефон снова тревожно заиграл у него в руках, он глянул на абонента и тут же сбросил вызов.

* * *

Кирилл вышел из больницы, покинув ее покои совершенно потерянный, с каждым шагом теряя былой задор, съедая последние остатки уважения к себе. Как он мог так проколоться? С чего все началось? С изнасилования? Или раньше — с убийств? Вообще вся сложившаяся ситуация невероятно раздражала его, он готов был колотить стену и разбивать костяшки в кровь, лишь бы погасить пламя отчаяния в своей душе.

Ему нужна кровь.

Озарение как вспышка света в темном помещении осветила его разум — он всей душой желал крови. Адреналин тут же хлынул Кириллу в мозг, и в висках, привычно застучало в ритм сердцебиения — вот что ему сейчас нужно — жертва, кого бы он мог покромсать или хотя бы проткнуть насквозь, чувствуя, как клинок разрезает внутренности и чиркает по кости. Его мир снова обретал ясность, Кирилл вновь был сосредоточен и собран.

Ему нужна кровь.

И, кажется, сегодня он ее получит, если Джелаль сдержит слово и нападет на него. Вечно сопутствующая характеру Кирилла паранойя, имела лишь призрачную грань с природной интуицией, сегодня вполне