В Тёмное Царство - Раймонд Элиас Фейст

поклонились, как их учили. На парных тронах восседали король Карол и королева Гертруда. У правой руки королевы стояла маленькая девочка лет восьми-девяти — принцесса Стефана, а по правую руку короля — трое сыновей: наследный принц Константин, юноша примерно того же возраста, что и Тад с Зейном; принц Альбер, на два года младше, и, конечно же, принц Гранди, который сиял улыбкой при виде друзей. Константин и Альбер были в мундирах королевского флота, тогда как Гранди — в «простой» тунике (если считать простой одежду с золотой вышивкой и бриллиантовыми пуговицами).

Король улыбнулся:

— Мы в неоплатном долгу перед вами, юные друзья, за спасение жизни нашего младшего сына.

Троим юношам наказали не говорить, пока к ним не обратятся напрямую, но Джомми не удержался и выпалил:

— Не смею оспаривать честь, Ваше Величество, но вашему сыну в действительности мало что угрожало. Он предприимчивый парень и сам о себе позаботился. Просто оказался в неудобном положении.

На мгновение воцарилась тишина, затем король рассмеялся. Гранди закатил глаза, но ухмыльнулся своему однокашнику.

— Как бы ни радовало нас мысль, что наш младший сын может «сам о себе позаботиться», как вы выразились, — из докладов нам известно, что его жизнь действительно была в опасности, а вы рисковали собой, чтобы спасти его.

— Посему с удовольствием жалуем вам следующее. — Он кивнул церемониймейстеру, который шагнул вперёд.

— Отныне, — провозгласил церемониймейстер, — да будет известно по всему королевству Ролдем, что трое представленных здесь мужей отныне суть Рыцари Королевского Двора, со всеми привилегиями и почестями, сей ранг подобающими, в знак признательности за героический подвиг спасения жизни возлюбленного сына нашего, принца Гранпри. Титул сей сохранится за ними пожизненно. Да будет так по королевскому указу в сей день провозглашено.

— Гранпри? — прошептал Тад.

Зейн бросил взгляд на принца, который закатил глаза, будто говоря: «Я не выбирал имя — это сделала мать».

Больше мальчики не проронили ни слова, пока придворные вежливо аплодировали. Однако королевская семья проявляла искреннюю теплоту и благодарность, Джомми предположил, что Гранди живописно расписал их подвиги на горе.

Король поднялся и спустился по трём ступеням, чтобы лично вручить награды. Паж в ливрее появился рядом, держа большой поднос, покрытый белым бархатом. На нём лежали три золотых значка с королевским гербом. Монарх один за другим прикрепил значки к воротникам юношей и отступил назад.

Джомми скользнул взглядом к Сервану. Тот жестом показал, что нужно поклониться. Джомми немедленно последовал указанию, за ним — Тад и Зейн. Король вернулся на трон и объявил:

— Приём начнётся сразу после завершения сегодняшней аудиенции.

Серван дал знак мальчикам удалиться. Они поклонились, пятясь назад, затем развернулись и направились к выходу из зала.

Оказавшись снаружи, они столкнулись с Серваном и Годфри.

— Ну что ж, неплохо, — сказал Серван. — Хоть не споткнулись, хотя держать язык за зубами, похоже, для тебя всё ещё проблема, да?

Джомми даже смутился:

— Ладно, признаю. Но ситуация-то была пустяковая, а ты ведь куда больше рисковал, спасая мою шкуру, чем я — Гранди. Тебя бы и награждать должны были.

Серван пожал плечами:

— Спорить не буду, но запомни: за спасение тупоголовых деревенщин ордена не дают. К тому же я уже и так Рыцарь Двора.

— И что всё это значит? — спросил Зейн.

Годфри флегматично пояснил:

— Это значит, что рыцарями вы останетесь до смерти, но титул вашим детям не передадите. Они будут такими же простолюдинами, как и вы.

Зейн закатил глаза:

— Замечательно.

Тад рассмеялся. Их отношения с Годфри тоже перешли в стадию настороженного перемирия, если не дружбы.

— Пошли, — торопил Серван. — Вам нужно успеть на приём до появления королевской семьи. Постарайтесь не пролить вино на новые одежды. Боги ведают, когда вам ещё доведётся так нарядиться.

Джомми хлопнул Сервана по плечу — достаточно сильно, чтобы тот слегка подался в коленях, но в рамках дружеского жеста.

— Ты невыносимый болван. И вот только я начал думать, что ты терпимый болван.

Тад, Зейн и Годфри рассмеялись.

Они вошли в королевский приёмный зал — с высокими сводчатыми потолками и стеклянными стенами от пола до потолка, сквозь которые лился яркий свет полуденного солнца. Весь двор собрался здесь, и Джомми тут же принялся толкать Тада и Зейна, указывая на многочисленных хорошеньких девушек.

— Девушки! — воскликнул Зейн достаточно громко, чтобы окружающие дворяне услышали, что вызвало несколько недоуменных и пару насмешливых взглядов.

— Держите себя в руках, — пробурчал Годфри. — Это лучшие дочери королевства, а вы — неотёсанные деревенщины.

— Неотёсанные деревенщины-рыцари, спасибо за уточнение, — поправил Тад. — Кстати, это кто тебе вчера помог сдать экзамен по геометрии?

Годфри слегка покраснел, но не сдавался:

— Ладно. Вы образованные деревенщины.

— Образованные деревенщины-рыцари, — уточнил Джомми.

Шутки прекратились, когда они достигли отведённого им места — в центре круга из больших круглых столов, ломившихся от яств. Официанты стояли наготове, чтобы знать Ролдема и почётные гости не утруждали себя добыванием еды и напитков.

Появилась королевская семья, и все поклонились. Когда король приблизился к трём виновникам торжества, он кивнул церемониймейстеру, который громко стукнул посохом по каменному полу.

— По велению их королевских величеств, добро пожаловать!

Слуги тут же принялись наполнять тарелки и кубки. Мальчикам наказали не прикасаться к еде и питью, пока король не отойдёт. Тад и Джомми терпеливо ждали, а Зейн с плохо скрываемой тревогой наблюдал, как стремительно пустеют столы.

Король обратился к ним:

— Скромность украшает вас, юноши, но никогда не спорьте с королём на людях, когда он раздаёт награды.

Джомми покраснел:

— Приношу глубочайшие извинения, Ваше Величество.

Король жестом подозвал пажа с подносом, на котором лежали три маленьких кошелька.

— Ваш новый статус включает небольшие владения, приносящие скромный ежегодный доход. Это ваша выплата за текущий год.

Он взглянул на придворного, стоявшего рядом, и тот пояснил:

— Сто суверенов, Ваше Величество.

Король кивнул, взял один кошелёк и вручил Джомми, затем остальные — Таду и Зейну.

— Вашу годовую ренту можно будет получать в королевской казне в этот день каждый год.

Мальчики онемели. Сто ролдемских суверенов стоили больше трёхсот обычных золотых в Долине Грез, где они выросли. Это был доход, сопоставимый с доходами мельника Ходовера из Звездной Пристани — самого богатого человека, которого знали Тад и Зейн. Джомми и вовсе не знал никого, кто получал бы такие деньги. В тот же миг всех троих осенило: они стали богачами!

Король сказал:

— Ступайте, наслаждайтесь вниманием. Сегодня вечером вас ждёт возвращение в университет, а монахи, насколько я знаю, не слишком впечатляются титулами и богатством.

Юноши поклонились и отступили на шаг, затем развернулись и растворились в