Выживатель - Андрей Круз

– Лучше посиди со мной. – Я повернулся на кресле и посадил Янину себе на колени, обняв за талию. – А то я по тебе соскучился.

– Я же весь день с тобой.

– Так не только ты, все весь день со мной, разве что на колени не садятся, а я соскучился по этому вот… вот так вдвоем, в обнимку.

Насчет «не садятся» – это я погорячился, Сашка на коленях у меня сидеть любит. А еще Шивонн… она меня даже пугает немного. Есть такой тип женщин, которые флиртуют со всеми, наверное, мужчинами сугубо на инстинкте. Так вот с Шивонн я просто боялся оставаться наедине – она постоянно придвигалась, постоянно касалась собеседника руками в разговоре, и меня преследовало подозрение, что она сейчас просто плюхнется ко мне на колени, к восторгу Джуниора. Причем Джуниор, как я заметил, какой-то подобный грех за ней знал… или мне так показалось.

В чем ее проблема, я так и не понял. Она вообще довольно красивая девка, какими часто подобные романо-кельтские смеси получаются. Чуть скуластое лицо, огромные глаза, ресницы вообще куда-то за брови загибаются. Мне она почему-то напоминала старлетку из сериалов, как раз такой типаж. Но вот ей как будто надо каждую секунду убеждаться в своей привлекательности. Кому-то это, может, и нравится, но меня очень напрягает. Человек, с которым некомфортно быть рядом.

Как бы то ни было, а сидеть так с женой, в тишине и темноте, хорошо и даже замечательно. А за стеклом бесконечная вода, а по воде искры от луны, которая сейчас полная, и дорожка – прямая и широкая. Сейчас даже не хочется, чтобы наше путешествие к концу подходило. Не хотелось.

* * *

Но до Кюрасао мы все же дошли. В последний день вообще извелись, наблюдая за экраном навигатора – цель уже так близко, вот же она, но яхта даже когда быстро идет, то ведь все равно медленно. И цель эта в нашу сторону еле двигалась.

Когда увидели идущий над водой вертолет, чуть с ума не сошли от радости. Прыгали, обнимались друг с другом, я не удержался – пустил ракету, и вертолет описал над нами круг, показывая, что да, заметил, что все в порядке. Тогда уже и вправду уверенность появилась – дошли. Теперь если даже яхта потонет, то на спасательных плотах доберемся.

Потом увидели идущий быстрым ходом танкер. Не супертанкер и даже не «панамакс», но именно что судно, и судно немалое, и что-то везущее куда-то, судя по осадке. Уже потом узнал, что этот небольшой танкер «Баранкийя» как раз и ходит с грузом топлива по всем пунктам вдоль американского побережья, снабжая спасателей и временные анклавы спасенных. Но это уже все потом, а пока это было просто еще одним признаком жизни, подтверждением того, что мы шли через океан сюда не зря.

Чем ближе к берегу – тем больше признаков. Появилось много чаек, крикливых и суетливых. Затем, помимо чаек, появилась связь с берегом. Спокойный и деловой женский голос неторопливо выяснил, кто мы и откуда, как называется лодка и каковы наши намерения. Намерения были сформулированы как «мы к вам пришли навеки поселиться», но никаких возражений это не вызвало. Голос лишь дал нам указание сменить курс и перенаправил в Каракасбааи, а если проще, то в Каракас-бэй, где нам следовало подойти ближе к причалу и встать там на бочку, дожидаясь проверки.

Ну да, нормально, чего-то подобного я и ожидал. И затем обратился к голосу с просьбой уже конкретной:

– Если это вас не затруднит, – начал я и, дождавшись согласия выслушать, изложил: – Я разыскиваю Рэя Чандлера, не знаю, говорит ли вам что-нибудь это имя.

– Чем он здесь занимается? – Голос зазвучал чуть более заинтересованно.

Хм, возможно, что и знает, иначе бы как-то по-другому это прозвучало, как мне кажется.

– Не знаю, чем именно он занимается сейчас. – Я даже чуть зажмурился, боясь спугнуть удачу. – А раньше он как раз занимался безопасностью нефтяных платформ и отправился на Кюрасао с острова Арзанах в Заливе, где был главным по безопасности на нефтяном терминале.

– Вот как? – Теперь голос звучал удивленно. – А откуда у вас такая информация?

– От него самого. Мы сюда не просто так пришли, а по его приглашению.

Ну да, в общем, и не соврал ни капли, все так и было.

– Я думаю, что смогу связаться с мистером Чандлером, – сказал голос в эфире. – Что ему передать?

– Что прибыл Дэннис с семьей и что мы встали на бочку там, где вы нам сказали.

Пока я беседовал, Майк успел изменить курс яхты. Берег был уже перед нами. Пусть еще не совсем близко, просто полоска земли над водой, но это был берег. Тот самый, куда нам и было нужно.

Возбуждение на борту достигло какой-то крайней черты. Сашка вообще с ума сходила – металась по лодке без всякой цели, активно всем мешая и путаясь под ногами, Ярек постоянно постукивал ладонью по тому, что было ближе, в такт каким-то внутренним песням, что для него было признаком крайней формы возбуждения, а у меня так и вовсе все внутри заледенело в ожидании.

Найдут Рэя? Или не найдут? Как все было бы хорошо, если бы они его все же нашли.

Берег придвигался ближе и ближе – изумрудный зеленый склон над бирюзовой водой, и по склону рассыпаны разноцветные пятна домов. В бинокль можно было разглядеть вход в бухту Виллемстада – столицы острова. И разглядел – на вид так вполне голландский пейзаж в карибской вариации – четырехэтажные островерхие дома в три окна по фасаду над набережной, только в отличие от того же Амстердама не темные и древние, а новые, яркие и разноцветные. А над домами висит в необыкновенной вышине огромный ажурный мост, под которым, наверное, должны проходить большие суда.

А вообще красиво. Может быть, я что-то потерял, не приехав сюда раньше? Хотя бы как турист.

– Чем-то Испанию напоминает. – Янина прижалась ко мне сбоку, и я обнял ее за плечи.

Верно, напоминает, там, где мы жили, тоже так – зеленые склоны и голубое море под ними. Хоть и все по-другому в то же время.

Проложенный по координатам курс привел нас в открытую бухту, а если точнее, то в небольшой лазурного цвета залив, окаймленный белоснежным пляжем под изумрудной зеленью. На восточном берегу залива виднелись остатки старинного форта, а так сквозь зелень можно было разглядеть немало вилл, таунхаусов и апартаментных блоков – типичный курортный ресорт вокруг. Я жил как раз среди таких, так что определяю сразу.

Немного нарушало идиллию странного вида судно, стоящее у причала у восточного берега – высокие серые борта, белые надстройки, а в середине корпуса что-то вроде нефтяной вышки возвышается. Во весь борт надпись белым: «Атлантик Санта-Ана».

– Это что? – спросила Шивонн.

– Это вроде передвижной нефтяной платформы, – сказал Джуниор. – Проводят разведывательное бурение. Если что найдут, то туда уже тащат нормальную платформу. Странно, что на Кюрасао, здесь вроде нефть никогда не добывали.

Может, и не добывали, но Бреммер почему-то нацелился именно сюда, верно? И на Тринидад, а Тринидад – это нефть и бескрайние запасы газа. Наверное, не просто так здесь это судно ошивается. Или ошивалось, до Катастрофы ведь зашло сюда небось.