Факультет интриг и пакостей. Книга 1. Три флакона авантюры - Александра Черчень

— Это — во внешнем мире! — негромко ответил кто-то. — Нечистики в Академии такие, что по зубам даже низшим демонам из гвардии Императора надавать могут. Любые нечистики…

— Обалдеть! С чего бы это?

— Им открывают какие-то внутренние энергетические ресурсы Академии. Вы же видели, какие опасные существа здесь в качестве обслуживающего персонала! А они тут только ли в качестве него? Да одни призраки здесь такой силы, что могут даже днем разгуливать и не развеиваются! Когда во всем остальном мире они живут только на кладбищах или в заброшенных домах, и их увидеть можно лишь в полнолуние… Ректор, понимая, как к нему относятся чиновники Императора и сам повелитель, собрал вокруг себя такой кулак, что теперь мало кто может пошатнуть власть Академии!

— Власть? — непонимающе вскинула бровь я.

На меня посмотрели как на полную дуру.

— Эдан Хрон — один из самых богатых типов в стране! Свои банки, земли, предприятия и даже шахты с драгоценными и не очень металлами. На него у государства не просто зуб, а не одна остро заточенная вставная челюсть!

— Ничего себе… — хмыкнула я и пробормотала: — Про это ничего не написано и нам не преподавали!

— Есть определенная информация, которую можно узнать, только если сама проявляешь инициативу. Эта — как раз из той категории! — неторопливо проговорила Грета, выходя из-за спин наших сокурсников и приторно-сладко улыбаясь.

— Невилика, пойдем-ка, я провожу тебя… Ты же у нас такая драгоценная, что аж призраки второго ранга тебя приводят к дверям родного общежития!

А вот зря она это вслух! Потому что в один миг я смогла сравниться по популярности с Грэгом или Скарроном. На меня уставились все, и с огромным интересом…

— Рассвет встречала! — Я нагло посмотрела на ребят и напоказ лучезарно улыбнулась, а после добавила наставительным тоном: — И вообще, ранний подъем и умывание колодезной водой благоприятно влияют как на цвет лица и мозги, так и на общее состояние организма.

Веры в мои слова в глазах внимающих не было ни капли, зато скептицизма — просто море!

— Оно и видно… — съязвил кто-то из второкурсников. — Особенно — благотворное действие на мозги!

— Не хочешь говорить, с кем спишь, — и не надо! — Демонстративно обиделись пара девушек, и я выпала в осадок от такого предположения. И убоялась последовавшей угрозы: — Все равно узнаем!

Парни уже давно трепались о чем-то своем, а вот группа девушек под предводительством Греты и той еще сплетницы Маримель воронами смотрели на меня. Жертва почти сдохла — скоро можно будет есть…

Водяной-Под-Корягой!.. А ведь реально узнают, особенно если вслух это пообещали. Если сейчас не перебить их интерес, то моя жизнь превратится в сплошную слежку и контроль.

— Ага! — Меня снова оценили взглядом. — И вещички такие любопытные… У мавки, которую мы и в штанах-то ни разу не видели. А тут еще и все — с чужого плеча!

В этот момент я искренне считала, что хуже уже не может быть! И очень сильно ошибалась.

Дальше случилась жуть… Настоящая, реальная жуть!

— А что тут узнавать? — весело произнес Грэг, обнимая меня за талию, и рывком притянул к себе. Чмокнул в щечку и громким шепотом сказал:

— Милая, прости!.. Я был вчера так груб с твоей одеждой, что пришлось взять мою… С меня — платье!

Я! Его! Убью! Медленно и с удовольствием.

— Вот как?! — Грета прищурилась, переводя внимательный взгляд с меня на парня и обратно. — Неожиданная новость…

— Ну почему же? — влюбленно пялился на меня этот поганец. — Я давно надеялся и верил, что она до меня снизойдет!

Нет, ну я все понимаю и благодарна ему за прикрытие… Но можно же было не вести себя настолько развязно?!

— Ага! И попутно сам снисходил до многих девчонок!.. — скалилась пакостница.

— Дела былые… — философски заметил Грэгори. — Но теперь, когда моя пиявочка болотная наконец пошла навстречу, я — весь ее!

Я в возмущении едва воздухом не подавилась… Кто?!

— Ты моя прелесть!.. — Меня ласково чмокнули в носик и, заговорщически глянув на остальных, этот смертничек сообщил: — Ну, мы пошли… Вы же понимаете?

Судя по мордам однокурсников, они понимали не очень хорошо. Как и я, впрочем… Но — делать нечего. Меня демонстративно облапили за талию и чуть ниже и с самой развратно-предвкушающей миной повели в противоположную от сборища сторону.

— Ну, и что это было? — лучезарно улыбаясь, спросила я, так сильно сжимая пальцы на его локте, что парень тихо охнул от боли.

— Это мы тебя спасали!.. — шепотом просветил меня Грэг и демонстративно громко: — Пиявочка драгоценная! Не цепляйся так сильно, нетерпеливая моя! Скоро-скоро мы будем совсем одни…

— И там я тебя убью!.. — это я произнесла почти неслышно, но, судя по округлившимся карим глазам, вполне внятно.

Тут мы свернули за угол, и я прижала парня к стене, выразительно вопросив:

— И?

— А варианты?! — зло прищурился пакостник, разом скинув с себя личину беспечного ловеласа. — Милая, у меня такие манеры поведения с барышнями! Все слишком бы удивились, если бы я стал вести себя с очередной «вечной любовью на одну неделю» как-то иначе! Имя твое… Ну, тут уже ничего не сделаешь, и, поверь, последствий не будет. Или ты хочешь, чтобы все поняли, где ты была на самом деле?!

Он, не стесняясь, прикоснулся пальцем к моей груди, а вернее, к кармашку жилета с вышитыми инициалами кицунэ. Мой гнев разом потух, ведь даже без подсказок Грэга я понимала — роман с преподом мне так вот сразу не забудут. А интрижки между собой… Да сколько угодно! Тут к третьему курсу почти все друг с другом переспали. М-да, сегодня какое-то роковое утро… Мой моральный облик с каждой минутой терпит все больший крах.

Я отступила в сторону и устало опустила плечи. Было очень тяжело… И морально, и физически.

Так часто случается: вроде ты бежишь-бежишь, взваливаешь и взваливаешь на себя то одну, то другую ношу, и каждый новый «довесок» на твоих плечах вызывает до поры до времени только злость и раздражение. А потом р-р-раз! И все… Все становится «слишком». И ты падаешь на дорогу, а встать можешь лишь тогда, когда скинешь с себя все то, что пригибало к земле. Это, однако, непростая задача. Ведь чаще всего за свои поступки мы отчитываемся лишь перед собой… И расплачиваемся — тоже. Мы наказываем себя так, как немногие другие смогут! Вот и сейчас…

Мне стало тяжело. Очень! Почти до падения.

— Да… Я поняла. Спасибо, Грэг!.. И прости, я была слишком эмоциональна.

— Ничего страшного! — откликнулся пакостник и шагнул ко мне, обхватывая за плечи и прижимая к груди. Я удивленно посмотрела сначала на него, а потом — на лежащую на предплечье ладонь.

— Ты чего?!

— Эм… Ничего! — Казалось, даже растерялся парень и пояснил: — Это — жест поддержки.