Рысь Господня - Игорь Негатин

– Итак, мой друг… – прищурился Орландо де Брег и обвел взглядом подземелье. – Что мы видим? Видим девять человек, которые, как мне кажется, были замучены во время одного из обрядов. Скажу сразу: на деяния отцов-экзорцистов это не похоже.

– Вы уверены, что это… Что это совершили монахи?

– Как вам сказать… – Шевалье, тяжело хромая, подошел и опустился на колени рядом с телом. Останки были уложены таким образом, что стали похожи на крест. Судя по длинным волосам, это женщина. В ее истлевшие ладони были забиты железные колья. Они изрядно проржавели, но до сих пор удерживали несчастную в этой темнице.

– Жак, на ее челюстях не видно клыков.

– Значит, это не вампирша?

– Как видите.

– Может, она была ведьмой?

– Ведьмой? – хмыкнул де Брег. – Возможно, но шансы, что это предположение окажется верным, весьма невелики. Если она зналась с черной магией, то почему ей вбили булыжник в рот? Ради украшения? Мне кажется, что эта девица и без того была изрядной красоткой и уж точно не нуждалась в такого рода «драгоценностях».

– Господи, помилуй… Почему вы так думаете?

– Свидетельство горького опыта! Из двух десятков ведьм, чьи казни мне довелось видеть, полтора десятка были весьма привлекательны! Если так и дальше пойдет, то на королевских землях будут рождаться одни уродки, недостойные мужской любви и ласки. Они будут злы, нетерпимы и очень завистливы.

– Вы обвиняете…

– Тихо! – резко оборвал меня де Брег и прислушался.

Послышался голос… Тот самый! Мне показалось, что он немного изменился. Окреп и обрел силу. В нем не было прежней боли, но появились новые, не менее страшные звуки. Голос крепчал, будто обвинял нас в осквернении останков и жаждал мести!

– Про этот голос вы говорили? – тихо спросил Орландо.

– Д-да… Он немного другой, но…

– Перестаньте дрожать, Жак!

– Помилуй нас, Господи!

– Что изменилось в этом голосе?

– Он… Он стал сильнее.

– Вот как? Ну, раз так, то у нас достаточно времени, чтобы осмотреть тела остальных.

– Вы так говорите, словно не боитесь… – прошептал я.

– Жак, вы забыли, что я и сам оборотень! Пока эта нечисть не нападает, она может выть сколько ей будет угодно! Так даже веселее, – сказал он и зло оскалился.

– Де Брег, вы… Вы сущий дьявол, если вам не страшно!

– Я зверь, – отрезал шевалье. – Согласитесь, Жак, в этом есть небольшая разница…

Мы выбрались из подземелья незадолго до полудня. Шевалье, хоть и морщился от боли, но отказался от помощи и сам поднялся по лестнице. Выйдя во двор, он с удовольствием опустился на камень, лежащий у входа в здание, и грязно выругался:

– Три распятых скелета, еще у шестерых отрублены руки. Последнему вбили кол в грудь, но ни один из убиенных не имеет примет нечистого! Раздери меня дьявол!

– Это еще не все, – напомнил я.

– Да, я помню, – кивнул Орландо и завернулся в плащ. День выдался довольно холодным и ветреным. Шевалье поежился и повел плечами: – Будь я проклят, но монахи не так глупы, чтобы оставить неприкаянные души в заброшенном здании. Нечисть, да будет вам известно, имеет скверную привычку притягивать себе подобных.

– Что и произошло с Огюстом Морелем, – буркнул я.

– Вы говорите о привидении, которое поселилось в их доме?

– Совершенно верно.

– Когда это случилось? – Он поднял голову и посмотрел на меня.

– Спустя трое суток после этой… После этой находки.

– Надо же, какая медлительная нечисть, – удивился Орландо. – На моей памяти лишь одно привидение позволяло себе такие вольности. Призрак знатной особы, являвшейся два раза в году. Она появилась через двадцать лет после смерти и начала бродить по замку. Пугала слуг и забредала в покои хозяев, где порывалась задушить своих постаревших отпрысков.

– Задушить?! – воскликнул я и невольно прикоснулся к шее.

– Кстати, на их коже были видны вполне реальные кровоподтеки… – задумчиво протянул де Брег. – Судя по рассказам, при жизни она была весьма шаловливой дамой! Как бы там ни было, но привидение исчезло, как только удалось найти ее непогребенные останки и провести соответствующий обряд. Ну и заказать мессу во спасение души, разумеется. Для успокоения наследников. Запутанная история…

– Что же нам делать?

– Хм… Для начала – пообедать. Ваша служанка Магда, да хранит ее Господь, заботливая сиделка, но готовит скверно. Отправимся к мастеру Григориусу?

– Я спрашивал о судьбе Огюста.

– После обеда, Жак, ибо грех начинать такое важное дело на пустое брюхо, отправитесь к нему домой и попросите разрешение осмотреть дом.

– Зачем? – не понял я.

– Осмотритесь и понаблюдайте. Завтра мы нанесем ему визит, и мне кажется, что найдем нечто очень интересное.

– Разве призрак может быть обнаружен днем?

– Это смотря какой призрак, Жак! Эти твари, прости Господи, подчас так хитры, что им и белый свет не помеха…

Наши планы претерпели некоторые изменения. Старика-торговца дома не застал, а Клод, который выглядел слегка недовольным, извинился и попросил наведаться послезавтра. Он объяснил это важной сделкой, которую они должны заключить завтра днем. Я испросил разрешение осмотреть комнаты, чтобы рассказать о них шевалье де Брегу, но и тут мне было отказано. Черт меня побери, но мне показалось, что Клод слишком уж торопился завершить нашу беседу!

Пришлось изобразить недовольство и напомнить о договоре с его тестем, чтобы добиться дозволения зайти не послезавтра, а завтра вечером, около девяти часов. Время я выбрал сам и могу объяснить причину этого решения. Несмотря на слова Орландо, я надеялся не только осмотреть комнаты, но и услышать тот самый шум, о котором рассказывал Огюст Морель. Страх? Да, разумеется, он никуда не исчез, но вместе с ним появилось и новое, еще неизведанное чувство охотника. Приключения! Во все времена они привлекали младые и горячие головы! Увы, в те годы я был слишком молод и очень наивен. Будь немного поумнее, я бы назначил встречу на более раннее время.

Шевалье, узнав, что наш визит откладывается, только усмехнулся и покачал головой. Он хотел перебраться к себе домой, но я уговорил его обождать. Тем более что эта история еще не закончена. Признаться, мне было чертовски интересно выспрашивать де Брега о случаях экзорцизма, в которых ему довелось участвовать. Пусть он и не священнослужитель, но его знания в этой области были весьма глубокими. Орландо с легкостью цитировал не только отцов нашей Святой Церкви, но и арабских мудрецов, чьи работы не пользовались доброй славой, но изучались со всем вниманием и усердием.