Полудемон. Счастье короля - Галина Гончарова

Недаром, ох, недаром вызван был Крысиный король. Где есть хоть одна крыса — там и он. Он един в тысяче тел, он может быть одновременно в тысяче мест, любая крыса — его глаза, голос, воля, сила…. а сколько крыс в человеческих городах?

Очень, очень много…

Не один Храм к утру опустеет.

* * *

Тело неудачливого храмовника пролежало на улице достаточно долго. Бандиты связываться не хотели, законопослушные люди просто не заглядывали в мусорную кучу, а стражники… да, стыдно признаться, но патрули просто разыграли в кости неудачную находку.

Это ведь не просто так, не чмыря какого помойного прирезали, целого храмовника. А его придется нести в Храм, там отвечать на неудобные вопросы… и кто из нас без грешков за душой?

Кому хочется правдиво и без утайки рассказывать обо всем? Вообще обо всем, от цвета нижнего белья любовницы — до имен осведомителей на городском дне?

Уже неприятно звучит?

А ощущается еще неприятнее, можете поверить. Страшновато это. Когда твоя воля тебе не принадлежит — и под добрым, ласковым взглядом храмовника ты выкладываешь все. И не дай Светлый солгать хотя бы в малости. Подвалы у них тоже есть.

Глубокие.

И из них мало кто выходит наружу.

Так что проигравший патруль таки подобрал труп и поволок его в Храм, костеря беднягу такими словами, что нищие, встреченные по дороге, смотрели с уважением.

Двое несли носилки, еще двое шли рядом, бдительно поглядывая по сторонам — городское отребье не всегда останавливала форма стражников. Да и вообще — получишь кирпичом по темечку, очнешься (если повезет) голым в куче мусора — докажи потом, что ты стражник? Да и доберись до своих‑то…

Нищие… да, нищие…

Патруль — четверо стражников — не сразу обращают внимание, что нищих‑то им и не попадается. Вообще.

Странно для этого времени и для этого района города, но…

Додумать и поделиться друг с другом открытием они не успели.

На тело храмовника прыгнула крыса.

Большая, серая, жирная, она оскаливается и злобно шипит на стражников.

— А ну пошла…

Один из них размахивается, чтобы смахнуть тварь — и замирает статуей.

К первой крысе присоединяется вторая, третья… они прыгают откуда‑то снизу, сыплются сверху, шипят — и самые храбрые уже начинают жрать.

Носилки глухо падают на землю. Стражники дружно вжимаются в стены — и замирают.

Не веря глазами своим, они смотрят, как крысы, словно повинуясь чьей‑то злой воле, уничтожают труп храмовника. Как отрываются кусочки кожи и мяса, как выедается живот, как пожирается содержимое грудной клетки, как крысы проскакивают через клетку ребер…

Страшно?

Не то слово…

Их даже не рвало — от ужаса они словно онемели. И только когда на носилках остался лежать не слишком чисто обглоданный скелет, крысы, словно по команде, разбежались в разные стороны.

При всем страхе перед Храмом, стражники так и не осмеливаются прикоснуться к носилкам. Они бегут оттуда так, что ветер в ушах свистит.

Какое там патрулирование?!

Они и говорить‑то смогли только в караулке, жахнув по паре стаканов крепкого самогона. А утром поняли, что двое из них поседели полностью, а у двоих появились седые пряди.

Страшная это была ночь….

* * *

— Ну, ты силен, — Ак — Квир смотрит с уважением. Я оскаливаюсь, но ничего не говорю. И демон продолжает спустя какое‑то время.

— Мы сегодня еще….

— Однозначно. Доставь меня до ближайшего города — и сможешь там поохотиться. А я отдохну.

Чувствую я себя омерзительно. Громадный расход сил сказывается — я почти падаю. Мне бы сейчас полежать в чистой кровати, сожрать (да, именно сожрать — и побольше, побольше) мяса с кровью, запить красным вином и выспаться с десяток часов.

И я не собираюсь отказывать себе в такой мелочи.

Крысиный король начал свое шествие по городам и селам, думаю, пары суток храмовникам хватит, чтобы испугаться, еще дней через пять они запаникуют — и начнут искать выход. И тут‑то я им предложу… нет, не дверь, а так — окошко. Но пролезть они смогут, хоть жирок по дороге и придется стесать.

Оставят мне земли, деньги… конечно, возможны разные варианты, но в лучшем случае я получу управляемый карманный Храм.

В худшем же?

Меня опять постараются убить, тоже мне, новости. И так постараются.

Но!

Если я предупрежу, что моя смерть завязана на вызов Крысиного короля, а я завяжу ее… я сделаю это, более того, я вызову того, кто еще страшнее…

Поостерегутся.

Будут ненавидеть, будут шипеть, будут подстраивать несчастные случаи, но друзей я тоже постараюсь обезопасить… я уже придумал — как.

Конечно, со временем Храм постарается восстановить свои позиции в Раденоре и Риолоне, друзья — соседи помогут. Но так то ж со временем.

На мой век хватит, а дети…

Я обязательно должен завести нескольких детей. Не из любви к этим созданиям, нет. Тут другое.

Вот моя мать — и мой дядя. Одни родители, а какая разница?

Герман и отец Касси? Сама Касси и Карли? Анри и его старший брат — герцог?

Никогда не скажешь, что это породили одни и те же люди. И не обязательно все мои дети будут умными и сильными, может, они в матерей пойдут. Например, в Дариолу.

Фу…

Надо иметь выбор, обязательно надо. И детям своим завещаю. Мало ли кто, мало ли что — на трон должен садиться не тот, у кого задница шире, а тот, кто для трона приспособлен. Более сильный, хищный, жестокий — такой, как я.

Мишель… мама — исключение.

Найдется ли еще женщина, готовая вот так пожертвовать собой?

Найдутся ли люди, которые смогут вырастить полудемона?

Не факт.

Ак — Квир легко перелетает через стену города, оглядывается по сторонам — и везет меня в сторону ближайшей таверны.

— Я сам поохочусь, некромант.

— Тебе дай волю…

— Обещаю, я потом покажу тебе тех, кого сожрал. Если что — накажешь меня.

— А сожранных это вернет?

— Думаешь, я рискну тебя обманывать?

Ак — Квир смотрит с непонятным выражением морды. Вскидываю бровь — и демон вздыхает.

— Я раньше думал, что я страшен. А сегодня вот посмотрел на тебя… мне за всю жизнь не сожрать столько, сколько ты отдал Королю.

— Завидуешь?

— И опасаюсь.

Я махаю рукой.