Охотник на вампиров. Бездна - Ольга Грибова

Следующее утро снова началось с общего подъема. Глеб разбудил всех за час до приезда наших друзей из «Медведя». Если так и дальше пойдет, то не только я один стану ранней пташкой.

Быстро приняв душ, я пошел на кухню. По дороге мне встретился Димка. Выглядел он не очень, по-моему, его глаза были все еще закрыты, когда он проходил мимо меня. Братишка ненавидел рано вставать, это давалось ему с трудом. Я сочувственно потрепал его по плечу и посоветовал принять прохладный душ.

На улице снова шел дождь, и настроение было ни к черту. Тем более, я очень переживал по поводу нашей с Эмми ссоры.

Сразу после завтрака приехали Оксана, Ксюша и Данил. У всех были хмурые лица. Вчерашнее нападение заставило нас поволноваться. Мы, наконец, на собственной шкуре прочувствовали, что дело надо решать безотлагательно. Еще немного — и город будет принадлежать не людям, а стае оборотней.

Наше совещание началось, как всегда, со слов Глеба. Вчера мы с Ксюшей, — Глеб кивнул в ее сторону — целый день провели, пытаясь снова засечь темного. Как всем известно, у нас ничего не вышло. Более того, мы сами чуть не стали обедом, — он нахмурился, вспоминая о вчерашней встрече. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы снова обсудить нашу общую проблему. А именно: как нам найти стаю? Я готов выслушать предложения, — он сказал это с некоторым вызовом, как если бы хотел на самом деле произнести совсем другое. «Если вас не устраивает мой способ, то давайте, рискнете предложить свой. А мы посмотрим, будет ли он лучше» — вот что я услышал в подтексте.

— Ну,— откашлялся Данил, — мы могли бы попробовать поймать их на живца.

Да уж, гениальная идея, ничего не скажешь. Сразу видно, что Данил не слишком хорошо разбирался в тонкостях охоты. Его способ мог бы оправдать себя, если бы оборотни не знали нашего запаха. А мы все уже имели честь общаться с ними и теперь были навсегда занесены в их личную картотеку. Как только мы появимся где-то поблизости, они тут же узнают об этом и просто не станут нападать на нашу подсадную утку.

Конечно, все тут же кинулись объяснять Данилу его ошибку, и он пристыженно замолчал. Кажется, кто-то выдвигал еще какие-то предложения, но в них было еще меньше смысла, чем в идее Данила, так что я даже не запомнил ни одного из них.

Я затосковал, ведь наша задача вдруг превратилась из трудной в неразрешимую. Не могли же мы, в самом деле, рыскать по лесам в поисках оборотней. На это ушла бы целая вечность. Я старался изо всех сил, но ничего дельного на ум не приходило. Как ни крути, а нашим единственным шансом оставалась Ксения. Глеб, что называется, победил. Но как снова вызвать у нее подобное состояние? И не является ли оно опасно для ее здоровья? Вот ключевые вопросы, на которые нам, как я думал, придется ответить.

Наконец, было решено, что Данил займется поиском информации, Оксана и Ксюша приготовят обед, а Глеб и отец поедут в город по нашим общим делам. Остальные были предоставлены сами себе. Как только все занялись своими делами, я ушел к себе в комнату. Я очень нервничал, не зная, придет ли Амаранта сегодня. Чтобы как-то отвлечь себя, я взял книгу. На этот раз Терри Пратчетт помог мне, и несколько часов до возвращения отца и Глеба прошли для меня незаметно.

Мы снова собрались на кухне за обедом. Дождь все не прекращался, и за окном было пасмурно и темно, как вечером. За разговором мы не услышали, как отворилась входная дверь. Я единственный сидел спиной к входу в кухню и поэтому не сразу понял, почему общий разговор вдруг резко оборвался на полуслове. Все взгляды были прикованы к чему-то за моей спиной.

Я медленно повернулся, не вставая со стула. Должен сказать, мне повезло, что я сидел.

В дверях стояла Амаранта. Я еще не видел, чтобы дождь кого-нибудь так красил. Ее волосы мокрыми прядями обрамляли лицо, отчего оно казалось еще более утонченным и прекрасным. Капли воды блестели на ее коже, как маленькие бриллианты. Платье Амаранты и раньше не особо скрывало ее фигуру, а теперь, намокнув, оно подчеркивало все, что только возможно было подчеркнуть. Надо вам сказать, там было на что посмотреть. Кто-то сзади меня, скорее всего Дима, судорожно вздохнул. Я не мог сердиться на брата, так как сам лишился дара речи, увидев ее.

— Влад, сынок, проводи-ка нашу гостью к себе в комнату и дай ей что-нибудь сухое из своей одежды, — отец первым взял себя в руки.

Эмми благодарно кивнула ему; похоже, она совершенно не замечала фурора, который произвело ее появление.

— Потом приходите на кухню. Мы будем вас ждать.

Я медленно поднялся и на плохо гнущихся ногах побрел в спальню. Амаранта шла следом за мной, и я старался поменьше на нее оглядываться. Когда мы вошли в комнату, я сразу направился к шкафу и достал оттуда одну из своих рубашек. Конечно же, белую, ведь это, кажется, был ее любимый цвет. Брюки были ей ни к чему, моя рубашка, возможно, даже длиннее, чем ее нынешнее платье, рассудил я.

— Вот, надень, — я протянул ей рубашку. — Пойду пока принесу полотенце, — добавил я и выскользнул из комнаты.

Возвратившись с полотенцем в руках, я постучал и вошел в комнату, лишь получив разрешение. К тому времени она уже успела переодеться. Поразительно как некоторые умудряются выглядеть одинаково прекрасно в любой одежде. Рубашка была ей велика, но она закатала рукава, а длина, как я и предполагал, подошла идеально. Эмми взяла у меня из рук полотенце промокнула волосы, вытерла от влаги лицо и шею, а после обтерла ноги. Ее движения были плавными и тягучими; не думаю, что она это делала с умыслом, но у меня не было сил на нее смотреть.

— Я подожду тебя в коридоре, — хрипло произнес я и быстро вышел, пока она не успела возразить.

Последним, что я увидел, было ее удивленное лицо. Она действительно не осознавала, как действовала на меня.

Выйдя в коридор, я пару раз глубоко вздохнул, успокаиваясь. Надо сказать, у меня это неплохо получалось, по крайней мере до тех пор, пока Эмми не вышла из комнаты. Огонь во мне тут же разгорелся с новой силой. Стараясь не обращать на это внимания, я повел ее обратно на кухню. Всю дорогу она пыталась заглянуть мне в глаза. Я видел, что она не понимает, почему я так веду себя, и это ее беспокоило. Сейчас было не самое подходящее время для объяснений, нас ждали, но я был рад, что она, похоже, уже совсем на меня не злилась.