Атрион. Влюблен и опасен - Эль Бланк

Каплевидная, гладкая, обтекаемая форма, постепенно переходящая в резкую угловатую, покрытую огромными кристаллообразными выростами. Белесыми, мутными. Большая их часть была разбита, некоторые придавлены, только один, оставшийся целым, позволял нам понять, как все они выглядели ранее.

Изумление мое усилилось, когда я заметила дыру, ведущую внутрь корабля, — словно корпус кто-то взрезал, как консервную банку. Причем сделал это изнутри, явно желая вырваться наружу. Я с воодушевлением обернулась, чтобы заглянуть в серые глаза:

— Давайте попробуем в него забраться.

— Не боишься? — Ис-Лаш стиснул меня еще крепче, прижимая к себе.

Ладно хоть целоваться… тьфу!.. скармливать шеклак не полез. Хотя я бы, наверное, не отказалась…

— Правда хочешь? — Переливы в голосе стали явственней, зрачки сузились.

Оу! Спрашивал он вовсе не о моем желании оказаться внутри корабля!

— Офонарел? — показательно возмутилась я, выкручиваясь из объятий наглеющего не ко времени партнера. — Пошли уже. Аида, на камне не сиди, холодно, — позвала подругу, которая опустилась на выступ.

— Нашла время об этом думать, — буркнула та, но вскочила и подошла ближе. — Жуть какая! Я и не знала, что у нас тут такое… — Задрала голову, рассматривая объект, возвышающийся над нами на пару десятков метров.

— Лаш, помоги, пожалуйста. — Я уцепилась за край поврежденной обшивки, чтобы залезть внутрь. Не будь юбки, я бы и сама справилась, а так…

Меня тут же подтолкнули вверх, облегчая подъем. Следом в развороченном проеме оказалась Аида, а потом и оба атриона.

Оказавшись в темноте, я нащупала наговизор и прикрепила к виску, включая ночной режим. Впрочем, неожиданно осознала, что видимость стала лучше вовсе не потому, что мне помогал прибор. Обернулась к атрионам и увидела, как на открытых частях их тел все сильнее разгораются маленькие люминесцентные точки, про которые я совсем забыла.

— Мм… Это нормально? То, что вы светитесь? — Вспомнила, что однажды я уже это видела, а вот спросить так и не удосужилась.

— Совершенно. — Ис-Лаш коснулся моих волос ласковым поглаживанием.

Мы начали осторожно пробираться по узкому ходу, в который попали. Похоже, что это коридор, потому что через десяток метров нашему взгляду открылось несколько темных проемов. Пользуясь куда более широкими возможностями для изучения сумрачного пространства, я в них заглядывала, но, увы, ничего интересного не обнаруживала. Просто пустые отсеки, некоторые поменьше, некоторые просто огромные.

В одном из них мы задержались. Я чутьем техника поняла — это не простое помещение. Гладкие стены, боковые стойки, испещренные углублениями размером с кулак, высокая панель с мертвыми индикаторами, тусклый панорамный экран… Ого! Да это же рубка управления! Но все здесь такое пыльное!

Света от атрионов хватало, чтобы понять — древность страшная. Я даже засомневалась, есть ли смысл искать источник энергии, дабы осветить помещение. И все же решила попробовать.

Добравшись до консоли, принялась изучать нанесенные на нее символы. Н-да… Это не юниверсл. И даже не вайли. Это какой-то совсем незнакомый мне язык.

— Смотрите!

Потрясение в голосе подруги было настолько сильное, что я тут же забыла о своей идее оживить корабль. Обернулась и не удержалась от эмоционального восклицания.

У одной из стен, опираясь на нее, лежала огромная туша, почему-то напомнившая мне гигантского осьминога. Раз в пять больше человека, безголовая, с бесчисленным множеством выростов, похожих на щупальца, но разных — и коротких, и очень длинных. Сморщенная, совершенно высохшая кожа, покрытая толстым слоем пыли, обтягивала скрученные в жгуты мышцы. Брр…

Мумифицированный инопланетянин впечатлил не только нас с Аидой. Мужчины тоже с изумлением его рассматривали и по кратким фразам, которыми они обменивались, было ясно — с такими существами атрионы никогда раньше не сталкивались.

— Сколько же ему лет? — шепотом спросила подруга. К счастью, сделала это на вайли, так что ее вопрос был понятен всем.

— Чтобы настолько большой объем до такой степени усох… — Палец Ви-Тана осторожно коснулся ставшей совершенно каменной органики. — Не меньше пяти тысяч. Атрионских.

Ого! Даже если учесть, что земной год — это примерно семь по летоисчислению Атриона, все равно цифра выходит внушительная.

— Чужой корабль, чужая база, мумия неизвестной инопланетной расы, землянки-террианки, атрионы, которых они используют… — задумчиво проговорила я. — Что тут вообще происходит?

— Понятия не имею, — столь же выразительно прошипел Ис-Лаш.

В растерянности я вернулась к панели управления кораблем. Активировала вильют, включая программу диагностики и распознавания. Может, хоть так удастся что-то прояснить?

Развернула ладонь от себя, чтобы сканирующие лучи, выстреливающие из прибора, вшитого в мое запястье, могли оконтурить и сличить с образцами, имеющимися в памяти системы, доступные для восприятия поверхности.

«Нет соответствий…» Новый выброс. «Нет соответствий…» Еще раз. Я шагнула в сторону, поднимая руку выше, давая вильюту больший радиус обзора. Приподнялась на носочки и оперлась другой рукой на верхний край вертикальной стойки, чтобы получить дополнительную опору. Вот только вместо этого потеряла равновесие. Из-под моих пальцев выскользнуло и упало на пол что-то маленькое, плоское, размером с ладонь. То, что я раньше не заметила, потому как оно сотни лет лежало на горизонтальной поверхности и покрылось основательным слоем пыли.

— Черт!

Подхватить его я не успела. Раздался громкий стук, и столб пылевой взвеси взметнулся в воздух. Над упавшим предметом неожиданно разлилось яркое свечение, а в ушах раздался леденящий душу крик, сменяющийся на медленно стихающий нервный хохот.

Мы все замерли, пытаясь понять, что происходит, а свечение тем временем усилилось, приобрело структуру, четкость и превратилось в голографическое изображение.