Принц и Лишний - Кристина Юраш

Я стала стратегически отступать к двери, не желая общаться с принцем. Мне вполне достаточно подозрительно-дружелюбного чудовища.

— Ты — мой самый чудесный провал в памяти! Знаешь, самое милое заключается в том, что, возможно, мы уже целовались, но для меня это будет словно в первый раз… Закройте дверь и не мешайте нам! — крикнул принц слугам, подходя ко мне и пытаясь меня поцеловать, положив руку на больное плечо. Я взвизгнула от боли, пытаясь вывернуться.

— Ай! У меня там синяк! Убери руку! — возмущалась я, кривясь от боли. Он не убрал руку, а еще крепче сжал мое многострадальное плечо, пока я пыталась наугад и на ощупь выбрать что-нибудь неаппетитное из всех образов, которые есть в моем арсенале. Хлоп! И женская версия Конана готова к любви и обороне.

— Вовремя дверь закрыли! Надеюсь, нам никто не помешает! Иди сюда, мой хороший! — улыбнулась я, обнимая огромными ручищами растерявшегося бедолагу до хруста ребрышек. Кинг-Конг жив, и он вернулся. За тобой. — Сейчас, мой снусмумрик, мы сну-сну будем делать! Прямо на столе!

Принц пискнул, дернулся, но куда же ты от Любви-то денешься, красавчик! Как самка австралопитека, я поволокла добычу на стол. Добыча пищала, скулила и стонала, всячески демонстрируя явную неготовность ни к серьезному разговору, ни к серьезным отношениям.

— Рано еще стонать! — плотоядно улыбнулась я. — Сейчас ты у меня часов шесть подряд стонать будешь не переставая…

Одна стена столовой была зеркальной, в связи с чем я могла насладиться картинкой целиком и полностью. Огромная, мускулистая страшная баба-бодибилдоняшка сейчас отбодибилдит одного дебилдера. Нет, насиловать я его не собиралась, а вот припугнуть — святое дело! Понимаю, что моей милостью принц последнее время у нас лишенец, но зачем же так сразу «закройте дверь»?

Тельце принца легло на стол, пытаясь выскользнуть и уползти, но разве от Большой Любви можно сбежать?

— Помогите! — как-то по-детски взвизгнул принц, глядя на меня перепуганными глазами.

— Тише, малыш, тише… Сейчас я крепко пожму то, чем ты думал, когда требовал закрыть дверь! — прошептала я, наслаждаясь местью. Правильно говорят, победи врага его же оружием. Сейчас будем учить мальчика правильно знакомиться с девушками.

— А может, просто поговорим? А? — с надеждой прошептал принц, бегая глазками в поисках спасения. — Как тебя… вас… зовут?

— Мне нравится твой подход. Зови меня… мм… фрекен Бок, малыш! — улыбнулась я, придавливая его к столу рукой. — Твоя личная домомучительница. Теперь я буду здесь жить и каждый вечер буду тебя домучивать…

— Пусти меня, с-с-собака! — возмутился принц, отбиваясь изо всех сил от радостной перспективы стать мальчиком для битья.

— Малыш, ведь я же лучше… лучше собаки! — игриво заметила я, сильней прижимая его к столу. Сейчас фрекен Бок будет тебя развлекать до прилета Карлсона, к которому у меня есть дело.

— А давайте поговорим о чем-нибудь? — икнул принц, пытаясь меня отвлечь от порочных мыслей. — О погоде, например! Сегодня ветрено… Ай! Не так больно! У меня синяк будет!

— Ты что? Надеешься, что ветер переменится и меня отсюда сдует? — осведомилась я. Мне самой было интересно поговорить с принцем. Хотелось узнать его поближе. — Другие темы есть?

— Ну тогда о… о… мм… ничего в голову не приходит… Ну, я не знаю… — принц косился в сторону вилки, которую я предусмотрительно убрала в сторону, подальше от его пальцев. — Давайте поговорим об охоте?

— Неохота об охоте… Еще предложения? Тебя как звать-то, малыш? — поинтересовалась я, сдувая светлую паклю с лица. А еще говорят, что джентльмены предпочитают блондинок. Вот я — блондинка, но глядя на меня, они предпочитают тихо скончаться в моих крепких, заботливых, волосатых руках.

— Энрих… — прошептал принц, с ужасом глядя на мой воинственный и вместительный бронелифчик.

— Красивое имя. А почему же ты, Энечка, с девочками не знакомишься? Почему же ты их сразу в постельку тащишь? А? — поинтересовалась я, придавливая беднягу. — Я тоже хочу сразу в постельку и баиньки.

— Я хочу снять проклятие! — прошептал Энечка, вздрагивая, словно я его не на обеденный, а на операционный стол положила и уже без анестезии прощупываю воспаленный аппендикс. — Я проклят! Понимаете? У меня провалы в памяти! Я что-то делаю, мне об этом рассказывают, но я не помню, чтобы я это делал!

— И как же снять проклятие? — осведомилась я, отодвигая подальше ложку. Пальцы принца шарили по столу, но ничего смертоносней салфетки он пока не нащупал. — О! Какой же ты молодечик! Салфеточку нашел! Носовой платочек! Ну все, малыш, утри слезки и расскажи все большой тете. Видел, какие у меня большие уши? Вот они у меня самая эрогенная зона! Сейчас мы будем ее стимулировать.

— Любовь способна снять проклятие. Мне так сказали! Я не знаю, правда, как, но… — сглотнул Энечка, жалобно глядя на меня своими голубыми глазками. — Я не помню дословно…

Ага! Помню только последние три буквы, на которые я его сейчас пошлю, если он будет тянуть пальцы к ножу. Получай!

— Ай! Мм… На руки смерти льется кровь. Кто лишний? Выберет любовь! Как-то так… Я просто не помню… — простонал Энечка, всхлипывая и глядя на меня с отвращением. Пора заказывать визитки: «Пытки без рукоприкладства». Если бы медальон можно было выносить за пределы офиса, то я бы устроилась антиколлектором на полставки. «Кому должЕн, я всех стращаю!»

— А о чем бы вы хотели поговорить? — робко заметил принц, заглядывая мне в глазки.

— Ну, конечно же, об однофакторном дисперсионном анализе! А потом плавно перейти на спектрально-когерентный! — улыбнулась я, обнажая большие, редкие, желтые зубы. — И что ты думаешь про однофакторный дисперсионный анализ? Твое мнение?

— Э… э… Отпустите меня, пожалуйста… — простонал принц, сжимая салфетку побелевшими и трясущимися от страха пальцами. Он зажмурился так, словно я собиралась его убить. Или поцеловать.

— Хорошо, — милосердно вздохнула я, понимая, что до шести часов здесь ловить нечего. Жаль. Я одернула бронелифчик и двинулась к выходу.

— Стража! Схватить ее! Казнить! — услышала я слабый голос Эни. — Казнить! Немедленно!

Зря я повернулась к нему спиной! Он попытался достать меня ножом. А принц у нас, оказывается, подленький… Любит бить в спину. Одним ударом я выбила нож из его трясущихся рук, отрезая ему не то, что хотелось, а всего лишь путь к столу. Стоило мне схватить его за руку, он тут же превратился в котенка Грустненькие глазки.

— Извините, я погорячился… — мяукнул принц, понимая, что остался безоружен. — Я не хотел… Это… мой провал в памяти… У меня такое бывает… Я же вам говорил… У меня такое часто бывает… Не обижайтесь…

О нет, малыш… Я прекрасно знаю твой «провал» в памяти, в связи с чем ты меня не проведешь. Избалованный, капризный лжец, который привык получать все и сразу. Есть у меня подозрения, что приход Иери слуги называют моментом просветления.