Темные не признаются в любви - Лана Ежова

— Ах, не стоит! — манерно взмахнула рукой бабуля и величаво опустилась в одно из гостевых кресел. — Я бы хотела подарить вам эти записи.

— Благодарю, получить кристаллы из ваших рук — бесценный дар, о котором я и не смел мечтать.

Бабушка чуть рассеянно кивнула — ее взгляд блуждал по кабинету, в который она старалась лишний раз не заходить после смерти мужа. Понимая, что вскоре она загрустит, я напомнила о своем интересе:

— Жаль, что я упала в обморок и не узнала больше о грабителе.

— Это поправимо, — оживилась бабушка. — Не зря, когда Криста с ним приехала, я заподозрила неладное и написала тебе.

— А почему не внуку? — удивился Джаред.

— И что бы я ему сказала? Что походка жениха Кристы кажется мне странной?

— В каком смысле странной?

— Он напомнил мне молодого актера, который толком не может войти в роль. Этот жулик не проработал походку и жесты, поэтому сбивался, на время становясь будто другим человеком.

— Вы крайне наблюдательны, леди Кимстар. Не каждый обратил бы внимание на походку. Вдруг сапоги жмут?

Бабушка посмеялась, а Джаред рассказал то, что узнал от полицейских.

Что препятствует проникновению в дом аристократа? Магическая защита. Тактика была проста и одновременно сложна. Мошенник некоторое время следил за двумя семьями аристократов, где были холостые мужчины и девушки на выданье. Выбирал тех, кто знаком, но имеет мало общих друзей. Затем он похищал кандидата в жениха и, пока несчастного где-то удерживали сообщники, «перевоплощался» в него с помощью древнего артефакта. Знакомство с девушкой, будущей жертвой, начиналось с героического поступка — ее спасения от уличных бандитов. Так, буквально за пару-тройку дней он становился вхож в дом ее родителей и грабил их. После этого требовал с родителей похищенного парня выкуп и исчезал.

Лишь с Кристой у него дошло дело до помолвки, ведь целью был забитый подарками поклонников сейф малообщительной в последнее время бабушки, а настоящий Жульен уехал в провинцию к дальним родственникам, и можно было не торопиться. Впрочем, не желай сестра избежать участия в отборе, она не стала бы поспешно невестой мошенника… Можно сказать, сама виновата, но я искренне ее жалела. Как фрейлина принцессы и ее любимая художница, Криста слышала о темных больше гадостей, нежели я, поэтому выходить замуж за одного из них желанием не горела.

— Одного не пойму, почему в газетах не писали о приемах, которые использовал грабитель, чтобы попасть в дом? Почему не предупреждали о «герое-спасителе»?

— Тайна следствия? — предположила бабушка.

— Нет, в кармане Жульена обнаружили еще один платок, уже с другой пыльцой, вызывающей провалы в памяти за последние несколько часов. Совершив ограбление, он выбрасывал ценности за магическую стену своему подельнику и возвращался к остальным, чтобы выдать себя за пострадавшего.

— После ваших слов следователи кажутся простофилями, — заметила я с грустью.

Брата жаль, я не считала его плохим специалистом, просто измученным, а оттого с низкой продуктивностью законником.

— Мошенник действовал дерзко, артефакт, с помощью которого он изменял свою внешность, редкий, так что следователям досталось нелегкое дело.

За эти слова я была очень признательна кромешнику.

— Ограбление Амандин Кимстар должно было стать последним в Квартене, после чего преступники надолго залегли бы на дно.

— А благодаря вам, лорд Виквард, несостоявшееся ограбление стало последним в карьере негодяев, — довольно улыбнулась бабушка.

А я просто прошептала:

— Спасибо, Джаред…

Четверть часа спустя, попрощавшись с бабушкой, мы летели в магмобиле. Вверху раскинулся звездный купол неба, внизу — темная чаша с цепочками огней фонарей и сторожевых башен, освещающих большие площади, парки и скверы. Воздушный путь сейчас наверняка легче, чем в метель, но Джаред хранил молчание, я тоже не начинала разговор. И странное дело, тишина в его компании не напрягала, а казалась естественной.

И хотя молчание было уютным, задать вопрос пришлось:

— Джаред, я смогу завтра увидеть отца?

Лишь спросив, подумала, что совсем обнаглела — использую эмиссара императора Давелии как личного извозчика.

— Мы же обговорили этот момент, — напомнил кромешник. — Зайду за тобой в девять.

— Хорошо, буду ждать вас у ворот.

— Лучше у крыльца общежития — заключительный день первого этапа отбора, у ворот мы можем не встретиться.

— А, толпа девушек?

— Если бы урну не забирали на ночь, она стояла бы там и сейчас, — мрачно объяснил Джаред.

Представив реакцию кандидаток в невесты на мое появление из давелийского магмобиля, я содрогнулась. И не посмотрели бы, что сопровождает не принц Валиант, а другой темный, сразу причислили бы к врагам.

Когда приземлились, кромешник провел до ворот и менторским тоном дал мне наставление:

— Придешь в комнату и сразу спать. До утра. Ясно?

— Яснее не бывает. Джаред… — Дыхание перехватило. Эмоции переполняли меня, мешая признанию. — Джаред, еще раз спасибо… и за спасение от грабителей, и за ки — за все!

За стеной послышался звон ключей — охранник спешил открыть ворота.

— Слова — это слишком много. Благодарность лучше всего усваивается в поцелуях.

Мужчина ткнул себе пальцем в щеку, как раз над ямочкой. Он улыбался, тон голоса шутливый, а я вдруг поняла: он ждет этого поцелуя, и ему безумно важна моя реакция.

Джаред не сдвинулся с места, когда я приблизилась к нему. Не шевелился, когда положила ладони на лацканы серого пальто и приподнялась на цыпочки.

В желтом свете фонарей кружащиеся вокруг нас пушистые снежинки казались золотыми.

Мои губы не успели коснуться его щеки — Джаред неожиданно повернул голову, подставив губы. Мягкие, теплые губы, к которым захотелось прижаться сильнее. Необъяснимое желание, отчаянное, но я ему подчинилась. Ладонь кромешника тотчас легла мне на затылок. Он целовал медленно, нежно, так, что у меня подкосились ноги.

Упасть мужчина не позволил, обняв второй рукой за талию.

Наваждение… Мир замер. Нет, мир перестал существовать вовсе.

Скрип несмазанных петель… Я будто очнулась.

О боги, что я делаю?!

Я отшатнулась и побежала к воротам.

— Спокойной ночи, Элея, — произнес кромешник, когда я уже входила на территорию студгородка.

Я не обернулась и не ответила. Побоялась выдать себя.

Я шла к общежитию, не чуя земли под ногами. Я словно парила. В голове пустота. Мир сузился до горящих губ и будоражащих воспоминаний. Хотелось смеяться и почему-то немножко плакать. Неожиданный поцелуй перевернул всю душу, отпечатался на сердце клеймом.