Терновый король - Грегори Киз

Легенды не лгали, утверждая, что голова чудовища подобна голове орла, хотя она была более плоской. Перьев у греффина не было, тело его покрывала переливчатая чешуя, черная и темно-зеленая. На шее росла грива косматых волос. Передние конечности были сильны и мускулисты, но в то же время гибки и подвижны, как лапы кошки. Двигался он подобно птице, резко, но быстро и уверенно. В запасе у Эспера был всего лишь один выстрел. Он сильно сомневался, что этого окажется достаточно.

Эспер прицелился в глаз греффина.

Греффин нагнул голову, и в его взгляде Эспер увидел нечто отнюдь не свойственное взгляду животного. Размышление, расчет.

И презрение, надменное презрение.

Лесник вскинул лук.

– Подойди ближе, ты, курица чешуйчатая, – проворчал он себе под нос. – Подойди или убирайся. Поверь, я не буду слишком жалеть, если больше тебя не увижу.

Поразительное существо припало к земле, как хищник, который готовится к прыжку. Все вокруг замерло. Лесник почувствовал, как тетива лука врезалась ему в пальцы, и в его ноздри ударил запах канифоли, которой она была смазана. А еще он ощутил аромат прелых листьев, цветущих каштанов, дыма. И ко всему этому примешивалось нечто незнакомое. Пожалуй, это был запах животного, но почему-то он напоминал о дожде, который барабанит по раскаленным камням вокруг походного костра.

А невероятное создание беспрестанно раскачивалось туда-сюда, превращаясь в расплывчатое пятно. Несмотря на свои огромные размеры, оно обладало редкостным проворством. Мгновение – и оно пронеслось по лугу справа от лесника. Не успел Эспер и глазом моргнуть, как греффин скрылся из виду.

Эспер долго не мог прийти в себя, не мог поверить, что он видел это собственными глазами. Ему и досадно было, что он даже не попытался убить чудовище, и радостно, что до этого не дошло.

Но больше всего он радовался, что греффин не умертвил его взглядом.

А потом ноги Эспера внезапно подкосились, отказываясь его держать. Он с удивлением увидел, как поросшая мхом лесная подстилка летит ему прямо в лицо, а в ушах у него зазвенел серебристый, снисходительный смех Грязной Джесп.

Эспер очнулся, ощутив, как чьи-то пальцы касаются его лица, услышав над собой чей-то тихий голос. Первым делом он потянулся к кинжалу. Точнее, хотел потянуться, но с ужасом понял, что руки ему не повинуются.

«Я связан по рукам и ногам, – пронеслось в голове у лесника. – Или, еще того хуже, прибит гвоздями к дереву».

Но, с усилием подняв отяжелевшие веки, он увидел перед собой Винну, дочь хозяина харчевни из Колбели.

– Что? – только и мог пробормотать лесничий. Онемевшие губы и язык тоже не желали слушаться.

– Ты их трогал? – встревоженно спросила девушка. – Ты трогал трупы? Я не могу найти никаких следов, но…

– Где я?

– Там, где я тебя нашла, где же еще. Тебе, я вижу, со страху совсем память отшибло. Ты у Таффского ручья, как раз там, где погибла вся родня несчастного паренька, что прибежал к нам в деревню. Скажи, ты прикасался к убитым?

– Нет.

– Хвала всем святым. Но тогда что же с тобой произошло?

«Я видел греффина», – произнес Эспер про себя. Однако признаться в этом Винне означало навлечь на себя насмешки.

– Не знаю, – пробормотал он вслух.

Теперь он чувствовал, что может потихоньку шевелить руками. Пальцы слегка покалывало.

– Тот мальчик умер, – сообщила Винна. – Помнишь, у него была багровая вспухшая ладонь. А на следующий день вся рука почернела и начала гнить заживо. Но его никто не ранил. Он сказал, ладонь покраснела после того, как он потряс за плечо свою мать, пытаясь ее разбудить.

– Нет, я не прикасался к телам, – повторил Эспер. – Я знал, что это опасно. Будь добра, помоги мне сесть.

– Ты уверен, что тебе стоит садиться?

– Уверен.

Винна показала ему свою руку – на пальцах и ладони багровели свежие рубцы.

– Видал? Помнишь, я промыла раны парнишки? Ночью у меня заболела рука, но я думала, все это ерунда. А в тот день, когда ты уехал, вся ладонь у меня покрылась язвами.

Эспер вспомнил беспалую руку сэра Саймена, и по спине у него пробежал холодок.

– Надо как можно скорее найти сведущую знахарку, – дрогнувшим голосом сказал он.

Винна покачала головой.

– В этом нет необходимости. Я уже сходила к матушке Килт. Она дала мне мазь из трав и сказала, что отрава слишком слаба и не причинит мне серьезного вреда. – Винна немного помолчала и добавила: – А еще она сказала, что ты нуждаешься в моей помощи.

Лесник попытался возразить, однако новый приступ головокружения помешал ему.

Меж тем Винна схватила его руку своими тонкими пальцами и помогла ему приподняться. Перед глазами у Эспера все плыло от слабости, однако с помощью Винны ему удалось встать на ноги и прислониться к стволу дерева.

От Винны исходил мягкий, приятный запах. Запах молодости, свежести и чистоты.

– Я думала, что не застану тебя в живых, – прошептала она.

– Значит, ты отправилась за мной вслед?

– А как же иначе, дурачина ты этакий! Или ты воображаешь, что я перенесла тебя назад в Колбели на своей волшебной метле? Конечно, я отправилась за тобой вслед. А что мне еще оставалось делать? Я боялась, что ты сдуру прикоснешься к трупам и подцепишь ту самую заразу, что убила всех этих бедолаг.

Эспер пристально взглянул на девушку.

– Ты с ума сошла. Как ты только решилась отправиться через лес в одиночку? Ты что, не знаешь, так и жизни недолго лишиться? Ты ведь сама предупреждала меня о том, что в лесу творится неладное…

– Предупреждала, помню. А ты, самодовольный индюк, поднял меня на смех. Теперь-то ты на собственном опыте убедился, что я была права.

– Мы сейчас не об этом говорим, – отрезал Эспер. – Ты запросто могла погибнуть.

Винна угрожающе сдвинула брови.

– Эспер Белый, хватит делать вид, будто ты в Королевском лесу как дома, а все остальные пропадут здесь, точно дети малые. Да, один из нас едва не лишился жизни. Но, осмелюсь напомнить, это была вовсе не я. Это ты валялся здесь, бесчувственный как бревно, – готовый обед для волков и легкая добыча для разбойников.

– А тебе волки не страшны?

В ответ девушка расхохоталась.

– А чего мне бояться волков? Сожрав тебя, они были бы сыты и не стали бы меня трогать. Слушай, Эспер Белый, что сделано, то сделано. Я здесь, и я тебя спасла. И на твоем месте не стала бы тратить свои жалкие силы на пустую болтовню.

Эспер собирался поставить зарвавшуюся девчонку на место, но тут им овладел неодолимый приступ тошноты, и вместо хлесткого ответа он изверг содержимое собственного желудка.