Ведьма носит Reebok - Надежда Первухина

Тетя взяла с полки большую медную чашу, напоминающую старинный таз для варки варенья. Затем она приказала мне принести из дальнего угла, где стояла этажерка с разными банками, пузырьками и флаконами, емкость с нежно светящейся жидкостью.

– Я называю это живой водой, – пояснила тетя мне и Флоренс. – Я составила ее из ингредиентов, описанных в старых алхимических трактатах. Она помогает в распознавании самой разной информации, особенно той, что хранится на мертвых носителях.

– Тетя, а битые дискеты в эту воду тоже можно опускать?

– Юля, не изображай из себя полного профана. Наливай-ка лучше воду в чашу, а я буду читать заклинания.

Так мы и сделали. Вода засветилась в чаше, а потом тетя опустила в эту воду череп. Правда, макушка черепа все равно оставалась сухой, мелковат был для него таз. Тогда тетя взяла флакон, в котором оставалось еще немного опалесцирующей жидкости, и щедро окропила ею макушку черепа.

И случилось чудо. Череп на глазах стал обрастать плотью. Вот в глазницах засветились глаза, поверх зубов выросли губы, и то, что было мертво, ожило. Нет, все-таки до тети мне в мастерстве далеко. Учиться еще и учиться!

Волосы на новоявленной голове не выросли. Значит, при жизни этот тип был лысым. А то, что это мужчина, было явственно видно. Потому что, как только у него появились глаза, он с видимым удовольствием оглядел стройную фигуру моей тети и прошамкал:

– Умопомрачительна…

Мы не поверили своим ушам. Череп произнес слово на чистейшем русском языке.

– Что он сказал? – занервничала Флоренс. – Я не поняла.

– Он сделал комплимент тете. На русском языке. Но как мог русский попасть в Оро?! Впрочем, тот зал, возможно, находится не в Оро. Возможно, он вообще нигде не находится.

Тетя ничем не выдала своего удивления, только перешла на русский язык в своих колдовских делах.

– Внимай мне, о голова, – торжественно заговорила тетя. – Твоя душа и разум были вызваны из загробной сени для того, чтобы…

– Да знаю, знаю, – ворчливо перебила тетю голова. – Небось опять попросите будущее предсказать.

– Нет, о голова. Скажи, кому ты принадлежала при жизни.

– Если я скажу, что Вольтеру, вы ведь не поверите, – хихикнула голова. – Но я не хуже Вольтера! Я потомственный дипломированный маг, целитель и ясновидец Евстахий Гордеев, Истинное Имя мне Синафлан. Так что вам от меня надо, если не предсказание? Говорите, покуда в моей черепушке мозг шевелится. Ох, как это здорово – снова ощутить себя хоть отчасти живым!

– Нам нужна твоя память, – сказала тетя. – Мы надеемся, что в ней ты хранишь нечто очень важное.

– Ну это как сказать, – закокетничала голова. – Ладно. Пробирайтесь в мою память. Я мешать не стану.

Голова закрыла глаза. Медитативными пассами тетя погрузила голову в транс, не забывая подливать ей на макушку «живую воду».

– Изреки! – приказала тетя.

И голова монотонным, лишенным признаков жизни голосом заговорила:

– Очень хорошо поднимает энергетику организма натирание тела упаренной уриной…

– Что? – спросила тетя.

– Что? – изумилась я.

– Что он говорит? – непонимающе воззрилась на лысую голову Флоренс.

А голова меж тем продолжала:

– Упаренная урина получается путем кипячения. Берете пол-литра урины, наливаете ее в эмалированную посуду и ставите на огонь. Доводите до кипения и ждете, пока не останется сто грамм. Вот это и будет упаренная урина, или мочегон. Растираете уриной свое тело. Соли, которые находятся в этой жидкости, являются мощными проводниками свободных электронов, которые имеются в окружающем нас воздухе…

– Кажется, я залезла на слишком глубокий слой его памяти, – озабоченно сказала тетя. – Урина, надо же! И этим он людей лечил?! Шарлатан!

– А мне нравится, – хихикнула я. – Простенько и со вкусом. Я сегодня же приготовлю упаренную урину и буду ею растираться…

– Юлька, прекрати!

– Тетя, тогда переместитесь в другой слой его памяти.

– Выполняю.

Тетя снова покропила голову живой водой, а потом изящно изогнула руку в воздухе.

– Скребок, – сказала она.

В руке ее материализовалась штучка, сильно напоминающая терку для пяток.

– Тетя, вы что, мозольный оператор? – не удержалась я.

Тетя наградила меня таким взглядом, что я сочла за лучшее извиниться и скромно потупить глазки.

Едва скребок коснулся головы, как та замолчала. Ее глаза смотрели умоляюще.

– Ему же больно! – воскликнула я, когда тетя аккуратно поскребла скребком макушку головы.

– А как ты хотела? – удивилась тетя. – Без боли ничего в этой жизни не бывает. – И навострилась скребнуть еще раз.

– Хватит! – не выдержала голова. – Я уже говорю. Целебные свойства драгоценных камней основаны на переносе их стабильной молекулярной структуры с проникновением в ткани на молекулярном уровне и обеспечении стабильности на биомолекулярном уровне там, где возникает симпатический резонанс…

– Очень интересно! – воскликнула тетя. – Где-то я уже слышала нечто подобное…

– Это цитата из моей книги «Лечение драгоценностями», – гордо ответила голова. – Вы это хотите от меня узнать?

– Нет! – Теперь уже я взорвалась от нетерпения. – Воспроизведи информацию, которую получил сегодня.

– Не было никакой информации, – заупрямилась голова. – И вообще я утомился.

– Я тебя расплавлю, – угрожающе зашипела я. – На биомолекулярном уровне, если ты не сделаешь того, о чем я тебе говорю.

– Хорошо, – сдалась голова. – Но вы должны мне пообещать…

– Что?! Ты нам еще условия выдвигаешь, черепушка несчастная?!

– Да, выдвигаю, – нагло ляпнула голова. – Потому что информация, о которой вы говорите, строго секретная. Я это сразу понял, когда ты, девчонка, настроила меня на запись.

– Я тебе не девчонка, а ведьма! Р-распылю!

– А вот и не распылишь, – показала голова длинный розовый язык. – Я всем вам нужен. Поэтому выслушайте мои условия.

– Хорошо, – напряженным голосом сказала тетя. – Чего же ты хочешь?

– Во-первых, вы меня оставите в том состоянии, в котором я сейчас пребываю. Не хочу больше быть безгласным черепом. Хочу участвовать в мировом синергетическом процессе!

– Каком процессе? – изумилась тетя.

– Синергетическом, – повторила голова..

– Понятно. Хорошо. Мы выполним твое пожелание. Что ты еще хочешь?

– Подыщите мне подругу. Мне будет скучно коротать дни на вашем колдовском столе.