Тайны серых кхоров - Ален Лекс

Лерринк, до того мирно дремавший на высокой спинке стула, встрепенулся, распахивая крылья и издавая агрессивный клекот. Гелера бросила на птицу злой взгляд. Та ответила тем же.

Проклятье! Нашел себе защитничка! Хуже цепной собаки! С таким клювом лерринк ей половину пальцев отхватит, как нечего делать.

– Ты за это поплатишься, колдун! И не думай, что я тебе это спущу!

– Я даже могу напомнить. – Он безмятежно улыбнулся, демонстрируя антрацитовые зубы. – Я всего лишь выполнил твою просьбу. Чем ты недовольна?

– Радуйся, радуйся. Твоя птица не всегда будет рядом! – Она фыркнула и уселась за стол напротив него. – А сейчас я все равно слишком голодная, чтобы драться.

– Чудная ты, Гелер. – Колдун поставил локти на стол, сплетая пальцы в замок и опираясь на них подбородком.

Гелера только фыркнула, придвигая к себе тарелки. Ничего, вот прогонит она эту птицу, то-то он попляшет!

И она приступила к разработке планов грандиозной мести, параллельно опустошая плошку с вареньем. Варенье оказалось вкусным, но кончилось до безобразия быстро. Соскоблив остатки лакомства со стенок, Гелера принялась задумчиво обсасывать ложечку. Она как раз весьма ярко представила, как замечательно будет закопать мешок с колдовскими цацками под навозной кучей, когда голос кхора заставил ее очнуться.

– Мне вот интересно… – вкрадчиво поинтересовался колдун. – Ты действительно так любишь сладкое? Или ты просто тренируешься?

– Фего?

– С ложкой, – уточнил колдун, чересчур пристально изучая ее.

Гелере потребовалась почти минута, чтобы сообразить, о чем это он. Девушка вспыхнула, как мак, и запустила пресловутой ложкой в лоб наглеца. Не попала: с неожиданным проворством кхор увернулся. Уголок рта у него подергивался в усмешке.

– Ты, извращенный колдунишка! Да откуда тебе только такие мысли в голову лезут?!

– Ну я книжек много читаю. – Он хихикнул, разворачивая раскрытый томик в ее сторону. – С картинками. – С легким шелестом перевернулась пара страниц, и Гелера ошалело уставилась на гравюру откровенно неприличного содержания.

– Ты… – У нее от возмущения перехватило горло. Тени с лерринком, сейчас она этому колдуну покажет! Девушка схватила со стола первую попавшуюся тарелку и швырнула в сторону кхора. На этот раз уклониться он не успел, и на его голову обрушился ливень из квашеной капусты.

Лерринк спланировал на стол, издав воинственный свист. Когти птицы царапнули дерево, оставляя глубокие борозды.

– Спокойно, Капа. – Колдун коснулся лапы лерринка. – Не лезь.

Гелера подтянула к себе еще одно блюдо, предварительно заглянув внутрь. Мясо, причем с костями. Чудненько. Если попадет, испугом он уже не отделается.

– Дитя мое. – Кхор перевел взгляд на Гелеру. – Ты морковку любишь?

Он еще заканчивал говорить, а в сторону девушки уже летело содержимое какой-то плошки. Девушка спрыгнула на пол, пригибаясь, но все равно несколько кусочков вареных овощей мазнуло ее по лицу.

– Ах ты так! Драться, да?! Ну я тебе сейчас… – Она, не глядя, швырнула в его сторону жареные кости. На миг высунулась из-под стола, успев увидеть, как одна из костей заехала колдуну по лицу, оставляя неплохой фингал, но тут же сама подставилась под очередной залп со стороны противника – на сей раз в нее запустили кашей.

– Подлец! Ты испортишь мой мех! Я тебя потом его чистить заставлю! – прокричала она, надежно укрывшись за стулом.

– Да, мех жалко. Он же мя-ягкий. Может, тебе раздеться? – Вопрос раздался почти прямо у нее над ухом. Гелера дернулась. Как он смог так тихо подкрасться? Правой рукой она лихорадочно зашарила по столу, выискивая новый предмет для атаки, но колдун оказался проворнее: на голову девушки выплеснулась пахнущая ягодами жидкость. Ресницы тут же слиплись.

– С ума сошел?! – возмущенно возопила она, одной рукой пытаясь протереть лицо, а другой хаотично размахивая вокруг, зажав в пальцах глиняное блюдо.

Отпугнуть колдуна не получилось: блюдо шваркнуло о что-то твердое и раскололось на куски. И почти сразу же в ее запястья вцепились горячие пальцы, рывком опрокидывая навзничь.

– Пусти! – Она попыталась вывернуться и пнуть его ногой, но, кажется, промазала. Почему не удается выдернуть руки? Проклятье, ведь физически она сильнее! Или раньше он все время притворялся?!

– Проси прощения, – раздался смешок у нее над ухом.

– Я?! Это ты меня лапал!!!

– Ты сломала замок. И мешала мне читать.

– Читать?! Ври больше! Видела я, что ты там читал! – Гелере наконец удалось раскрыть склеенные компотом ресницы, и она уставилась в лицо нависшего над ней колдуна. Только сейчас девушка заметила, что глаза у кхора пугающе налились кровью, а зрачки ненормально большие – черное пятно занимало почти всю радужку.

Может, он напился? Нет, пахло от него не выпивкой – запах, пробивавшийся сквозь опрокинутую на него капусту, был приторно-сладкий, травяной. От этого запаха у Гелеры слегка закружилась голова.

– Так будем извиняться или как? – Он склонился ниже, почти касаясь губами ее щеки. Горячие пальцы на ее руках сжались сильнее. Девушке казалось, что она чувствует, как бьется пульс колдуна – быстро-быстро, будто вспугнутая птица. Она дернула рукой, но колдун прижимал ее к полу не хуже каменной плиты. Где-то в глубине души шевельнулась тень неуверенности, переходящая в страх.

– П-пусти. Хорошо, хорошо. Я прошу прощения. Я не хотела тебе мешать. – Гелера облизнула пересохшие губы. – Ну? Доволен? А теперь пусти меня!

– А если мне этого мало?

– И… чего ты хочешь? – Ее голос почему-то упал до шепота.

Кхор пару долгих мгновений вглядывался ей в лицо, потом резко отшатнулся, освобождая девушке руки.

– Уходи! – Цепляясь за стул, он поднялся. Гелера заметила, что пальцы его мелко дрожат. – Уходи, быстро. Я… не в себе. И могу причинить тебе вред.

Девушка замерла на полу, испуганно съежившись. Ей не нравился странный огонь, полыхавший в его глазах.

– Кому сказано?! Вон!

Перед ее носом расцвел огненно-золотой шарик. Гелера шарахнулась в сторону, путаясь в полах одежды. Поспешно вскочила – и метнулась прочь, не дожидаясь, пока шар превратит ее в жабу.

Запертая дверь комнаты не показалась ей надежной преградой от спятившего колдуна. Гелера успокоилась, только подтащив к двери кровать, на которую сверху водрузила еще и стул. Она бы предпочла соорудить преграду посущественнее, но другой мебели в комнате не было.

Матрас девушка стянула на пол, устроив себе ложе под окном, где и провела следующие несколько часов, тревожно вслушиваясь в каждый шорох.

Темнота подкралась незаметно, вынудив запалить свечи. Те оказались дешевыми и едва горели, распространяя вонь. От тяжелого запаха вскоре начало подташнивать, и Гелера немного приоткрыла оконные ставни, впуская струйку ледяного воздуха. Куда проще было погасить свечи и не страдать от чада и холода одновременно. Но в последнее время Гелера стала бояться темноты. Она не хотела засыпать. К ней и раньше, случалось, приходили странные сны, но раньше их было не так много. А теперь ее почти непрерывно преследовали кошмары – то четкие, словно залитые светом, мертвецы, то смазанные, оставлявшие в памяти лишь туманные образы и алые тени. Она забывала эти сны – быстро, уже к следующей ночи. Но неприятное ощущение сохранялось, как мерзкий привкус горького лекарства на языке.