Не смей меня отпускать - Дарья Сорокина

— Авенир и Макс заодно?

— Я не знаю, я просто делала доклад для столичной академии, а потом я увидела Искру у себя на занятии, и всё обрело смысл.

— Ты историк, скажи, хоть раз кто-то вмешивался в ход времени?

— Это тоже слухи, но информация есть, для мира, в котором раскручивают время, это не опасно, но остальные миры пострадают от парадоксов и катаклизмов. Даже несколько отмотанных минут здесь, могут заставить звезды погаснуть на другом конце вселенной.

— Те, кто жили вне этого мира могут исчезнуть?

— Скорее всего, да. Могут исчезнуть, задвоиться, никто не тебе скажет, чем всё обернётся.

— Почему Макс отпустил тебя, когда ты так много знаешь?

— А что я могу, Алекс? Я одна. А если такое просочиться куда-то, начнётся паника. Одни будут против прыжка в прошлое, а другие… Чего таить, я бы и сама хотела обернуть время вспять, тогда мой любимый бы не превратился в стригоя. Я бы снова смогла быть с ним, но теперь он отвратительное кровожадное существо, живущее на болотах… А ты сам. Никого не хочешь увидеть вновь? Свою мать?

Теперь этот вопрос прозвучал не в моей голове, а вслух. Я вновь подумал о моей возлюбленной, прижал ладонь к измученному сердцу. Слишком тяжело, слишком трудный вопрос, слишком много чужих жизней, особенно сейчас, когда я потерял родную мать, даже не встретившись с ней.

— Хочу. Но это не вернёт никого, я не буду знать, как избежать её смерти, а ты не будешь знать, что твой любимый станет демоном. Для нас этого не случалось никогда, но случится вновь, и мы снова проживём старый кошмар, — вспомнил похороны Яннары и своё безумие. Я не хочу возвращаться в прошлое.

— Для нас, но не для тебя, или других Заоблачных. Вы вне времени, ты будешь помнить, Алекс.

— Но Макс не будет… Не понимаю, на что он рассчитывает.

— Я тоже не знаю, и мне очень жаль, Алекс, больше я ничем тебе не помогу. Уже темнеет, мне пора.

Макс

Ненавижу родительский дом. Ещё одна черта, которую мы делим с моим младшим полукровным братом. Любимым братом.

Иногда просто нельзя поступить иначе. Ты знаешь, что лишний кусок мяса пойдёт твоему организму во вред, и ты всё равно тянешься к нему. Нами управляют желания инстинкты, мечты. Я не оправдываю своих поступков и устремлений, мне наплевать на вселенную, и я надеялся, что тебе тоже будет плевать, Алекс, ведь мы так похожи. Но опять вмешались чувства, Искра стала тебе дорога, дороже, любимой, которую ты потерял и мог бы вернуть. Даже разорванное запечатление тебя не остановило. Всё так серьёзно?

— Ты была убедительна?

Морой смотрела на меня зло, и я видел, как деформируется её челюсть, ещё чуть-чуть и выпустит клыки.

— Это жестоко. Врать ему о матери, а ещё знать правду о Яннаре.

— А он бы согласился нам помочь, если бы выяснил всё? Что Авенир отчаянно пытается исправить ошибки прошлого и вернуть Поднебесных домой не ради собственного бессмертия и всевластия. Что возлюбленная Алекса на самом деле жива и с самого начала была моей пособницей, что его родная мать заперта в подвале замка.

— Вместе с моим возлюбленным.

— Он сам виноват. Стригой явился в столицу, напал на стражу. Скажи спасибо, что я остановил казнь.

— Он контролирует себя!

— Я тебя умоляю. Совсем скоро твой жених деградирует до мерзкой пьющей кровь твари, и только мы сможем исцелить его. Время лечит, знаешь ли, — улыбнулся собственному каламбуру.

— Я сделала то, что ты просил. Отпусти моего возлюбленного, и мы уйдём из столицы, пока всё не началось. Вдруг ты спалишь и этот мир, и тогда у меня не будет даже такой возможности побыть с ним.

— Э, нет, Эмилина. Он будет гарантом твоего послушания, а мне всё ещё нужна твоя помощь здесь. С Викой что-то происходит, слишком резкий перепад настроения, боюсь, Яннара не справится с ней одна, будешь нянькой на подхвате. И ещё…

Сам не верил, что скажу это. Давился словами, рвущими на части мою глотку.

— Держите Дору подальше от Искры. Боюсь, она может нам помешать.

Эмилина хмыкнула и криво усмехнулась.

— Мы пожалеем о содеянном.

— Мы этого даже не вспомним.

— Алекс будет помнить и страдать. Тебе его не жаль?

Жаль. Но я не признался морою. Мой брат сильнее меня. Даже в детстве, когда я, будучи старше его на шесть лет, заливался слезами и соплями во время попыток семьи пробудить в нас силу, он не издавал ни звука. Смотрел перед собой и, превозмогая дрожь в коленях, крепко стоял на ногах. Даже фальшивую смерть Яннары он перенёс относительно достойно, устроив лишь локальный апокалипсис, но сам же всё и исправил, а после захотел жить дальше. Справился раз, справится и второй. Я верю в него. У него будет его Яннара.

— Нет. Мне его не жаль.

Прости меня, Алекс, за то, что всегда прикрываюсь тобой. Обещаю, это в последний раз.