Охота на оборотня - Морвейн Ветер

— Все хорошо, — буркнула я, не обращая внимания на то, что Сергей не слышит меня.

«Что со мной?» — думала я. Но в глубине души знала ответ. Одиночество заставляло меня искать опору — в том, кто был способен ее дать.

«Может, и мои чувства к Денису — тоже лишь одиночество?» — спрашивала я себя. Теперь я уже не могла дать ответ.

Сергей прибавил скорость. Его руки в кожаных митенках сдавили руль, и я невольно проследила за этим движением, силясь побороть несвоевременное желание, чтобы они так же коснулись меня.

«Это все этот чертов поцелуй», — подумала я. Но и такое объяснение не помогло. Сергей был слишком близко, чтобы не думать о нем.

Когда уже основательно стемнело, Сергей свернул к автозаправке. Припарковал байк и снял меня, покачивающуюся, как после долгого путешествия на корабле, с него.

На мгновение я оказалась в его руках, прижатая животом к его животу. Ноги к тому же были ватными и абсолютно не держали меня.

— Как себя чувствуешь? — спросил он, касаясь дыханием моей щеки.

— Бесподобно.

— В первый раз может быть немного страшно.

— По крайней мере, на меня не бросаются обезумевшие волки. Это напугало бы немножко больше.

— Ну и хорошо, — Сергей выпустил меня и, поставив байк на подножку, двинулся в сторону кафешки. Я последовала за ним.

— Мы заправиться или перекусить?

— Руки ноют, — Сергей продемонстрировал сведенные судорогой пальцы, — закажи что-нибудь, — он сунул мне пару купюр, а сам сел за стол.

Я выбрала нам по бифштексу и по порции овощного салата и колу. Вернулась к нему и составила свои приобретения на стол.

Сергей с охотой принялся есть. Было видно, что он проголодался и устал. А еще его аппетит вдохновлял. Мне даже не так хотелось есть, как смотреть на него. В движениях его челюстей и рук искрилась жизнь и любовь к этой жизни, которых я давно уже не чувствовала и каких не видела у других людей.

— Сереж, а у тебя кто-нибудь есть? — спросила я неожиданно для себя самой.

Движения его вилки замедлились. Он помолчал с полминуты.

— Была жена, — сказал он.

— И… что? — медленно спросила я. Странно, но оттого, что он честно признался, мне стало на удивление легко. Он, в конце концов, был просто человеком. Таким же, как я. Не каким-нибудь королем волков. Он прямо говорил, что думал, и от этого общаться с ним было гораздо легче, чем могло бы быть. Чем было… с некоторыми из моих новых «друзей».

— Она была человеком. Ей надоело жить такой жизнью, какой я живу.

— Понятно, — я отвела взгляд, но на самом деле еще один камень свалился с моей души.

Я помолчала и, вспомнив вдруг один из наших разговоров, спросила:

— Ты поэтому говорил… что у тебя вряд ли будет другая семья?

Сергей повел плечом.

— Мы — волки, — сказал он, — у нас не может быть как у людей. Кто сказал, что наши семьи хуже их семей? Мы куда больше ценим братьев и сестер. Их семья — это просто двое, которые хотят вместе нарожать детей. Наша семья — это весь наш мир. В нашей семье не откажут в помощи и не предадут. Хотя… ты, может быть, и не веришь мне.

Я молчала довольно долго. Мне даже стыдно стало задавать тот вопрос, который вертелся на языке, но я все-таки произнесла:

— А говорят, что у каждого волка есть пара. Та, что предназначена ему судьбой.

Взгляд Сергея стал тяжелым и задумчивым.

— Но тебе, наверное, кажется глупой такая мысль.

— Я бы хотел, чтобы это было правдой, — сказал он и надолго замолк.

— Но как же… братья…

— Братья — это важно. Но это не то.

Больше мы не продолжали это разговор.

Закончив с едой, мы отнесли посуду и вышли на стоянку. Окончательно стемнело, и ветер стал совсем холодным.

Сергей ненадолго замер на месте, видимо, размышляя.

— Иди к байку, — сказал он, — все-таки залью бак, мало ли что.

Я кивнула и пошла туда, куда он сказал.

В одиночестве мне снова стало неспокойно, хотя здесь, посреди пустынной дороги, я и чувствовала себя многократно спокойнее, чем в Москве. Вряд ли Роман и его компашка могли последовать за мной. Денис… Но тут оставалось довериться Сергею. Если тот считал, что здесь меня не найдут — значит, не найдут.

Он расплатился за бензин и заправил бак.

Мы отъехали, может, на километр, как вдруг Сергей остановился, слез с байка и, похлопав себя по карманам, с досадой сказал:

— Кажется, забыл телефон в кафе!

В это-то мгновение что-то и изменилось неуловимо — так быстро, что я не успела понять что.

Черная тень метнулась откуда-то сбоку прямиком на него, не давая шанса среагировать быстро.

Сергей опрокинулся на спину.

Я инстинктивно стала уходить в перекид, но кожаная куртка Сергея мешала. Пришлось потерять драгоценные секунды, сбрасывая ей.

К тому времени, когда, испортив очередной комплект одежды, я обернулась волком, противник уже впился зубами Сергею в плечо. Снова белые полосы бросились мне в глаза.

Я бросилась на него, но волк был раза в полтора больше меня. Он отбил меня в сторону одним ударом огромной лапы. Спрыгнул с Сергея и сделал следом за мной несколько шагов, глядя прямо в глаза.

На сей раз это был Он. Сомнений быть не могло.

Эти несколько секунд позволили Сергею сбросить собственную куртку и обернуться волком. Он бросился на Дениса со спины. Избавиться от него оказалось тяжелее, чем от меня. Денис завалился набок, придавливая его собой. Они покатились по земле. Я еще раз попыталась наскочить на него слева, но без какого-либо результата — Денис легко отшвырнул меня, а сам в следующее мгновение занял позицию сверху и наклонился над Сергеем, рыча и вглядываясь ему в глаза.

Сергей попытался высвободиться, и тут произошло то, что на несколько долгих секунд ввело меня в транс.

Лапа Дениса ударила Сергея по груди, вспарывая грудную клетку, почти выворачивая наизнанку.

Сергей издал протяжный вой. Тело его замерцало, возвращая изначальную форму.

Денис повернул ко мне морду и оскалился, как бы предупреждая, что то же может произойти и со мной.

Затем отскочил в сторону и бросился в темноту.

На ходу оборачиваясь человеком, я бросилась к Сергею. Второй раз в жизни я видела, как умирает волк.

— Сереж… — слезы наворачивались у меня на глаза, — ну, ты что? Как тебе помочь?

Сергей покачал головой и слабеющей рукой стиснул мое запястье.

Я копалась в карманах своей куртки, но, видимо, и мой телефон улетел куда-то в канаву.