Проклятие замолчавшей королевы - Инесса Иванова

— Очень хорошо! — закончила споры Софи и подала мне знак присаживаться. — Наша цель — принести пользу подданным, и раз это удалось, остальное не имеет значения. Приступим к последнему подарку.

Я почти не слышала речь Тиры, она доносилась до меня обрывками. Кинув взгляд на фальшивого Лоренса, я только лишний раз убедилась, что Дар не обманул. Мужчина подмигнул мне и еле заметно кивнул. Теперь они будут потешаться над провинциалкой, прибывшей с самой границы королевства, которая посмела предлагать изысканной публике, привыкшей к роскоши, столь нелепые подарки.

— Земля всегда будет гораздо ближе нам, чем все остальные стихии, потому что, умирая, мы ложимся в неё и становимся её частью, — голос Тиры звучал так вкрадчиво, будто она рассказывала давно забытую легенду, которую пришла пора воскресить. — Я не могу вернуть вам близких. Никто этого не сможет…

Тира склонила голову, я на секунду подумала, что всё это мне кажется, и девушка собралась съесть землю, но она лишь прошептала пару фраз на незнакомом наречии. Я никогда не имела дела с заклинаниями, поэтому, как и мой отец, считала, что они лишь эффектный атрибут магического действа. И совсем необязательный.

Дар может проявлять себя, даже когда его носитель не говорит ни слова. По крайней мере, так было с членами моей семьи.

— Я хочу подарить вам возможность сказать последнее «прости» своим умершим. Тот, у кого будет этот комок земли, сможет попрощаться с близкими так, чтобы те услышали…

Брошь-фамильяр на груди Тиры вспыхнула ослепительно-белым светом, который заполнил всё вокруг. Но страха не было, мы ощущали только бесконечную светлую грусть, которую всегда испытываешь в конце лета, предчувствуя скорую гибель зелёных красок. И которая идёт рука об руку с надеждой на новую встречу.

Наконец, когда сияние окончательно потухло, и Торжественный зал снова стал таким же, каким был до этого момента, все замолчали. Никто долго не мог подобрать слова. Люди затихли, наверное, каждый вспоминал о чём-то своём, даже фальшивый Лоренс немного сник и ни на кого не смотрел. Потом он снова встряхнул головой, словно отгоняя мрачные мысли, и окинул нас всех до одной взглядом, в котором мне почудилось любопытство.

— Вам и карты в руки, господин градоначальник! — Софи откашлялась и с милой улыбкой вчерашней выпускницы обратилась к бургомистру. — Назовите победительницу. Чей приз, как вам кажется, наиболее полезен жителям Драгомира?

— Несомненно, все призы очень ценны, — старичок-бургомистр аж вспотел, так ему не нравилась навязанная роль судьи столь высоких особ. Ведь, возможно, одна из нас скоро станет королевой, и он так смешно морщил лоб и угодливо улыбался, что я поняла: боится сделать неверную ставку.

Наконец, он решился:

— И всё же, со всем уважением, я считаю подарок ярлы Ларссон наиболее важным. Ведь он касается будущего. Будет способствовать рождению деток с наиболее ярким даром, который их матери не растратят на нежеланные беременности.

Мы все дружно выдохнули и испытали разочарование. Только не она! Хотя я понимала, бургомистр прав, Ларссон повела себя как мудрая и щедрая дарительница. Однако мои симпатии, как ни странно, были на стороне Эрики. Её подарок тоже значил очень много для славного будущего сынов Королевства.

— А я считаю, что победительницей стала ярла Валлин, — с грустью ответила Софи. Столько в её словах было неподдельной искренности и невыплаканных слёз, что мне тут же захотелось подойти и обнять её. Желание было импульсивным и глупым, поэтому оставалось только подавить его и прислушаться к словам принцессы, которая уже снова взяла себя в руки. — Иногда очень важно попрощаться с теми, кто был дорог, чтобы идти дальше. Но, разумеется, в данном случае это просто моё мнение, как частного лица.

Девушка подала знак бургомистру и тот в свою очередь, низко поклонившись, повернулся к победительнице.

— Прошу принять наш приз, ярла Ларссон, — просиял старичок и низко поклонился Летиции. К градоначальнику подбежал слуга, высокий тонкий юноша с масляными глазами. Он держал в руках небольшую подушечку, обшитую красным бархатом. Посреди неё в небольшом углублении лежала красивая брошь, цвета хрустальной слезы.

— Подойдите сюда, ярла, — принцесса встала из-за стола и, придерживая рукой нижние юбки, в сопровождении одного из безопасников обошла стол, очутившись рядом с бургомистром. — От имени королевства и членов семьи Сваргов я вручаю вам сей небольшой приз симпатий жителей Драгомира. Пусть и дальше вы будете также любимы народом нашего королевства и принесете ему немалую пользу.

Ларссон сияла от радости, когда Софи прикалывала ей на грудь столь изумительно преломляющий свет бриллиант. Я же в этот момент видела только руку принцессы, в сиянии двойного чёрного контура. Именно тогда я уверилась, что всё происходящее не является плодом моего воображения. Софи действительно находится под властью Тёмных сил. Вопрос только в том: по своей ли воле?

— И, как и обещала, мой личный приз достаётся ярле Валлин, — принцесса обернулась к Тире. Та, полная достоинства и лишенная удивления или радостного возбуждения, будто только и ждала чего-то подобного, вышла вперёд и встала на один шаг ближе к принцессе, чем Летиция.

— Они сегодня обменяются колкостями, — заметила я, обращаясь к Ингрид. Девушка лишь добродушно пожала плечами:

— А зачем? Каждая получила внимание. И это ещё не конец отбора.

Я кивнула. Конечно, подруга права. Хотя приз Летиции был гораздо ценнее, но слова, сопровождающие подарок Тире, теплее. В конце концов, платок с вышитыми инициалами принцессы как залог будущей дружбы мог перевесить в глазах короля бриллиант Ларссон.

«Надо будет поговорить с Тирой. Чувствует ли она энергию, исходящую от Софи?» — подумала я, решив сделать это, как только вернёмся. Уж кто-кто, а Валлин не могла не ощущать её. Тем более от личного предмета владелицы Тёмных чар!

Я чувствовала себя отвратительно, будто из меня высосали половину крови, и думала только о том, как не рухнуть посреди чужого торжества. Нет, я никому не завидовала, я просто устала. Этот отбор был испытанием похлеще, чем всё, с чем я доселе сталкивалась. И всё же… что-то внутри меня говорило, что я должна остаться. И не просто остаться, а добиться цели. Выявить виновных, развить Дар и… не знаю, что дальше. Подумаю, когда справлюсь с первыми двумя задачами.

И всё это никак не связано с королём.

— Не унывай, Виртанен, — услышала я знакомый тенор над самым ухом и обернулась. Мы уже были почти в дверях. Принцесса и бургомистр, другие «невесты», окружённые безопасниками, замыкали процессию почётные жители столицы и представители тех самых гильдий, для которых мы и устраивали свои маленькие представления.

Как-то так оказалось, что я незаметно для себя отстала от соперниц и затесалась в хвост процессии. Очнулась только когда услышала обращённые ко мне слова и почувствовала, как кто-то мягко дотронулся до руки.

— Тут кто-то явно играет нечестно, — продолжил мнимый Блом. И, уже посерьёзнев, добавил: — Но теперь хотя бы круг подозреваемых сужается, верно?