Трон костей - Антон Агафонов

— Сын Руннэт? — Самина переводила удивленный взгляд то на мужчину, то на Галатею. — Это шутка?

— Она вам не рассказывала? Не удивительно. Об этом почти никто не знал. Правда, Джойл?

— Теперь у меня другое имя, — фыркнул мужчина, не оставляя безрезультатные попытки найти у себя оружие.

— Да, я слышала, Пирсон, так кажется?

У Самины голова шла кругом от осознания того факта, что сын Руннэт все это время был так близко и при этом совершенно не выдал себя, даже когда Королевы Шипов не стало.

Хотя нет…

Самина детальнее вспомнила день после сражения в больнице. Вечером Пирсон напился, был мрачен и угрюм. Тогда она подумала, что таким образом он просто сбросил стресс после перестрелки, потому что уже на следующий день он вел себя как обычно.

Раскол! Он потерял собственную мать и даже не имел возможности её оплакать…

— Я тебя долго разыскивала, Джойл, — покачала головой Галатея. — Мать хорошо обучила тебя скрываться. А когда у меня все-таки получилось выйти на твой след, ты уже оказался в Домене Власти. Но вот мы снова вместе. Прекрасное семейное воссоединение, не находишь?

— Да пошла ты!

Всем своим видом Пирсон показывал, что вовсе не рад находится тут, в его глазах горела ненависть.

— Сколько враждебности, — покачала женщина головой. Но не похоже, чтобы это хоть сколько-то по-настоящему её оскорбило. — А ведь я, между прочим, хочу тебе помочь. Тебе уже давно пора занять его, — Галатея бросила взгляд на костяной трон, чтобы не оставалось никаких сомнений в том, о чем именно она говорит.

— Тебе придется заставить меня, — Пирсон встал в боевую стойку.

— Что происходит? — Самина окончательно запуталась. У неё не было ни единой мысли насчет того, где она находится, и зачем Галатее нужно усадить Пирсона на тот жуткий костяной трон.

— Самина Лэмфорд, тебе доводилось раньше слышать об Алчущем?

— Конечно. Бездушные уже несколько раз пытались нас прикончить.

— Алчущий — этот тот. кто восседает на Троне Костей. Он позволяет управлять Бездушными, смотреть их глазами, управлять ими напрямую. А то, что ты видела там, наверху, это «сырой материал» для них. Перед тем, как соединить с троном, нужно их «очистить», избавить от чувств, страстей и прочих вещей, что терзают их разум.

— Очистить от чувств? Хотите сказать, что превращаете их в бездушных кукол?

— Жалеешь их? И очень зря. Все, кто лежит там, это пропащие люди. Убийцы, наркоманы, помешанные. Они потеряны для общества и для самих себя, и каждый из них тут добровольно. Невозможно стать Бездушным насильно.

— И ты хочешь, чтобы Пирсон всеми ими управлял?

— Управлял? Нет. Если бы все ограничивалось этим, то я бы просто разрешила дочерям посменно сидеть на троне. Да, эффективность такого близка к нулю, но хоть что-то. Женщины не могут полноценно его использовать. Даже самые сильные фурии могут управлять одним-двумя десятками Бездушных одновременно, тогда как последний Алчущий управлял тысячами. Но дело вовсе не в количестве Бездушных.

— Тогда в чем?

Но вместо ответа Галатея крайне странно улыбнулась и бросила на Шион короткий взгляд. Девушка кивнула и исчезла с едва слышным хлопком воздуха, но уже через мгновение появилась за спиной Пирсона, схватила его за ворот рубашки и потянула на себя.

Мужчина потерял равновесие, а уже через миг они оба пропали, но вновь лишь на доли секунды. Шион переместила их прямо к трону так ловко, что Пирсон уселся прямо на него, а сама фурия-телепорт оказалась позади. Мужчина изменился в лице и немедленно попытался встать, но жуткий трон из человеческих костей ему не позволил.

Кости на подлокотниках ожили, вонзаясь мужчине в руки и притягивая к себе. Пирсон закричал от боли, но сделать больше ничего не смог. Трон притянул его к себе, зафиксировал, пронзив ступни и кисти острыми костями, а в следующий миг Пирсон захрипел, а на его груди появилось разрастающееся красное пятно.

Одновременно с этим зал задрожал, внутри пустых глазниц черепов вспыхнули алые огоньки.

Самина рефлекторно бросилась к Пирсону, чтобы помочь, но налетела на силовой экран, возникший прямо перед ней. Галатея в буквальном смысле заперла её в энергетическом кубе, из которого Самина, как не старалась, не могла выбраться.

Подобные структуры можно разрушить лишь концентрированным воздействием энергии Иного, например, разрубить оружием как у Лифэтты, но у Самины не было ни подобного оружия, не способностей по типу воплощения. Оставалось бессильно молотить кулаками по преграде в потугах её преодолеть.

Самина даже попыталась ударить по ней чистой энергией Иного, но безрезультатно. Она не умела ткать потоки силы во что-то другое, а ни один из её даров не мог в этом помочь. Сила фурии просто рассеивалась как поток воздуха, наткнувшийся на каменную стену.

Тем временем Галатея подошла к мужчине и мягко погладила его по плечам и голове.

— Да, вот так. Дыши. Знаю, что больно, но это скоро пройдет.